— Как? — спросила она. — Как я сюда вернусь?
— Я привезу вас.
Флоренс за несколько глотков осушила чашку, припудрила нос, поправила прическу и вышла в приемную как раз тогда, когда мистер Фитцгиббон говорил миссис Кин, что он будет не раньше пяти, и просил сообщать это всем, кто ему будет звонить.
Прежде всего — Элеонор, подумала Флоренс, быстро спускаясь по лестнице впереди врача.
Мисс Макфинн отошла от наркоза и чувствовала себя хорошо. Она дремала, когда Флоренс и мистер Фитцгиббон вошли к ней в палату, расположенную в частном крыле больницы. Вскоре больная на минуту-другую открыла глаза и, прежде чем вновь с улыбкой закрыть их, проговорила слабым голосом:
— Идеальная пара!..
Слегка растерянная, Флоренс взглянула на мистера Фитцгиббона. Он улыбался, но буквально через несколько минут опять превратился в строгого консультанта и, понизив голос, стал давать инструкции больничному врачу и медсестре. Закончив с ними, мистер Фитцгиббон обратился к Флоренс:
— Все идет нормально. Теперь я отвезу вас.
Они отправились обратно на Уимпол-стрит. Он отметил, что у мисс Макфинн есть все шансы поправиться, и дальше всю дорогу молчал.
Миссис Кин, услышав об их кратком визите и замечании мисс Макфинн, задумалась. Странно, отметила про себя регистраторша, что мистер Фитцгиббон относится к Флоренс с учтивой сдержанностью, но тем не менее ищет ее общества. Хорошенькая на загляденье, высокая, под стать его могучей фигуре, эта девушка, думала регистраторша, куда больше ему подходит, чем невыносимая мисс Пейтон…
Любопытные размышления миссис Кин прервал телефонный звонок, и, поскольку она сидела за столом, а Флоренс стояла у телефона, миссис Кин попросила:
— Ответишь, дорогая? Должно быть, это мужчина, которому ты звонила насчет заточки хирургических ножниц. Он сказал, что перезвонит…
Но это был не он, а Элеонор, которая потребовала к телефону мистера Фитцгиббона.
— Сегодня его не будет, — вежливо ответила Флоренс. — Хотите что-нибудь передать?
— Кто это? Вы та рыжеволосая девица?
В этот момент Флоренс, к сожалению, позабыла, что она дочь священника.
— Рыжеволосая? Темные кудри, черные глаза, пять футов и три дюйма росту, изящного телосложения.
— Вы новенькая? Ту уволили? Отлично. Нет, ничего передавать не надо. — Мисс Пейтон повесила трубку, и Флоренс тоже, после чего вызывающе взглянула на миссис Кин.
— Я ничего не соврала, — сказала она. — Пусть думает, что хочет, это ее дело.
Миссис Кин расхохоталась.
— Представляю ее лицо, когда она сюда придет.
— Интересно, зачем он ей понадобился? У нее был такой злой голос. Ведь он вчера вечером собирался с ней встретиться — я звонила ей по его просьбе. Как думаете, может, они поссорились?
— С ним трудно поссориться, — ответила миссис Кин, — но такое впечатление, что потом у него планы изменились. Как говорится, утро вечера мудренее.
— А он встречался с сестрой Брайс?
— В силу профессиональной необходимости — да. Но она была не в его вкусе.
Флоренс не терпелось узнать, какие же девушки в его вкусе.
— Думаю, только не такие, как Элеонор. Поживем — увидим.
Он, наверное, и сам этого не знает, думала Флоренс, в таком случае может остаться одиноким на всю жизнь. А тогда Флоренс будет и дальше работать у него. Это лучше, чем ничего, лучше, чем совсем лишиться возможности его видеть.
В пять часов миссис Кин, вытирая стол, сказала:
— Думаю, пора идти. Сегодня мои родственники придут ужинать. Хочу приготовить что-нибудь вкусненькое!..
— Тогда идите, миссис Кин. Я не тороплюсь. Спокойно все сделаю, подожду до половины шестого, запру дверь. Похоже, он сегодня уже не вернется.
Миссис Кин ушла, а Флоренс осталась коротать еще полчаса.
Она собиралась переодеваться, когда в дверь позвонили. Это не может быть мистер Фитцгиббон, подумала Флоренс, у него есть ключи, он звенел ими у кровати мисс Макфинн в больнице. Флоренс открыла дверь. На пороге стояла и нетерпеливо стучала ногой Элеонор. Увидев Флоренс, она чуть не поперхнулась.
— Почему вы здесь? А та девушка… — Элеонор отпихнула Флоренс и прошла в приемную. — Где она?
Элеонор обернулась к Флоренс, молча стоявшей у открытой двери.
— Это были вы? Никакой другой медсестры нет.
— Я и не говорила, что есть, — ответила Флоренс. — Я уже закрываю и боюсь, мне придется попросить вас уйти.
Элеонор решительно опустилась на ближайший стул.
— Я намерена остаться. Да, вот так.
Сзади них раздался спокойный голос мистера Фитцгиббона, отчего обе они вздрогнули:
— Идите домой, Флоренс, я сам закрою.
Она отправилась переодеваться, тихо прикрыв за собой дверь.
— Пройдем в мой кабинет, Элеонор. Не знаю, зачем ты пришла. Мне кажется, мы все уже обсудили. У меня много дел.
Открыв дверь кабинета, он пропустил Элеонор вперед.
— Эта девчонка… — затрещала Элеонор. — Я звонила днем, она сказала… Она заставила меня поверить, что она ушла… Она сказала, что у нее темные волосы, что она маленькая и худая…
Флоренс тихо ступила в приемную и на минуту остановилась, услышав его далекий смех. Они, похоже, все уладили, с грустью подумала она.
Флоренс съела ужин и, не находя себе покоя, на автобусе отправилась в больницу. Водитель грузовика был еще там, а она не навещала его больше недели.
Он обрадовался, увидев ее. Его жена только что ушла домой, и он сидел на стуле у кровати и заполнял бланк почтового футбольного тотализатора. Она подвинула себе стул, достала коробку шоколадного печенья, которую принесла с собой, и добрых полчаса слушала о его планах на будущее. Незавидное это дело — водить грузовик, бодро заметил он. Ему выплатили компенсацию, и он собирался открыть овощной магазин.
— И знаете еще что, мисс? У мистера Фитцгиббона есть хороший домишко на Майл-энд-роуд. Широкий вход и отличные апартаменты наверху. Говорит, он не прочь от него избавиться. Говорит, в течение года никакой платы не нужно. Через пару деньков буду дома, правда, мне еще нужно пройти физиотерапию и подобрать протез. — Он широко ей улыбнулся. — Мне везет. А вы, вижу, что-то погрустнели. Чем-то недовольны?
— О, я очень рада, — ответила Флоренс. — Уверена, вы там преуспеете. Дадите мне адресок, ладно? Я как-нибудь навещу вас.
Она взяла клочок бумаги, который он ей протянул, и встала.
— Мне пора. Будьте осторожны, ладно? А я приду навестить вас и вашу жену.
Он проводил ее до двери, гордо шествуя на костылях. Она повернулась попрощаться, махнула ему рукой и вскоре скрылась за поворотом в коридоре.
Флоренс шла по длинному коридору к выходу, когда из послеоперационной палаты вышел Дэн.
