Читаем без скачивания Сексуальность - Роберт Крукс

На грани. Стратегии лечения интерсексуальных индивидов: споры и противоречивые свидетельства

Мы живем в мире, в котором усиленно подчеркивается разделение людей на два пола. При существующем образе мышления рождение людей с амбивалентными половыми органами рассматривается как биологическая неисправность, которую необходимо устранить. Джон Мани и его коллеги из Университета Джонса Хопкинса стояли у истоков разработки курса лечения интерсексуальных индивидов. Этот курс приобрел статус стандартного метода еще в 1960-х годах и продолжает использоваться и сегодня. В соответствии с рекомендациями этого курса группа профессионалов в процессе обсуждения с родителями «выбирает», к какому полу следует отнести интерсексуального ребенка. В результате, с целью снизить вероятность возникновения в будущем адаптационных проблем или гендерной неопределенности, назначается хирургическое или гормональное лечение. Согласно сообщениям Мани и его коллег, большинство интерсексуальных индивидов, проходящих лечение в соответствии с рекомендациями данного курса, вырастают относительно успешно адаптированными людьми, обладающими гендерной идентичностью, соответствующей характеру их воспитания (Money 1995; Money and Ehrhardt, 1972).

Однако в последние годы был поднят ряд серьезных вопросов, касающихся как долгосрочности положительных эффектов, так и этической приемлемости этого ставшего стандартным курса лечения (Dreger, 1998; Fausto-Sterling, 1999; Kessler, 1998). Милтон Даймонд (Milton Diamond), резко критикующий стратегии лечения, разработанные Джоном Мани, на протяжении длительного времени проводил отслеживание ряда интерсексуальных индивидов, прошедших данный курс лечения. Его исследования показали, что некоторые из этих людей испытывали значительные адаптационные трудности, которые они связывали с биосоциальным влиянием своей интерсексуальности (Diamond, 1997; Diamond & Sigmundson, 1997).

Исследования Даймонда и других ученых послужили поводом для активных дебатов среди интерсексуальных индивидов, исследователей и медицинских работников по вопросу о том, какие практики должен включать правильный метод лечения интерсексуальных индивидов.

Некоторые специалисты, и сегодня являющиеся сторонниками курса лечения, предложенного Мани, утверждают, что интерсексуальным младенцам должна однозначно приписываться определенная гендерная принадлежность в как можно более раннем возрасте и безусловно до начала формирования гендерной идентичности на втором году жизни. Специалисты, придерживающиеся данной точки зрения, выступают за хирургическое и/или гормональное вмешательство с целью минимизации гендерной неопределенности. Альтернативная точка зрения, отстаиваемая Даймондом и другими учеными, предлагает трехсторонний подход к лечению интерсексуальных индивидов. Во-первых, медицинские работники должны сделать наиболее точное предположение относительно окончательной гендерной идентичности интерсексуального младенца и порекомендовать родителям воспитывать ребенка в соответствии с этой идентичностью. Во-вторых, хирургических операций по изменению гениталий (которые впоследствии, возможно, придется проводить повторно для достижения обратного результата) на ранних стадиях индивидуального развития следует избегать. И в-третьих, как ребенку, так и его родителям должны быть предоставлены качественное консультирование и точная информация в период активного индивидуального развития ребенка. Это должно делаться для того, чтобы этот ребенок в конце концов мог принять самостоятельное информированное решение, касающееся необходимых дополнительных медицинских процедур, таких как хирургическое и/или гормональное лечение.

Как стратегия лечения, предлагаемая Даймондом, так и стандартный курс вызывают ряд серьезных вопросов. Является ли проведение хирургической операции по изменению гениталий родившихся младенцев нарушением их прав человека на информированное согласие? Если оставлять интерсексуальным детям амбивалентные половые органы, может ли это вызвать проблемы, связанные с их функционированием в школе или в других ситуациях, когда об их физических нарушениях могут узнать другие люди? Может ли когда-нибудь общество эволюционировать таким образом, чтобы выйти за рамки модели разделения человечества на два пола и признать законность третьей, интерсексуальной формы существования людей?

