каждой мелочи, каждому подарку, каждому байту. Видимо, на Острове ему все приелось и деньги уже не приносили таких эмоций, поэтому он жадно впитывал их от меня. По вечерам он катал меня на вездеходе по городу и развалинам, водил в рестораны, снимал номера в дорогущих отелях, и я чувствовала себя пусть ложной, но все-таки островитянкой. Возможности, которые давали его байты, притягивали лучше магнита. Его деньги, подарки, внимание ослепляли, и я позволяла ему все, не задавая вопросов о его жизни, работе, семье. Это были запретные темы.
Я сама не писала ему и не звонила. Такие были условия. Но отвечать на его вызовы должна была без промедлений. Он ненавидел ждать. Я ни на что и никогда не претендовала и почти ничего не просила. Безвольная, безропотная, всем довольная, вечно счастливая. Вот какая я была с ним в самом начале. Даже не с ним, а скорее при нем.
Иногда, лежа на верхнем ярусе кровати, я подумывала написать ему, что все кончено. А потом смотрела на новые часы, портал, на ароматы, кремы, лайнеры, украшения, лежавшие теперь на моей тумбе, на новые наряды, которые я заказывала на его байты. И тогда я закрывала глаза и молилась, чтобы он сам вновь написал мне или позвонил.
Спустя полгода наши встречи и байты в электронном кошельке вошли в привычку. Иногда мне все еще хотелось других отношений, парня, которого бы я любила, но это могло подождать. Я стала увереннее вести себя с ним, иногда что-то просила, а иногда выуживала лаской. И все чаще мне требовалось внимание, его внимание. Может, я влюбилась. А может, мне хотелось верить, что я влюбилась, чтобы не чувствовать осадка, который, как накипь, скапливался во мне после каждой нашей встречи.
Так прошло еще несколько месяцев, и я стала от него зависима. Мне не хотелось гулять с подругами, сидеть за монитором, рыская в сети, блуждать по виртуальным магазинам, покупая очередную ненужную вещь. Я желала быть с ним рядом, где угодно и когда угодно. Ждала каждого его звонка и сообщения. Теперь только он приносил мне чувство счастья и наполненности несмотря ни на что.
Но его отношение ко мне с каждой нашей встречей становилось все холоднее. Виктор все реже спускался с Острова. По крайней мере ко мне. Больше он не смотрел на меня с жаждой, не обнимал, не целовал. И вот прошла бесконечная неделя с тех пор, как он перестал мне звонить и писать. Целыми днями я не находила себе места, постоянно теребила часы, перебирала наряды в поисках того, что сделает меня желанной. Но писать и звонить ему я не решалась. Как-то раз написала ему, когда он был не на поверхности. Потом неделю не выходила из комнаты, залечивая фиолетовый синяк под глазом. Он сказал, что любит только послушных девочек. Сумасбродки же должны нести наказание. И я вынесла. Больше правил я не нарушала. Я очень быстро усваивала уроки, которые он мне давал.
Глава 10
«И ради этого умер Сергей? Вот чем эта якобы подсказка может мне помочь? Где чертова карта?» – подумала Ева, перечитывая сообщение на часах.
Она уже раз пять закрыла и открыла его, все еще надеясь, что навигатор еще загружается. Но его просто не было. В письме была ссылка на другую страницу, но там требовалось ввести какой-то пароль. Она попробовала писать слова «карта», «пароль», «Ева», «участник» и еще несколько нелепых вариантов, но это не сработало.
– Карта, карта, карта. Где же ты, карта? – произносила Ева вслух.
Посмотрела вверх на ветки, которые словно хватались друг за друга своими корявыми, длинными, острыми пальцами. Она вернула взгляд на часы, не дававшие никаких ответов, покрутила головой, ища невидимые подсказки.
– Эй, ребята? Где чертова карта? – крикнула она дерзко, и ее голос разлетелся между деревьями и эхом разошелся по лесу.
«Нужно просто идти, рано или поздно я выйду куда-нибудь. Домик ко мне сам не придет», – размышляла Ева.
Она открыла первое послание с еще одним ребусом, перечитала его. Потом вытащила из кармана шар и покрутила его в руках, но так ничего и не поняла.
– К черту, все к черту, всех вас к черту! – крикнула Ева злобно.
Она оглядела местность, выбирая, куда идти. Стоило вернуться к старту, может, там кто-то остался. Попыталась вспомнить, откуда прибежала. Но все вокруг казалось абсолютно одинаковым. Да и как запомнить в лесу какие-то детали, когда в панике мчишься от дрона-убийцы?
«Вспоминай, вспоминай, вспоминай хоть что-нибудь. – Ева поджала губы. – Но что?»
В городе Ева бы сразу нашла дорогу. Она отлично ориентировалась среди высоток. Да и руин тоже не боялась, там есть что запомнить, за что уцепиться – очертания разрушенных домов, разбитые площадки, ржавые осколки прошлого. Но вот в лесу… среди абсолютно одинаковых для нее деревьев не было никакого шанса. Поэтому Ева, подобрав длинную ветку, которая должна была спасти ее от ловушек в земле, просто пошла вперед.
Солнце светило высоко, просовывая лучи сквозь густые еловые ветви. Вода давно закончилась, Еве хотелось пить, есть, ноги ныли, а большой палец нещадно пульсировал в подошве. Она зашла в голосование и посмотрела на десять круглых кнопок с цветными сканами. Голосов не было ни под одной. Это радовало, и она медленно двигалась в неопределенном направлении, блуждая по лесу уже несколько часов.
С каждой минутой все отчетливее казалось, что она ходит по кругу, лабиринту, где вовсе нет выхода. Ева остановилась, огляделась по сторонам, высматривая хоть что-то, и заметила справа, вдалеке, какое-то желтое пятно. Может, разыгралось воображение, ведь она так упорно искала подсказки и высматривала ловушки.
Ева направилась в ту сторону. Чем ближе она подходила, тем отчетливее видела какое-то желтое изображение, приклеенное к дереву. Ускорила шаг, насколько была способна, и, не заметив никаких скрытых ям, вскоре стояла перед стволом, на котором был наклеен плоский резиновый бутон какого-то цветка. Ева потрогала его гладкую поверхность, отклеила, даже понюхала. Резина.
«И что это значит? Я дошла куда надо?»
– Я нашла это! Эй! Что теперь делать? – закричала Ева и включила часы.
Никаких новых сообщений. Перечитала задание.
«Этап 1. Домик с цветными стеклами.
Помощник: карта.
Сложности: ловушки».
Следом прошлась взглядом по дурацкому стишку:
«Красный не опасный, но слишком дорогой.
Желтый будет нужным, если станет твой.
Синий – тот обманчив, лучше не бери.
Белый если встретишь, сразу убеги».
