- Жеребец, который не интересуется кобылами?
Уес рассмеялся.
- Именно. Он обрадовался.
- Никогда не думала, что ты сможешь солгать. Я впечатлена.
- Я не лгал. Ты девушка, которая...
- Значит, девушка. Если я собираюсь быть твоей девушкой, надо решить вопрос с девственностью. Но только после ужина, - сказана она, в конце концов, надев свою блузку.
Когда она выходила из ванны, Уесли схватил ее за руку.
- Ты не ответила, пойдешь со мной или нет.
Нора улыбнулась ему. Она не могла поверить в то, каким серьезным был Уесли.
- Да, малой. Я пойду с тобой на две самые волнительные минуты в мире спорта. Когда они проходят?
- В первую субботу мая.
- Я забронирую билеты на самолет. С тебя билеты на скачки.
- Они у меня уже есть. Я бываю там каждый год. Мои родители, скорее пропустят Рождество, нежели Дерби. Я пропустил только прошлогоднее мероприятие, так как готовился к экзаменам. Ни один университет в Кентукки не назначил бы экзамены в день проведения скачек.
- Это все мы, чертовы янки, так ведь?
- Вы, янки, мне нравитесь. Вы смешно разговариваете.
Переплетя свои пальцы с его, Нора посмотрела на Уесли. С тех пор, как он вышел из больницы, он стал казаться старше, спокойнее, увереннее в себе. К тому же, стремился проводить с ней больше времени.
Малой читал в ее кабинете, пока она печатала. Когда она переходила на кухню, отправлялся следом за ней. Ей нравилось, что он был ее тенью. С момента возвращения Уесли, ее неоднократно посещало желание, чтобы они были любовниками, и могли спать в одной постели.
Если он был ее тенью днем, она становилась его тенью ночью. С тех пор, как его выписали из больницы, она просыпалась по нескольку раз за ночь, чтобы проверить, все ли с ним в порядке. И даже подумывала о том, чтобы приобрести радио няню и спрятать устройство ему под кровать.
Сделав шаг вперед, Нора услышала шепот сидевшего на ее плече дьявола, который твердил ей поцеловать Уесли, впервые в жизни, по-настоящему его поцеловать. Она пыталась услышать голос ангела с другого плеча, но вспомнила, что тот уже давно свалил куда подальше, написав заявление об уходе.
Обняв Уесли за шею, Нора встала на носочки. С кухни донесся пронзительный рев рингтона - легко узнаваемый звонок ее прямого вызова. Вздохнув, Уесли положил подбородок ей на макушку.
- Все в порядке, - сказала Нора, быстро поцеловав его в щеку.
Ей все еще нужно было переписать для Зака много текста, и чтобы оттащить ее сегодня от Уеса, понадобится целый табун жеребцов. Она прижалась к груди малого, и он обхватил ее руками.
- Пусть звонит.
Глава 12
Осталось четыре недели...
Какого черта он делал? Со дня знакомства с Норой, Зак уже в который раз задался этим вопросом. Счет шел, как минимум, на десятки.
Заплатив таксисту, он прибыл в магазин "Книжная Полка Вордсворта" - сегодняшнее место проведения автограф-сессии книги Сатерлин. Истону не следовало здесь находиться. "Сатурналию" выпустил даже не Главный Издательский Дом. Предыдущие книги не имели значения, но, по какой-то причине, значение стала приобретать Нора.
Пройдя через двойные двери, Зак отыскал автограф-зону, располагающуюся в задней части книжного магазина. Ею оказалась небольшая, окруженная с трех сторон лентой, импровизированная сцена со столом и стулом. На платформе стоял Уесли, беседуя с мужчиной пятидесяти лет, с добрым лицом и полным отсутствием волос на голове. Истон пробрался внутрь огороженной зоны. Установленный возле стены стол был нагроможден стопками последнего бестселлера Сатерлин. Извинившись, лысый мужчина удалился, чтобы принести графин с водой и стакан.
- Славный галстук, - обратился Зак к Уесли, - довольно щеголеватый.
- Щеголеватый - это британский комплимент, верно?
- Верно.
- Приказ Норы. Я не любитель галстуков.
- Ее приказ? И где, кстати говоря, наш диктатор?
- Где-то прячется. Ее последняя с Либретто книга, вышла два месяца назад. Это событие является для них заключительным. Она ненавидит подобные мероприятия.
- Ввиду экстравертности Норы, я думал, что автограф-сессия - ее излюбленное занятие.
- Это напускное, Зак.
Уесли просканировал, начавшую выстраиваться за красными лентами, толпу.
- Ей не нравится находиться в местах большого скопления народа, где она не может контролировать ситуацию.
- Она так одержима повсеместным контролем?
Парень указал на свою грудь.
- Вспомни галстук.
Истон рассмеялся, увидев на его лице выражение наигранного отвращения. Ему до сих пор казалось странным, что молодой человек был увлечен женщиной намного старше себя самого. Зак не понаслышке знал, каким опасным могло быть обожание романтического героя.
- Видимо, скоро начнется, - произнес он, когда лысый мужчина поставил на стол графин с водой и стакан.
Истон успел насчитать от сорока до пятидесяти, успевших выстроиться в очередь человек, количество которых увеличивалось с каждой минутой.
- Может, мне сходить за нашей неуловимой писательницей?
- Если тебя не затруднит. Я хочу остаться и проследить за процессом.
От Зака не ускользнуло, что Уесли обращал пристальное внимание на ожидающих Нору поклонников. Он изучал каждого человека в очереди. Количество мужчин оказалось больше, чем Истон ожидал. По обыкновению, эротика продавалась в качестве поджанра романа, тем не менее, в толпе присутствовало, по меньшей мере, с полдесятка взрослых мужчин и несколько юнцов, держащих в руках новые, глянцевые книги ее последнего издания.
- Волнуешься из-за поклонников? - спросил Зак.
- Ты бы тоже волновался, просмотрев ее фан-почту.
- Понятно. Пойду, найду Нору. Где она может быть?
Уесли встретил взгляд находящегося в очереди молодого парня. Истон не заметил в нем ничего чрезвычайно угрожающего, хотя он казался нервным и нетерпеливым, бросая завистливые взгляды на него и Уесли, стоящих внутри огражденной зоны. На нем была куртка армейского зеленого цвета, и военные ботинки на шнуровке. Не самый типичный вид для поклонника любовного романа. Но опять же, в Сатерлин и ее книгах не было ничего типичного.
- Посмотри наверху, - предложил Уесли, - в детской секции.
Заку пришлось усердно постараться, чтобы представить Нору среди книжек про Винни-Пуха и Гарри Поттера. Хотя, с другой стороны, он никогда бы не подумал, что увидит ее в церкви. Поднявшись по эскалатору на второй этаж, он последовал по нарисованным на полу следам динозавра, и оказался в ярко освещенной, уединенной части помещения. Завернув за угловой стеллаж с книгами-картинками, Истон услышал знакомый, звонкий смех.
