— Я была там очень счастлива. Мне нравится этот небольшой городок.
— Там не было даже частной школы.
— Мне нравилась обычная средняя школа. Это были два счастливейших года в моей школьной жизни.
— Подозреваю, ты видела его.
Это был один из трюков, которые мать часто использовала в разговорах. Смысл заключался в том, чтобы заставить собеседника уйти в оборону.
— Да. Я видела его, — сказала Дэни. Она поставила чашку и посмотрела матери прямо в глаза. — И он еше более красив, чем был. Неотразим. Харизматичен. И я до сих пор его отчаянно люблю.
— Не говори подобных вещей, Дэниэль, — повысила голос мать. — Мы с отцом поступили совершенно правильно. Это был лучший выход для тебя.
— Нет, неправильно. Это был лучший выход для вас. А я никогда не переставала его любить. Логан — единственный человек, которого я когда-либо любила.
— Он остался таким же дерзким и невоспитанным, как и раньше. Да, я читала о нем. Сейчас, когда у него появились кое-какие деньги, он разбрасывает их направо и налево, как последний дурак… Противно! Презираю такую низкопробную демонстрацию богатства.
Дэни оглядела гостиную. Ее трижды перекрашивали за последние четыре года.
— Вижу, — проговорила Дэни, понимая, что ее саркастический взгляд не дошел до матери.
— Стало быть, после того как ты с ним повидалась и сейчас высказала свои смехотворные мысли о любви, нам следует опасаться, что он где-нибудь снова возникнет? Твоего отца хватит удар.
— Нет. Вы можете быть спокойны. Все позади.
— Сейчас, когда он в центре внимания, я думаю, он вряд ли уделил тебе много внимания.
— Между прочим, — вставая из-за стола, сказала Дэни, — он просил меня выйти за него замуж.
— И ты отказала? Почему же?
Дэни посмотрела на мать, и вдруг ей стало грустно оттого, что они такие разные. Так было раньше, так будет всегда.
— Не тебе об этом спрашивать, мама. Миссис Куинн невозмутимо сделала глоток чаю.
— Мы с отцом собираемся в лагерь Вебстера по приглашению миссис Менеффи. Она звонила сегодня.
Это была еще одна небольшая бомба, цель которой — привести человека в замешательство.
И она достигла-таки цели, думала Дэни, подъезжая к гаражу недалеко от своего дома. Что и говорить, новость была удручающая.
Однако не следует удивляться, что они приняли приглашение миссис Менеффи. Родители никогда не упустят возможности увидеть, насколько дерзким, невоспитанным и богатым был на самом деле Логан.
Он увидел, как Дэни вышла из автобуса. Почему она ездит в автобусе? Это был не какой-нибудь роскошный скоростной, а обычный школьный автобус, новая окраска которого не могла скрыть все его несовершенство.
Как всегда красивая, Дэни выглядела несколько утомленной и похудевшей. Поверх бежевого платья на ней был коричневого цвета блейзер. Волосы зачесаны назад, что подчеркивало угловатость осунувшегося лица. Она вела за руку умственно отсталого ребенка. Когда мальчик увидел яркие флаги и шары, услышал музыку, то улыбнулся Дэни так, словно перед ним была богиня, которая исполнила его самое заветное желание. Получив от нее разрешение, он присоединился к другим детям, сидящим за столом. Логан остановился под деревьями. Он не хотел, чтобы она его увидела. Дэни приветствовали аристократы и бедные — жертвователи и получатели. Она обнимала детей, не делая никаких различий между ними, родители целовали ее. Когда Дэни стала рассказывать о том, что представляет собой лагерь, люди ловили каждое ее слово. Очевидно, она была для всех чем-то вроде идола.
Один из детей, взволнованный происходящим, опрокинул чашку с напитком ей на платье и разразился отчаянным плачем. Дэни взяла со стола салфетку и встала на колени, но вовсе не для того, чтобы промокнуть пятно. Она стала вытирать слезы ребенка и говорила с ним до тех пор, пока тот снова не заулыбался.
Можно ли ее назвать светской красавицей?
В глубине души у него зародилось предчувствие, перешедшее в уверенность.
Он ошибался!
Подъехал второй автобус и остановился под деревьями. Механический лифт опустил инвалидную коляску. На девочку в коляске невозможно было смотреть без боли в сердце. Ноги и все тело ее были изувечены. Но когда Дэни подошла к ней и наклонилась, девочка протянула костлявую искривленную ручонку и ухватилась за золотистые волосы. Прическа была нарушена, но Дэни, похоже, даже не обратила на это внимания. Она была занята разговором с малышкой.
Дэни достала из карманчика блейзера носовой платок и вытерла обслюнявленный ротик девочки. Сделала все быстро, естественно, с любовью, без каких-либо колебаний. Было видно, что ей и в голову не приходило считать это чем-то неприятным. И продолжала с улыбкой разговаривать с ребенком.
Из автобуса вышла смущенная пара. Дэни сердечно поприветствовала молодую чету и показала, куда нужно идти. Отец покатил коляску, а девочка продолжала улыбаться и пыталась помахать Дэни ручкой.
Лицо у Дэни светилось, словно она находила радость в общении с этими обездоленными детьми или знала секрет источника счастья.
«Боже милостивый!» Его пронзила догадка, взорвавшаяся в мозгу как снаряд. Ноги сами понесли его к ней.
10
Дэни!
Она испытала нечто вроде шока, услышав его голос. Да, Дэни знала, что он будет здесь. Но еще не успела морально подготовиться к встрече с ним. Впрочем, зачем себя обманывать, она никогда бы к ней не подготовилась. Тем не менее встречи не избежать. Дэни повернулась и взглянула на него:
— Привет, Логан.
Он смотрел на нее таким пронизывающим, испытующим взглядом, что впору прийти в замешательство. Им владело какое-то сильное чувство, которое она затруднялась определить.
Не гнев и не враждебность, как она могла ожидать. Это было… Впрочем, Дэни не знала, что это такое.
Она нервно прижала руки к груди и сцепила пальцы.
— Огромное тебе спасибо, Логан. Все сделано изумительно. Ты сотворил настоящее чудо. Дети…
— У тебя есть ребенок, я не ошибся?
Она задохнулась, не в силах выдохнуть воздух из легких, словно ей нанесли сильный удар под дых. Дэни и в голову не пришло соврать или ответить уклончиво. Его поза, глаза, голос требовали, чтобы она сказала правду.
— У меня была девочка, — тихо произнесла Дэни. — Она умерла.
Логан зажмурился, на лице появилась гримаса боли. Напряжение не сразу отпустило его. Расслабилась шея, затем дошла очередь до плеч и рук. Открыв глаза, он сказал:
— Расскажи мне.
Сейчас, когда он узнал главное, ей захотелось поделиться с ним. Закрытый наглухо уголок в ее сердце приоткрылся. Это будет такое облегчение — исповедаться Логану. Подобное искушение она испытывала не раз за последние несколько лет.
