шар, от которого так фонило тьмой, что я внутренне напрягся, ожидая увидеть Люмоуса, как раз подлетал к морде дракона. И в тот момент, когда он должен был встретиться с мордой зажмурившегося дракона, совершенно неожиданно для всех шар лопнул, как мыльный пузырь, окатив дракона серым пеплом, не причинившим ему никакого вреда. Я немного развернулся, чтобы посмотреть, что такого могло произойти, что заставило мага из Высших отменил свое заклинание, и увидел его тело, лежавшее в довольно приличной луже крови, а также склонившегося над ним Айзека, которого окутывало яркое до боли в глазах кроваво-красное сияние. Резко выдернув свой кинжал из тела мага, он практически без подготовки метнул его в другого, который растерянно успел посмотреть на жгуты, которыми все еще держал дракона под своим контролем и на летящий в его сторону кинжал, пробивший с едва слышимым хлопком окружающий его прозрачный купол, служащий, видимо, той самой защитой от драконьего пламени, и вонзившийся ему в грудь. Жгуты, которые выпустил он, как до этого шар, рассыпались серым пеплом, тут же унесенным поднявшимся ветром. Оставшийся в одиночестве маг инактивировал свое заклинание, полностью освобождая дракона, и направил огненный смерч, довольно внушительного размера, как раз в рост человека, в направлении Айзека.
— Беги, я больше не могу его держать, — хрипло прокричал Старбоэль, и свечение вокруг Айзека исчезло, оставив только едва видимый свет возле его ног. Мой дружинник во время исчезновения защитного купола немного покачнулся и был на долю секунды дезориентирован, и это не дало ему времени правильно рассчитать свои силы и обогнуть насылаемое на него заклинание. Когда стена огня уже практически коснулась пришедшего в себя Айзека, что-либо предпринимать было уже слишком поздно. В ту же секунду серая тень сбила его с ног и оттолкнула в сторону, что позволило Айзеку частично уйти от воздействия магического огня. Но, судя по приглушенному крику и последующему за ним стону, часть пламени все же коснулась его. Лорен стоял в круге, не пытаясь выйти за его пределы, от бессильной ярости только сжимая и разжимая кулаки. Трава вокруг еще тлела, а от оголившейся земли поднимался вверх дым.
Дракон, полностью придя в себя, взмахнул крыльями, присоединяясь к своим товарищам, однако покидать это веселье они и не думали, кружа, как коршуны над нами, больше, однако, не вмешиваясь в происходящее. Я, было, попытался выйти из круга, чтобы посмотреть, что случилось с Айзеком, но горящая в прямом смысле этого слова земля, оплавила новый ботинок за считанные секунды, как только я выставил ногу за пределы оберегающего нас круга, создав до неприличия высокую температуру в замкнутом пространстве обуви. От такой внезапно наступившей боли, я упал на задницу и в довольно рекордные сроки снял с себя дымящийся ботинок, а затем долго и довольно тупо рассматривал оплавленный носок и красную ступню с начинающимися образовываться волдырями. Ничего себе. Местный филиал ада какой-то.
— Не дай ему уйти, — оклик Старбоэля привел меня в чувство от созерцания такой нелепой травмы. Если бы Льюис все-таки мог меня видеть, то наверняка смог бы хоть как-то помочь, ну или хотя бы снять боль, которая начала распространяться выше по ноге. Я оглянулся и только сейчас заметил, что Льюиса рядом со мной нет, и он довольно быстро пересекает поляну в направлении Айзека, который на первый взгляд не подавал никаких признаков жизни. Я покачал головой, вспоминая, что он вроде как остался жив и, в целом, прогноз ему дают благоприятный. Эта мысль ненадолго меня успокоила, и я мог снова включиться в реальность, или что это было на самом деле.
Яркая вспышка чуть в стороне привлекла мое внимание. Два мага, буквально несколько минут назад стоявшие бок о бок, сейчас стоят друг напротив друга в своем последнем поединке. Вспышка, вторая, третья, я даже не понял, чем эльф начал кидаться в своего противника, который с легкостью отражал все его атаки. Отражение ответной атаки точно таким же заклинанием далось Старбоэлю с трудом, все-таки он много сил потратил на помощь Айзеку, в чем бы она не заключалась. Пока я смотрел на покачнувшегося эльфа, то понял, что ничего больше не происходит. В той стороне, где только что находился советник Верховного мага весьма ловко справляющийся и с эльфом, и практически убивший Тень, лежало только его тело, над котором склонился мужчина, в котором я узнал брата Айзека, окруженного точно таким же режущим глаз кроваво-красным сиянием, как совсем недавно был окружен его брат. Свечение погасло, и эльф грузным кулем рухнул на землю, поддерживая небольшое заклинание, которое давало ему и Тайрону элементарно находиться на выжженной поляне, превращенной к миниатюрный кратер просыпающегося вулкана.
Драконы, покружив над поляной еще несколько секунд, спустились, уже над самой землей принимая человеческий облик. Ничего особенного в их трансформации, я не заметил. Вот только что перед нами были огромные рептилии и буквально долей секунды спустя к нам идут три человека. Ни ярких вспышек, ни ломанных костей, ни элементарных звуковых эффектов. Я даже остался несколько разочарован. Да и земля не горела у них под ногами. То ли они и в человеческом облике огнеупорны, то ли применяют какую-то свою драконью магию.
Почему-то они подошли к Лорену, мечущемуся в круге, который все еще оберегал его от ожогов. Оставшиеся Тени, и Иельна, которые не принимали участия в царившем вокруг веселье, ютились на краю поля в противоположном от нас конце поляны в месте, по чистой случайности, не затронутом огнем. А вот Льюису, например, факт разогретой до состояния вулканической лавы земли под ногами никакого дискомфорта по какой-то причине не доставлял. Старбоэлю же не нужно даже полностью в сознание находиться, чтобы рефлекторно обезопасить себя от ожогов. Сейчас, как я понял, эльф и док носились вокруг Айзека, не давая тому помереть довольно мучительной смертью. А вот Первый дружинник застрял посредине поляны и просто не мог присоединиться ни к какой группе выживших, чтобы по дороге не обгореть до костей. Ну и я, соответственно, застрял вместе с ним.
К нам подошли женщина, в которой я узнал Нордэшан и двое незнакомых мужчин. Она уже не была столь великолепно красивой, как при нашей первой встречи. Все ее лицо было в многочисленных порезах, некоторые из которых продолжали кровоточить, только она, судя по всему, не обращала на этот факт никакого внимания.
— Вот мы и снова встретились, человек, — она заговорила ровно, глядя прямо в глаза Лорену, который не отводил взгляда и пока не
