— Мне пора. Будьте осторожны, ладно? А я приду навестить вас и вашу жену.
Он проводил ее до двери, гордо шествуя на костылях. Она повернулась попрощаться, махнула ему рукой и вскоре скрылась за поворотом в коридоре.
Флоренс шла по длинному коридору к выходу, когда из послеоперационной палаты вышел Дэн.
— Эй, знаешь, у меня отличные новости. Возвращается Люси. Семья, в которой она работает, едет в Лондон. Дипломатическое назначение. Мы сможем часто видеться. Я по ней так соскучился…
— Как здорово, Дэн! Рада слышать. Передай ей от меня привет и попроси, чтобы она мне позвонила. С твоего разрешения мы с ней от души поболтаем.
Они обменялись улыбками, Дэн взял Флоренс под руку. К несчастью для мистера Фитцгиббона, который в это время направлялся в их сторону, издали они походили на влюбленную парочку.
Они заметили его, когда он подошел совсем близко, и Дэн произнес:
— О, это вы, сэр. Пришли справиться о состоянии больного с переломом грудной клетки или навестить мисс Макфинн?
— К обоим… — бросил мистер Фитцгиббон. — Но прежде повидаю мисс Макфинн. — Он замедлил шаг, подождав, чтоб Дэн к нему присоединился, после чего, безучастно улыбнувшись, кинул на Флоренс холодный взгляд и кивнул.
— Простите, что помешал, — вежливо произнес он. — Приятного вам вечера, Флоренс.
Мужчины удалились, а Флоренс в недоумении побрела дальше по коридору. Интересно, что на этот раз она такого сделала, что он одарил ее таким холодным и злым взглядом? Поскольку Флоренс работала в больнице медсестрой, никто не обращал внимания, когда она появлялась там в неурочные часы, но он посмотрел на нее так, будто она не имела никакого права там находиться.
Рассерженная на его выходку, она отправилась в дом миссис Твист.
Прошло два дня, мистер Фитцгиббон приходил в консультацию и уходил, осматривал пациентов, диктовал письма, при необходимости обращался к Флоренс, но официальным тоном, чем доводил ее до бешенства.
Она едва дождалась пятницы, мечтая уехать домой. Может, думала Флоренс, дома ей удастся разобраться со своими проблемами. Днем у миссис Кин неожиданно разболелась голова. Мистер Фитцгиббон был в больнице, пациентов не ожидалось, и женщины собирались уходить. Миссис Кин, лежавшая на кушетке, встала, чтобы закрыть на ключ стол, и как раз в этот момент зазвонил телефон. Флоренс, оглядывая перед уходом кухню, услышала, как миссис Кин проговорила:
— Я буду там в семь часов, сэр. Я захвачу это с собой.
Она положила трубку и тяжело опустилась на стул.
— Мистер Фитцгиббон просит, чтобы я привезла в его клинику в Ист-Энде важные бумаги, которые он здесь забыл…
— Вам нельзя, — твердо произнесла Флоренс. — Скажите, где их взять, куда ехать, и я отвезу. Я сейчас же закажу для вас такси. Вам нельзя идти пешком.
— Но я должна, — выдохнула миссис Кин.
— Вздор! Где эта папка?
— Ты опоздаешь на поезд.
— Я собираюсь ехать завтра утром, — ответила Флоренс, подумав, что соврешь раз, и это слишком быстро входит в привычку.
— Правда? Голубая папка в левом ящике стола с надписью «Секретно». Ты действительно хочешь отвезти ее вместо меня? Не знаю, что он скажет…
Флоренс тоже не знала, но ответила так:
— Ну, может, ему все равно. Где именно находится клиника?
— Не в лучшем районе, дорогая, — ответила миссис Кин. — Когда мне приходится ездить в эту клинику, я всегда беру туда и обратно такси. Конечно, это расходы.
Флоренс отыскала папку, заперла все и, обняв закрывшую глаза, очень бледную миссис Кин за плечи, предложила:
— Я поеду с вами.
Но миссис Кин наотрез отказалась. Когда же прибыло такси, Флоренс попросила водителя приглядывать за пассажиркой и довести ее до двери. Пожилой шофер был рад в конце дня встретить такую милую и очаровательную девушку, совсем не похожую на людей, которых он возил, на тех, что не удосуживались поднять на него глаза, а только садились и указывали направление, а потом не глядя расплачивались.
— Конечно, голубушка. Что у нее — голова подводит? Моя хозяйка тоже этим страдает.
Флоренс выразила ему сочувствие и если бы не стон миссис Кин, то, пожалуй, расспросила бы его о жене. На прощание девушка с улыбкой помахала им вслед.
Мистер Фитцгиббон сказал, что ждет папку в семь часов, но потребуется немало времени, чтобы проехать через весь Лондон, понимала Флоренс, тем более что движение было еще очень напряженным. Так она и объяснила миссис Твист. Та дала ей чашку чаю с булочкой и пообещала, что до возвращения девушки еда будет в холодильнике. Флоренс пошла в свою комнату переодеться. Нужно что-нибудь строгое и неприметное, говорила себе Флоренс, перебирая свои немногочисленные наряды. Пожалуй, джерси, решила она и надела трикотажный хлопчатобумажный костюм, сделала на голове свой обычный пучок, на усталые ноги натянула босоножки, взяла маленькую сумочку со всякими необходимыми мелочами, папку положила в пластиковый пакет и вышла ловить такси.
Они долго ехали по Сити, в крупных офисах фирм деловая жизнь замерла до утра, улицы были пустынны. Наконец они оказались в Ист-Энде, и за окном замелькали магазины дешевых товаров, столовые, отпускающие обеды на дом, развлекательные заведения, не вяжущиеся с окружающей обстановкой многоэтажки.
Таксист обернулся, чтобы проверить адрес.
— Это не место для такой милой мисс, как вы.
Флоренс подтвердила, что они едут правильно.
— А-а, клиника. Я знаю тех, кто в ней работает.
Хорошо, что ей нужна была клиника, иначе найти здесь что-нибудь меньших размеров было бы трудно, отметила про себя Флоренс. Она вышла из машины, заплатила таксисту и, заверив его, что с ней все будет в порядке, перешла на другую сторону дороги. Грязный кирпичный дом стоял на углу. Два из трех его окон были заколочены, третье обито сеткой. Девушка еще раз обернулась и, чтобы успокоить таксиста, улыбнулась, после чего толкнула входную дверь. В коридоре было темно и пахло сыростью, за одной из дверей слышались голоса, из-под щели внизу пробивался свет. Флоренс открыла ее и вошла.
Она оказалась в небольшой, почти без мебели комнате — если не считать скамеек вдоль стен и несколько рядов ветхих стульев. В комнате было полно народу, и те, кому не хватило предназначенных для сидения мест, стояли у стен. Гул голосов затих, и все уставились на нее, только кто-то продолжал кашлять.
— Заблудилась, лапушка? — спросила приятная полная женщина с ребенком на руках. — Или пришла к доктору? — Когда Флоренс кивнула, та добавила: — Тогда придется вам идти обратно, голубушка, как и всем нам.
— Я пришла не на прием, — сухо объяснила Флоренс. — Я медсестра и принесла врачу бумаги, которые ему срочно понадобились.