Среди отчетов об изучении конкретных случаев встречаются сообщения о людях, успешно адаптировавшихся к своей интерсексуальности без прохождения какого-либо лечения (Fausto-Sterling, 1993; 1994; Laurent, 1995). Кроме того, в течение последних лет некоторые лица, прошедшие стандартный курс лечения, высказывали резкое недовольство тем, что они подверглись медицинскому вмешательству в младенческом возрасте (Angier, 1996; Goodrum, 2000). Более того, «многие интерсексуальные индивиды, в настоящее время достигшие зрелого возраста, выступают за то, чтобы положить конец обращению с интерсексуальными детьми как с "поврежденным товаром", нуждающимся в ремонте» (Goodrum, 2000, р. 2).

Активисты интерсексуального движения, учредившие организацию, названную Интерсексуальным обществом Северной Америки (Intersex Society of North America, ISNA), утверждают, что интерсексуальные индивиды представляют собой случаи генитальной вариативности, а не генитальных аномалий. ISNA проповедует стратегию невмешательства, в соответствии с которой интерсексуальные дети не должны подвергаться хирургической операции по изменению гениталий в младенчестве. Они должны иметь возможность принять самостоятельное и сознательное решение относительно подобных процедур в более зрелом возрасте (Nussbaum, 2000). Кроме того, активисты ISNA считают, что имеет место нарушение врачебной этики в случаях, когда: 1) операции подвергаются дети, не способные дать информированное согласие; 2) интерсексуальным индивидам отказывается в праве оставаться интерсексуальными, сохраняя свою собственную гендерную идентичность; 3) родителей побуждают скрывать от своих детей информацию об их интерсексуальности.

Активисты интерсексуального движения также подвергают суровой критике один из аспектов лечения интерсексуальных индивидов, который ранее по большей части игнорировался. Операция по изменению гениталий может негативно сказаться на способности индивида к получению сексуального удовольствия (Kessler, 1998; Reiner, 1997). Так, уменьшение хирургическим путем увеличенного клитора у внутриутробно маскулинизированных женщин может привести к притуплению эротических ощущений. А это, в свою очередь, будет препятствовать получению генитального удовольствия и достижению оргазма.

В настоящее время существует значительно больше вопросов, чем ответов, касающихся наиболее подходящих способов лечения интерсексуальных младенцев. Такая неопределенность в значительной степени обусловлена недостатком окончательных результатов долгосрочных наблюдений интерсексуальных индивидов (Lerman et al., 2000). Нам остается только надеяться, что время и новые исследования в конце концов приведут к разрешению этой проблемы.

Интеракциональная модель

На протяжении многих десятилетий не утихают споры ученых об относительной роли врожденного и приобретенного в процессе индивидуального развития. (К первому относят различные биологические детерминанты, ко второму — факторы социального научения и окружающей среды.) Сегодня представляется очевидным, что гендерная идентичность является продуктом как биологических факторов, так и социального научения. Имеется поистине огромное количество свидетельств, заставляющих отказаться от представления о том, что нормальные младенцы рождаются психосексуально нейтральными. Мы уже убедились, что в организме младенцев содержится сложный и еще не до конца изученный биологический субстрат. Такой «субстрат» и обусловливает предрасположенность человека к взаимодействию со своим социальным окружением особым образом, характерным для лиц либо мужского, либо женского пола.

Лишь немногие современные исследователи продолжают считать, что гендерная идентичность у людей имеет исключительно биологическую основу. Слишком много данных свидетельствует о том, какую важную роль играет жизненный опыт в формировании нашего образа самих себя. Это касается не только половой самоидентификации, но и всех других аспектов наших взаимоотношений с окружающими людьми. Поэтому большинство ученых, занимающихся и теоретическими разработками, и практическими исследованиями, поддерживают интеракциональную модель. Такая модель учитывает как роль биологии, так и жизненного опыта в формировании гендерной идентичности (Golombok & Fivush, 1995). Можно надеяться, что по мере накопления новых данных в ходе дальнейших исследований, среди которых важное место принадлежит долгосрочному анализу, мы сможем получить более ясное представление об относительном влиянии двух основных сил, формирующих гендерную идентичность и определяющих гендерно-ролевое поведение.