попытаться воспользоваться тактикой самих авар и, укрывшись в пыльно-зольном облаке, незаметно приблизиться к противнику и нанести удар, после чего вновь отступить в этот шлейф, пока аланы еще держатся на своей гордости и злости.
– Иля! Твой выход! Покажи им все, что ты умеешь!
Ильмера, кивнув, забросила щит за спину и выхватила лук, после чего начала гвоздить в противника с размеренностью метронома, стреляя навскидку каждые три секунды. Стреляла, точно всаживая стрелы в основном в лица, так как именно эта часть тела была открыта. Также целила в район подмышки, все же большая часть мишеней находилась к ней в позиции «спина» и «бок». Ну а если и под мышку было не попасть, то стреляла в зад коню, в само выходное отверстие, ну или чуть ниже, если это конь… Понятно, что скакуны после такого вели себя, как бешеные мустанги, с диким ржанием взбрыкивали и вставали на дыбы, скидывая седоков. Ее примеру последовали два лучника-дружинника, так что враги стали валиться пачками.
Рус наконец увидел, чем авары перебили значительную часть гуров в тылу, это были боевые плети. В умелых руках на короткой дистанции – страшнейшее оружие. Ведь это не просто хлыст, а плеть с грузилом на конце, что в момент удара достигает мощности, сравнимой с мощностью пули дульнозарядного пистолета. Не всякий доспех выдержит, кольчуга так и вовсе не спасет. Впрочем, у гуров тоже имелось подобное оружие, просто Рус как-то не обратил на него внимания, считая плеткой для стимулирования лошадей.
Также выяснилось, что у авар конница разделяется на тяжелую, которая вся закована в железо, и легкую, там и всадники не так хорошо одоспешены, и у коней защиты нет совсем.
«Или это расовый фактор сказывается?» – подумал Рус.
Вот эти легкие всадники – классические среднеазиаты а-ля узбеко-киргизо-казахи, а тяжелая конница на лицо более европеоидная…
Аланы, державшиеся на левом фланге из последних сил, получив такую поддержку, приободрились и насели на авар с новой силой, словно получив второе дыхание.
– Барс! Теперь ты!
Младший брат кивнул и, вложив меч, до которого пока так и не дошло дело (противник не успевал приблизиться, как получал стрелу), взялся за аркан. Он им отлично владел.
– Вперед!
Отряд Руса атаковал, врубаясь в авар, толком, правда, никто пофехтовать не успевал, так как по противникам дружинников отрабатывала троица лучников, промахнуться на дистанции десять-пятнадцать метров они просто не могли даже на скаку. Но они без подсказки отстреливали в первую очередь именно тех авар, что орудовали боевыми плетями.
Славян тем временем, раскрутив аркан, закинул петлю на одного из богато выглядевших воинов с личиной, что, получив ранение от одного из аланов, оказался на земле и был слегка дезориентирован, наверное, получил по голове.
Но не только Славян бросил аркан. Бросили свои людоловческие инструменты еще шестеро дружинников, и четверо свои цели захомутали, причем двух сдернули с седел.
– Отлично! Отходим!
Кони, и без того сильно уставшие в этой скачке, едва выполняли свое предназначение, все-таки требовалось тащить на себе всадника и волочить их груз, так что скорость отхода оставляла желать лучшего. Но отойти требовалось не так уж далеко. Рус хотел закрыться все еще стойко, в бешеном угаре бьющимися аланами и прихватить несколько коней, оставшихся от их погибших воинов, на которых и погрузить добычу, дополнительно ее спеленав.
Проблема в том, что захват соплеменников был замечен аварами. На удивление быстро собралась группа человек в двадцать, что кинулась вдогонку с явным намерением отбить полон и самым жестоким образом покарать решивших пленить их боевых товарищей.
«Это они зря», – подумал Рус, притормаживая, чтобы оказаться в заслоне.
Главным среди погони оказался авар с бичом, что, ловко им крутанув, ударил в Руса. Парень едва успел прикрыться щитом. Бах! Доски щита брызнули щепой, и в руке Руса оказалась лишь половинка щита. Авар снова крутанул плетью, чтобы нанести второй, добивающий удар, но не успел, ибо ему точно в раззявленный в крике рот прилетела стрела.
– Спасибо, Уголек! – поблагодарил Рус сестру, ведь завалила его противника именно она.
Ильмера, опустошив один колчан, принялась опустошать второй, переключившись на погоню. Благо, что вдогонку кинулись в основном лишь легкие конники, лишь тот с бичом был в полной броне. Авары грамотно прикрывались щитами, но все обламывало отсутствие защиты их коней.
В ход пошли охотничьи срезни. Страшная штука для беззащитной плоти, да еще на коротких дистанциях. Ильмера стреляла лошадям в шею, буквально вскрывая им гортани и перерезая вены…
Увы, у них начались первые потери пленников. Их хоть и волочили по земле, но некоторые все же умудрились извернуться и, достав ножи, обрезать веревки.
– Ах ты ж сука! – воскликнул Рус.
Все бы ничего, освободившихся можно было пленить второй раз, когда большая часть погони окажутся безлошадными, ведь далеко на своих двоих от конного не убежать (даже если конь смертельно устал). Можно было попытаться увеличить количество пленников за счет погони, часть которой также оказалась на своих двоих, но произошло то, что в конечном итоге должно было произойти – боевая стойкость аланов на фоне потерь показала свое дно, и они стали отступать. Точнее говоря, ударились в бегство, и авары из числа пленников и погони оказались у них на пути. Конечно же, обозленные аланы их порубили в капусту.
Осталось еще два пленника, коим пока не удалось высвободиться. То ли ножи потеряли, то ли травмы рук получили, то ли прежние ранения не позволяли проявить активность… Одного пленника тупо затоптали бегущие, что буквально разметали «коробочку» из дружинников просто за счет массы своих мощных коней. Остался пленник Славяна, но и он таковым являлся недолго. Авары устремились за аланами, поражая бегущих в спины плетями и палашами. Так что отряд Руса быстро оказался в этой массе всадников, и один из авар, заметив волокущегося на аркане соплеменника, обрезал веревку ударом палаша. Увы, помешать ему никто не смог, так как дружинники отбивались от других авар, что время от времени наскакивали на них.
– Да твою же мать!!!
Это было, мягко говоря, обидно: столько усилий, и все псу под хвост.
– Отходим! За мной!
Вместо того чтобы бежать вместе с аланами, преследуемые аварами, что стали переходить через Егорлык с целью добраться до запасных лошадей и, пересев на них уйти в отрыв, Рус наоборот повел свой отряд в основную сечу между гурами и савирами.
Собственно, далеко вести не пришлось. Сеча привела к тому, что конные массы сильно рассредоточились на местности, словно расплывшееся на столе жидкое тесто. Кроме того, совпадение или нет,
