Со всех сторон к ним бежали люди. Кто-то схватил Розу, кто-то звал Марию. Та прибежала сломя голову и встала на колени рядом с Лукой возле Шеннон, которая ловила воздух ртом, но не могла вздохнуть. Все ее тело содрогалось от выматывающего душу, хриплого стона.
– Что происходит?.. – выдохнула она через несколько секунд. – Что-то не так, правда?
– Ваш ребенок решил появиться на свет раньше срока, – сказала Мария. – Нам необходимо как можно скорее доставить вас в госпиталь, синьора. – Посмотрев на Луку своими темными глазами, она настойчиво добавила:
– Дело срочное, синьор, очень срочное.
Лука почувствовал, как кровь стынет у него в жилах.
Но тут еще одна схватка скрутила Шеннон, и Лука начал быстро действовать. Подхватив Шеннон на руки, он принимал решения и тут же раздавал приказы.
– Лука, – рыдала Шеннон, обнимая его за шею, я боюсь!
– Шшш, – успокаивал он ее сквозь стиснутые зубы. – Все будет хорошо.
Лука быстро зашагал к дому. Мария бежала рядом, люди вокруг суетились, как муравьи. Фредо уже ждал их во дворе рядом с машиной, двери которой распахнул заранее. Лицо его вытянулось от беспокойства.
– Гони! – крикнул Лука, как только устроился с Шеннон на заднем сиденье.
Фредо захлопнул за ними дверцу, быстро сел за руль, и машина рванула с места, как пуля, поднимая клубы красной пыли на дороге. Шеннон ногтями вцепилась в шею Луки, и снова ужасные стоны наполнили салон автомобиля.
Наконец схватка немного ослабла. Шеннон повернула голову и посмотрела на Луку. В ее глазах плескался ужас.
– Это то же самое, – прошептала она слабым голосом, и Лука понял, что она говорит о Кейре.
– Ничего подобного, – серьезно сказал он. Просто роды у тебя начались на несколько недель раньше срока, вот и все. Зачем ты все время пугаешь себя?
– Фредо гнал машину, как маньяк, скрывающийся с места преступления. И все-таки в окрестностях Фиезоле они попали в пробку. Фредо без устали жал на сигнал, но результата так и не добился.
Неожиданно возле них появился полицейский.
Фредо в двух словах объяснил ему обстановку, парень бросил взгляд на заднее сиденье и через секунду уже мчался впереди них, расчищая им дорогу Они подъехали к входу в больницу, где их уже поджидали две медсестры. Как только Лука вышел из машины со своей ношей на руках, они подкатили кресло-каталку, в которую Лука с великой осторожностью усадил Шеннон, уговорив ее не бояться и пообещав быть рядом.
Что последовало дальше, происходило как в тумане: распахивающиеся двери, медики, задающие ему вопросы, на которые он пытался отвечать, преодолевая желание оторвать им всем головы. Когда Шеннон переложили на кушетку, она с силой схватила его руку и не собиралась ее отпускать.
В итоге кто-то нашел ему стул и предложил сесть. Лука сел, наклонился поближе к Шеннон и свободной рукой обнял ее за голову, словно пытался защитить от всего того, что творилось вокруг.
– Все будет в порядке, – горячо шептал он прямо ей в ухо. – В тридцать пять недель рождаются очень здоровые детишки.
Шеннон кивнула.
– И Роза живое тому доказательство.
Он тоже кивнул, вглядываясь в ее бледное, залитое потом лицо и с трудом отгоняя от себя мысли о том, через какие мучения прошла Кейра до того, как появилась Роза.
Все произошло так быстро, что даже врачи запаниковали от того, с какой скоростью появился ребенок. Рождение малыша захватило всех врасплох.
– У вас сын, – объявил доктор. – Не пугайтесь, что не слышите его крика. В нашей больнице отличный персонал, так что новорожденный находится в надежных руках. Через несколько секунд все будет в порядке.
Казалось, за это недолгое время вся жизнь пробежала у Луки перед глазами. Он считал эти секунды, и каждая отдавалась гулким ударом в его сердце. Шеннон лежала неподвижно, но Лука знал, что и она напряженно прислушивается. Все вокруг спокойно делали свое дело, словно для них не было ничего необычного в том, чтобы принимать роды на пять недель раньше срока, да еще у женщины, в истории семьи которой случались преждевременные роды с трагическим исходом…
И наконец он раздался, этот первый слабый писк, не оставивший никого равнодушным. Шеннон вздохнула от облегчения, а Лука закрыл глаза, стараясь снова обрести контроль над собой.
Затем он услышал еще один крик… и еще один, уже намного громче.
– Да у вас самый настоящий боец, – заметил кто-то. – У этого маленького человечка все будет отлично…
Лука метался по коридору возле палаты Шеннон и пытался осознать то чудо, свидетелем которого только что стал. На какие же муки идут женщины ради рождения детей!
Из палаты Шеннон вышла медсестра.
– Теперь вы можете войти, – сообщила она, улыбаясь новоиспеченному отцу.
Лука как пуля влетел в комнату и увидел Шеннон, откинувшуюся на подушки. Она выглядела такой спокойной и безмятежной и была настолько красивой, что он больше не колебался. Отбросив все сомнения, Лука присел на кровать и посмотрел прямо в ее голубые глаза.
– Я люблю тебя, – сказал он и нежно поцеловал Шеннон. – Хочу, чтобы ты услышала мое признание до того, как мы продолжим разговор, объяснил Лука, едва оторвался от ее губ. – Мне следовало сказать это еще несколько месяцев назад, но я думал, что ты не пожелаешь меня слушать…
Медленно подняв руку, Шеннон на секунду прикрыла пальцами его рот и ласково улыбнулась.
– Повтори, – мягко попросила она.
Лука напряженно вздохнул и схватил ее за запястья. Страсть пылала в его темных глазах.
– Я люблю тебя, дорогая, и любил тебя всегда… всегда. – Он поцеловал кончики пальцев Шеннон и заметил, как ее глаза увлажнились от счастья. – Ты моя жизнь… моя душа… моя душа.
Шеннон не смогла сдержать смех.
– Тебе не нужно повторять все дважды.
– Нет, нужно, – настаивал Лука. – Я слишком долго молчал, а должен был каждый день повторять, как много ты для меня значишь.
– Я тоже никогда не говорила тебе эти слова, вздохнула она.
– Тебе и не нужно ничего говорить. Ты вышла за меня замуж, не доверяя мне, и этого достаточно.
– Но и ты женился на мне, искренне веря в мою виновность, – возразила Шеннон. – Наверное, теперь я тоже должна признаться тебе в своих чувствах, да?
– Конечно! – воскликнул Лука, с надеждой глядя на нее. – Какой же мужчина обнажит свое сердце, не ожидая, что его избранница сделает для него то же самое?
– Глупенький, – мягко засмеялась Шеннон и, освободив свои пальцы, обняла его за шею. – Я люблю тебя, Лука, – прошептала она. – И всегда буду любить… даже несмотря на то, что ты самый настоящий плут. Решил, будто сегодня отличный день, чтобы сказать мне о своей любви, поскольку я подарила тебе красивого сына и ты настолько переполнен любовью и гордостью, что даже не знаешь, что с этим делать.
