сейчас, безвольно болтаясь на заднем сиденье вместе с Юки, она напоминала обычную девушку. С похмелья. И с рассаженными в кровь кулаками, уже начавшими подживать.
— Я считаю нас чем-то особенным, — хмыкнул я, — В нашей группе не четверо, а пятеро участников, причем я очень сомневаюсь, что последний сидит сейчас без дела. Спите. Думаю, у вас еще три-четыре часа минимум, чтобы прийти в норму. Поплывем ночью.
— Так ночь, вроде, тут самое рабочее время…? — пробубнил клюющий носом барон, доставший откуда-то мягкую грязную кепку, которая была ему мала, но хоть как-то защищала от солнца.
— Не для всех. Ночью особо не поплаваешь… там, куда мы отправляемся. Мне интересно, как они собираются решать эту проблему.
Мангровые заросли, кораллы, мели. Настоящий подводный лабиринт, среди которого и шмыгают морские крысы, занимающиеся темными делишками. Рыбачат, немножко пиратствуют, объединяясь в крошечные стайки, таскают различную запрещенку. Воруют молодых баб, которых никто не хватится. Вынуждают их им прислуживать, добиваются покорности. Порождают детей, о которых тогда распинался этот идиот. Настоящее крысиное гнездо.
Мы ползли за неторопливо едущими грузовиками почти два часа, в конечном итоге свернув в одну из бесчисленных рыбацких деревушек острова, оснащенную крохотной гаванью. Там, уже в сумерках, начались погрузочные работы по перекидыванию монастырского добра в пять вполне современно выглядящих военных катеров, выкрашенных в однотонный болотный цвет. Я на всё это любовался, сторожа машину с дрыхнущим народом, а заодно пытался угадать, где производят таких интересных монашек. Сухих, поджарых, немногословных, спокойно и привычно командующих тайцами, охотно бегающими по малейшему распоряжению этих святых сестер.
…а еще моё внимание привлек высокий широкоплечий китаец, стоящий на пристани в окружении четырех своих этнических собратьев обычных невысоких пропорций. Вся эта группа была одета в черные деловые костюмы и, пока монахини готовились к своему крестовому походу, успела выкурить несколько пачек сигарет.
Кажется, здоровье собственных организмов их нимало не волновало. Как и будущее.
Глава 10
Аз воздам
Маленькая флотилия катеров шла в ночи невидимо и беззвучно, перемещаясь едва заметными тенями по океаническим водам. Подобный эффект достигался неизвестными мне технологиями, но они, как и сами катера, были современными. Более чем современными, если судить по электронной начинке, которую я смог увидеть краем глаза, когда мы с Юки и парочкой монахинь загрузились на головной катер, а источающий запах табака китаец в деловом костюме прошмыгнул на место водителя. В рубке этого небольшого транспорта располагалась целая куча мониторов, приборов и прочей машинерии.
…что составляло сильный контраст с вооружением святых сестер. Нам ими были предложены полуавтоматические винтовки годов, эдак, шестидесятых, точные и мощные, но со скользящим затвором, а сами монахини были вооружены американскими автоматами, возможно, видевшими Вьетнам из иллюминаторов вертолетов. Ровно оттуда же были ранцевые огнеметы, которыми сестры планировали восстанавливать справедливость. Учитывая, что на дворе стоял две тысячи двадцать шестой год — это было, как минимум, странно.
— В Апсородае можно заключить сделку о приобретении техники любого уровня, — ответила мне сестра Вероника, держащая в руках кроме винтовки еще и массивную рацию, — Но не применять. Мы тут не горим желанием увидеть остров, засыпанный дешевыми минами нажимного действия от русских, с воздухом, усеянном китайскими дронами, либо американские шрапнельные установки… поэтому все дела ведутся по старинке.
— А это тогда что такое? — кивнул я на неторопливо двигающийся в воздухе рядом с нашим судном-лидером массивный плоский дрон, утыканный антеннами. Вид у летательного аппарата был очень внушительный и, при этом, фабричный. Не самоделка, скорее что-то для спецопераций из большой и развитой страны.
— А это — санкционировано. Дрон глушит связь, — внушительно отозвалась монахиня, — Всё, мы близко, забираемся на нос, я остальное там расскажу.
Ожившую и отоспавшуюся японку я перенес на задранный нос военного катера без каких-либо проблем. Та, уже отойдя от вчерашнего буйства, воспринимала ночное приключение даже с некоторым энтузиазмом, хотя и пришлось ей пошипеть на ухо, чтобы не пыталась избавиться от выданного ей оружия. Стрелять кицуне не умела и явно не горела желанием учиться. Зато очень заинтересовалась катерами, так как по словам нашего технического специалиста, двигателей внутреннего сгорания на наших посудинах не было в принципе, как и запахов, что могли помешать носу оборотня.
Основа баланса сил на этом волшебном острове зиждилась на том, что каждый знает своё место в пищевой цепи. Морские крысы, затаившиеся на крохотных островах, рифах и в мангровых зарослях этого архипелага, подобного места не знали, будучи неуловимыми, от чего и обнаглели настолько, что решились ограбить католическую церковь. Каждый из этих «вольных» рыбаков был вещью в себе, со своими маршрутами, секретами и заначками. Каждый был господином и богом на своем острове, причем совершенно заслуженно, потому как вычистить архипелаг от его скрытных обитателей было чересчур проблемным делом. Пока святая, мать её, церковь не изъявила горячее желание сделать это богоугодное дело, да еще и без пролития крови, как им заповедовано.
— Хм, продешевили мы, — погладив встрепанную японку по голове, я удивился тому, что ей подобное сильно понравилось, аж до улыбки и сощуренных глаз, — Надо было просить больше.
— Потом поплачетесь, — отрезала выбравшаяся с нами на нос сестра Вероника, указывая на еле видимые очертания островков, — Начинаем. Это один из главных входов в их логова. Давай, девочка, вынюхай нам этих безбожников…
Ночная операция началась. Какую-то ориентацию в этом тесном архипелаге имели либо монахини, либо владельцы катеров, так что мы двигались от острова к острову гуськом. Сидящая на носу катера Юки нюхала воздух, пока, встрепенувшись, не указала в сторону берега. Наш катер тут же безмолвно приблизился к берегу, выбросившись на него массивным носом, монахиня с огнеметным ранцем за спиной и автоматом выбралась на сушу, следом за ней спрыгнул вылезший из-за руля китаец с прибором ночного видения на лице и пистолетом в руках. Выслушав торопливый шепот Юки, они канули во тьму, а мы с кицуне, вернувшись на катер и перебравшись на корму, залезли на следующую посудину, ожидавшую своего часа. Один из катеров остался прикрывать лазутчиков, а поредевшая флотилия неслышно двинула дальше.
Когда мы причаливали к следующему острову, отставшие катера нас уже нагнали, сопровождаемые летящим над волнами дроном. Задача последнего, как мне шепотом рассказала следующая монашка, возле которой мы пристроились, сводилась к глушению связи на солидном расстоянии. Почти всех частот, кроме тех, что используют владельцы катеров.
Дешево, сердито, эффективно.
Мы продвигались, не производя ни
