от которого нельзя было отказаться — а именно предложил за амбар две бутылки водки «Козловская золотая» объемом ноль семьдесят пять, дядя Паша не отказался, и амбар сменил владельца.
Гоша Гвоздь подлатал амбар, покрасил его внутри и снаружи воодушевляющей золотистой краской и устроил в нем питейное заведение под названием «Золотой гвоздь».
Со временем за счет дешевой забористой выпивки и обаятельной буфетчицы Катерины «Золотой гвоздь» стал популярен не только среди жителей Больших Козлов, но и среди обитателей всего обширного Козловского района.
Вечером погожего летнего дня в «Золотой гвоздь» вошла белобрысая особа лет тридцати с озабоченным лицом. Оглядев заведение, она тут же обнаружила за барной стойкой загорелого парня с короткой стрижкой, выдававшей бывшего десантника, перед которым стоял недопитый стаканчик с чем-то золотистым. Она подошла к этому парню и проговорила с укоризненным выражением:
— Вот ты где!
Парень взглянул на нее и поморщился:
— Ну, здесь. А тебе что?
— Гуляешь, да?
— Положим, отдыхаю после трудного рабочего дня. А тебя, Валентина, это каким боком касается?
— Раньше касалось! — воскликнула Валентина с надрывом. — Раньше еще как касалось!
— Вот только не начинай! — Бывший десантник поморщился. — Мы же все с тобой обсудили. У нас с тобой, Валентина, разные жизненные приоритеты!
— Ишь как заговорил! А с Веркой Мухиной, значит, у вас общие приоритеты?
— Верка здесь вообще ни при чем! Верку ты сюда вообще зря приплетаешь!
— Ах вот как? А мне говорили, что тебя с ней видели на прошлой неделе…
— Мало ли, что тебе говорили! Я тебя просто больше не хочу видеть, понятно? Мне твоя физиономия осточертела, как и твои необоснованные претензии!
С этими словами бывший десантник соскочил с табурета и направился к выходу. Валентина рванулась было за ним, но передумала, решив, что это будет унизительно. Она проводила парня тоскливым взглядом, села на освободившееся место и разом допила оставшуюся в его стаканчике золотистую жидкость. Затем нашла взглядом знаменитую барменшу, больше похожую на буфетчицу советских времен, и горестным голосом проговорила:
— Катя, налей еще того же!
— Может, не надо? — осторожно осведомилась опытная Катерина. — А то будет как прошлый раз.
— Надо, Катя, надо! Иначе мне не справиться с грузом эмоций. А как прошлый раз не будет, я теперь свою норму знаю. Тем более мне с утра на работу.
— Ну, коли знаешь… — И барменша поставила перед Валентиной полный стаканчик.
— Бывший? — раздался над ухом Валентины сочувственный, проникновенный голос.
— Ну, допустим, бывший, — ответила та, отпив половину стаканчика. — А ты кто такая? Позлорадствовать хочешь?
Рядом с Валентиной сидела разбитная девица с пышными светлыми волосами и глазами, подведенными почти до висков. Надето на девице было что-то такое в воланчиках и цветочках.
— Так ты кто?
— Я, Валя, как и ты — женщина, и мне близко то, что ты сейчас переживаешь. И я вовсе не злорадствую, я тебе глубоко сочувствую и хочу разделить с тобой этот тяжелый момент. У меня такое тоже было и еще будет не раз!
— Разделить — это хорошо! Будем, подруга! — Валентина чокнулась с новой знакомой и одним глотком допила содержимое стаканчика. — А как тебя хоть зовут?
— Зовут меня Ксюша. И я считаю, что надо нам, Валя, повторить — за знакомство.
— А откуда ты меня знаешь? — неуверенно осведомилась Валентина. — Я тебя чего-то не признаю…
— Имя твое я услышала, когда ты с этим хмырем стриженым разговаривала. А как человека я тебя сразу поняла, как только увидела, и почувствовала к тебе симпатию и сочувствие. Как человек к человеку. Больше того — как женщина к женщине. Так что необходимо немедленно повторить!
Ксения повернулась к барменше и громко потребовала:
— Катя, повторить!
— А может, ей уже хватит? — с сомнением протянула Катерина, окинув Валентину цепким взглядом.
— Ты за меня не решай! — возразила ей Валентина. — Я сама знаю, хватит мне или не хватит!
— Ну, смотри! — Катерина пододвинула ей еще стаканчик и взглянула на Ксению: — Ты уж пригляди за своей подругой, у меня и без того забот хватает!
— Не бойся, пригляжу!
Ксения чокнулась с Валентиной. Та выпила одним глотком полбокала, Ксения только сделала вид, что пьет, а когда Валентина отвлеклась, подсыпала в ее бокал белый порошок.
— За нашу женскую солидарность! — провозгласила Ксения и снова чокнулась с новой подругой.
Валентина допила свой бокал, и на ее лице появилось выражение сдержанного недоумения.
— Что-то меня сильно забирает, — пожаловалась она. — Ксюха, что это мы сегодня такое пьем?
— Текила «двойная забористая»! — ответила ей Ксения, поскольку барменша отошла к другому концу стойки.
— И правда забористая… — протянула Валентина с чувством, — чересчур забористая… а мне ведь завтра утром на работу…
— Так то утром! До утра еще сколько времени!
— И правда… — Валентина повысила голос: — Катька, повтори!
— Ну, вот теперь тебе уже точно хватит! — отрезала Катерина, приглядевшись к ней.
— Ничего не хватит! Я свою норму знаю!
— Да ты посмотри на себя — ты уже никакая!
Валентина взглянула в зеркало позади стойки, с трудом нашла свое отражение и процедила:
— И ты туда же? Прямо как он! Тебе тоже моя физиономия не нравится? Да мне она и самой, может, надоела, но другой не имею! И денег не имею, чтобы ее подправить, как эти старухи богатые в чистом взбл… вздл… взгляде!
С этими словами Валентина схватила пустой бокал и швырнула его в зеркало. Зеркало пошло трещинами.
— Ох, ведь знала я, что будет как прошлый раз! — вздохнула барменша и повернулась к Ксении: — Уведи ее отсюда, пока она на большие неприятности не нарвалась. Ей проспаться надо.
— Уведу! — Ксения подхватила подругу под мышки и стащила с табурета. Та пыталась сопротивляться, размахивала руками и ногами, при этом зацепила еще один табурет и уронила на пол, смазала по лицу какую-то подвыпившую брюнетку, та сунулась было расцарапать ей морду, но наткнулась на взгляд Ксении и передумала нападать.
Ксения в конце концов с трудом управилась с Валентиной и подтащила к двери заведения.
— Знаешь хоть, где она живет? — крикнула вдогонку ей Катерина.
— Знаю, знаю!
Ксения вытащила сопротивляющуюся девицу на улицу, погрузила в свою машину. Оказавшись в машине, Валентина на какое-то мгновение протрезвела и проговорила озабоченно:
— Ох, мне же утром на работу надо! Если не приду, у меня неприятности будут! Дядя Федя мне выволочку устроит… он уже прошлый раз меня предупреждал…
— Не волнуйся, я тебя подменю! Для чего еще существуют подруги?
— А, ну тогда ладно! — Валентина тут же успокоилась и безмятежно заснула.
Ксения привезла ее к неказистому домику на другом конце Больших Козлов, где Валентина обитала вдвоем с кошкой Манефой.
