– Ник, это обязательно измываться надо мной именно сейчас?
– Да, я же твоя подруга.
Я отвернулась к стене.
– Реб, расскажи мне, что произошло… между тобой и Элен, – тихо попросили Ник, пересаживаясь на край кровати.
– Мы встречались, – я перевернулась на спину и стала мерить потолок глазами. – У нее был жених. Сама не знаю, как так получилось… Просто, так получилось и все. В тот момент я была уверена в том, что это естественно. Нормально. И даже то, что мы обе женщины не помешает нам… Быть вместе. Но Элен… Она никак не могла решиться разорвать отношения с женихом и быть со мной. Какие-то сложные и непонятные мне игры. Я давала ей время, я понимала, что невозможно вот так быстро решиться поменять все жизненные устои и моральные принципы. Я понимала, как сложно ей будет, и как будет не просто мне. Но думала, что все выдержу ради нее. Но она… – Я усмехнулась. – И жениха не бросала, и мне давала шанс. В конце концов, я поняла, что я для нее приятный, но жутко нестабильный вариант, а жених… Он же мужчина… он более стабильный и более правильный. В общем, в тот день она прибежала ко мне… Я вызвала ее к себе в кабинет, хотела сделать ей сюрприз – пару дней на круизном лайнере. Попытка побыть с ней наедине, без женихов и прочей глупости.
– Ты знаешь что, вызывая меня сюда – подвергаешь опасности свою карьеру? – спросила Элен, входя в мой кабинет.
– Тебя это как-то касается? – ее заявление удивило меня. Причем тут вообще моя карьера и вызов?
– С чего ты взяла, что я беспокоюсь о тебе? – она мгновенно ощетинилась.
– Мне показалось… – начала я, но она перебила меня:
– Ребекка, это я теперь не могу появиться в курилке! Это обо мне теперь шушукаются!
– Тебя это трогает? – поинтересовалась я.
Шушукаются. А как предупредить о таком? К сожалению отношения, между женщинами вызывают непонимание и отторжение, хоть они и существуют, но о них предпочитают не говорить – как будто их нет.
– Да! У меня, между прочим, есть жених!
Это меня разозлило. Она всегда прикрывается женихом. Всегда. Пудрит мозг и мне и бедному парню. Чувство безысходности накрывает с головой. Маленькая плутовка точно знает, что нужна мне… и ему. А вот кто нужен ей?
– Ну, так выходи за него, чего ждёшь-то? – устало кинула я.
– Выйду, можешь быть уверена. Всему своё время, – она зло смотрела на меня.
– Долго тянешь. Это смахивает на не уверенность.
– Это не тебе решать!
– Да ну?
Конечно не мне. Это будет решать кто угодно, но не я. Может быть даже жених. Господи, от одной мысли об этом на зыке ощущается неприятный вкус.
– Зачем ты меня звала? – Элен тем временем решила поменять тему.
А я поняла, что не хочу никуда ехать с ней.
– Уже не важно.
– Ребекка, ты играешь со мной. А я не люблю этого!
Я играю? Вот это номер! Стоит ли обвинение оправданий? А возможно ли вообще оправдание? Пусть будет так, как она хочет… Играю, так играю…
– Неприятные ощущения? Дискомфорт? – я улыбнулась.
– Я не хочу ругаться с тобой. Я ухожу.
– И ушла. Я пыталась поговорить с ней, я уже тогда понимала… что без нее… Ладно, неважно. В общем, все мои благие намерения натолкнулись на ее громкие заявления о медовом месяце после скорого замужества. Не помню точно, но, по-моему, я даже решилась на шантаж, который с треском провалился. Мне было плохо, я решила развеять тоску, и начинать забывать о ней. С клуба притащила домой девчонку, но среди ночи заявилась Элен. Понимаешь? Меня просто взбесило, то обстоятельство, что как только я решила забыть о ней, она тут же появилась снова. Не важно: жду я ее, или нет, есть у меня в жизни кто-то… Ей все неважно. И сейчас… она совсем не изменилась. Пришла, выдала информацию и ушла, дернув плечиком.
– А что случилось сейчас? – подала голос Ник.
– Беременна она, – буркнула я. – Пришла, сообщила об этом, таким тоном, как будто прогноз погоды передала. Сказала, что ничего от меня не ждет и не ждала, что все было клево, но все закончилось. Теперь у нее опять жених и будущий ребенок, – с горечью закончила я.
– Какой жених?
Говорить или нет? Что у них с Кенье? Может там все серьезно, и я разобью пару, которая только начинает свой путь? Хотя, с другой стороны, почему я? Это Элен ее разбила. Выйдет замуж за Кенье, родит ему ребенка и будут жить они долго и счастливо…
– Кенье, твой ненаглядный. Какой же еще?
– Роберт? Смеешься? Этого не может быть.
– Из того, что он тебе ничего не говорил, не значит, что этого не может быть.
– Реб, но послушай… Роберт с ней встречался один раз… Тогда, когда мы… Ну, ты поняла. И все. Я не настолько наивна, как ты думаешь. У него просто не было времени.
– Ну, может как раз сейчас он его нашел. Она к нему поехала. Сейчас, наверное, договариваются о дате свадьбы…
– Глупости, – решительно заявила Ник. – Роберта сейчас нет в городе.
– Ох, Ник. Я сейчас не в том состоянии, чтобы решать логические задачки. Я просто хочу побыть одна, – я отвернулась.
– Реб, а почему ты ей не скажешь, что любишь ее, и что она очень тебе нужна?
– Потому что… потому что… в этом нет смысла.
– Почему? Потому что ты думаешь, что ей это не интересно?
– Ей это не нужно.
– Это только твои выводы. Реб, ты можешь быть такой романтичной душкой, так же как и становишься совершенно бездушной сукой, как только речь заходит о твоих чувствах. Ты так боишься быть слабой и не понимаешь, что любить – не стыдно! Это не слабость.
– Неужели обязательно об этом говорить?
– Нам важно это знать и слышать.
– А если… если я скажу ей… а она скажет…
– Что ей все равно? Не верь ей. Она солжет, если скажет тебе так.
– А если солжет? Что делать мне?
– Ты такая странная. Ты сейчас сидишь и спокойно обсуждаешь это со мной. Почему бы не обсудить тоже самое с ней?
– С ней невозможно говорить так… как с тобой, – я улыбнулась, представив себе такой разговор с Элен. – К тому же, мне тяжело представить себе такое. Я скорее откушу себе язык…
– Тебе так сложно признаться в любви?
Признаться в любви. Я мысленно хмыкнула. Нет, это просто. Ты просто подходишь к человеку и говоришь: я тебя люблю. А он отвечает: а мне все равно. И что делать потом? Слова сказаны. Словами можно многое сказать. Попытаться рассказать, как скучаешь, как тебе больно и плохо. Но что если второму человеку не нужны твои признания и чувства? Что делать с ними потом, когда они перестанут быть только частью тебя и облекут свою жизнь в звуке?
– Понимаешь, – протянула я. – Я не хочу ее держать. Я хочу, чтобы она осталась сама. Если ей это нужно…
– Скажи, а как она поймет, что это нужно тебе?
Мы помолчали. И Ник снова перешла в атаку.
