архипелаге, мы проинспектировали мешки, которые пытались утащить дезертиры, покидающие поле боя, а в них оказался кокаин, принадлежавший, как раз, китайцам. Мешки пришлось вернуть, только один из них удара об землю с высоты десятка метров не особо выдержал, треснув. Часть белого порошка, при инспекции, попала вампирессе на лицо, и, как бы пошло не звучала эта шутка, заставила ту малость прибалдеть. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы полностью отбить нюх вместе с пороховыми газами от нашей стрельбы. То есть, веселая полянка с выкрашенными кровью деревьями и скелетами, а также смачной грудой костей, для брюнетки стала полным сюрпризом. Напомнившим ей о прошлом.
Сегодня, пока Няшки и Барона не было дома, она и попросила меня о жестком спарринге с полной выкладкой. Алкоголь не справлялся с воспоминаниями.
В комнату к страдалице я зашел через полчаса. Девушка, одетая в те же топик и шортики, в которых я её метелил, валялась безвольной тряпкой на кровати, сунув лицо в пакет со льдом, ранее добытый мной из холодильника. На моё появление она отреагировала глухим стоном, в котором было всё ясно без слов, но так, как я приблизился, ей пришлось пробормотать:
— Свали, Красовский. Мне и так худо.
— Ага, сейчас. Зажмурься.
— Ч-т…?
По крайней мере, спрашивала она, послушно зажмурившись, поэтому я без проблем влил ей в рот полную чашку свеженацеженной у себя крови.
— У вас вроде заживление ускоряется от такого, — буркнул я, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь. Там, за тонкой дощатой преградой, в воздухе повисло вымученное «спасибо».
Всё, мои обязанности сиделки выполнены «от» и «до». Здесь.
Следующую свою жертву я вытягивал за тонкую и голую ногу из-под «тойоты», в которой кицуне ковырялась с самого утра. Недовольно зарычавшей зверюшке, вновь ушедшей с головой в свою техномантию, была подсунута под нос картонная коробка свежезаваренной лапши. Японка, учуяв запах съестного, вцепилась в подношение как голодная собака, чавкая и давясь. Дождавшись, пока коробка опустеет, я подхватил недовольно вякнувшую девчонку подмышку, кивнул подросткам, бездельничавшим неподалеку, чтобы присмотрели за инструментами, а затем занес чумазую добычу домой. Объяснив девушке диспозицию, я получил бесплатного надсмотрщика за отмудоханной вампирессой, а затем, закинув домой железяки, оставшиеся после Широсаки под машиной, отправился в город.
Японка перенесла наш вояж легче всех. Барон, ушедший стучать на обнаруженное место колдовских ритуалов, явно был обескуражен как ими, так и бойней, что мы устроили ранее, хоть вида старался не показать. Про Эрику и говорить было нечего. Сейчас, пока команда была дезориентирована и приходила в себя, я пользовался моментом, чтобы потратить часть нашего общего гонорара на вещи первой необходимости… которые полагал гораздо важнее вещей первой необходимости, придуманных другими.
Для этих целей мне нужен был гид, или хотя бы тот, кто ткнет пальцем, куда идти, а где взять подобного человека я знал прекрасно. Правда, подход к этой, во всех смыслах замечательной, персоне, оказался затруднен. Препятствием стала медсестра на контрольно-пропускном входе в отделении для выздоравливающих. Худая латиноамериканка в летах, неся на своем вытянутом челе печать интеллекта и въевшейся за годы работы подозрительности, смерила меня взглядом и отрезала:
— Посещений нет!
— А это что? — поинтересовался я, указывая пальцем на тайца-подростка, идущего под руку с весело что-то рассказывающим ему стариком в пижаме.
— Вы родственник? — язвительности в голосе медсестры хватило бы даже для хозяйки преуспевающего борделя, с которой попытались расплатиться долговой распиской.
— Я коллега сестры Агнешки, — ласково улыбнулся я, — Любимый коллега. Ну, один из самых уж точно.
— Я всю жизнь прожила в Апсародае, молодой человек! — на прекрасном английском откликнулась служительница целительных сил, щуря свои глаза с таким подозрением, что улыбка, помимо моей воли, расплывалась всё шире и шире, — И уж поверьте, я могу опознать головореза с первого же взгляда! Я вас не пущу!
В её взгляде читалось непреклонное желание оборонять рубежи от наглого, молодого и здоровенного типа. А еще и палец лежал на чем-то, весьма похожем на тревожную кнопку.
— О! — воскликнул я, радостно обнимая опешившую медсестру руками… на расстоянии, — Если вы всю жизнь прожили в Апсародае — то вы мне тоже сгодитесь!
…через три минуты эта бурчащая явно неприличные слова дама чуть ли не затолкнула меня в палату, где томилась, иначе не скажешь, избитая польская католичка. Везет мне сегодня на битых женщин.
— Русский, — мрачно поприветствовала меня вполне бодро выглядящая монашка, выглядящая на удивление хорошо без своего чопорного прикида, — Причем один. Зачем приперся?
— Не один, а с подарками! — бодро ответил я, демонстрируя девушке пакет с фруктами.
— Эта ваша дебильная привычка тащить больным угощение вызывает у меня жалость! — закатила глаза сложившая руки на груди молодая женщина, сидящая на своей кровати и, до моего прихода, явно смотревшая что-то на смартфоне, — Зачем. Приперся?
— Будь со мной повежливее, — хорошее настроение у меня никак не хотело проходить, — Я единственное духовное лицо в этом городе, которое примет твою исповедь, сестра Агнешка, а затем отпустит грехи.
— Не неси чушь!
— Я про те грехи, которые ты еще не совершила, но обязательно совершишь, когда узнаешь, как Марий Гритт воспользовался твоим подарком.
Если женщину заинтересовать и заинтриговать, то она махом забудет, пусть и на время, что она тебя не любит!
— Кстати, а чем я тебе так не угодил?
— Ты русский!
— Аа…
— Рассказывай дальше!
Художественный пересказ миссии по выведению морских крыс определенно понравился полячке больше, чем возможные доклады её сестер. Через пятнадцать минут она уже бодро потрошила авоську, грызла фрукты и вставляла комментарии, причем по делу. Из них я понял, что в местном монастыре эта особа играет роль мастера на все руки, и без этой вздорной польки местные католики остались… временно осиротевшими. Во всяком случае, несколько эпитетов, доставшихся сестрам за то, что они решили штурмовать укрепление с одними автоматами и без гранат, да еще и с невыгодного тактически направления, Агнешку расстроило. Как и факт нашей эффективной помощи.
— Я сделаю вид, что не слышал, как ты их назвала. Но на будущее запомню.
— Ладно, русский, колись, зачем приперся.
— Мне нужны указания и наводки, — не стал тянуть кота за яйца я, — на полезных людей, тренеров, продавцов качественной экипировки. На тех, кто может представить нужным людям. На торговцев информацией. Расклад по городу. Такие вот мелкие вещички.
Меня
