проигрывал эту битву.
— Мое почтение, — Лорен слегка наклонил голову в знак приветствия и благодарности, все еще не прерывая зрительного контакта.
— Где твой господин?
— В беде и мне следует торопиться, чтобы вызволить его из неприятностей. — Ровно ответил он, выпрямившись. Очень странное поведение, как мне показалось. Обычно Лорен более импульсивен.
— Ты изменился, — она втянула носом воздух, как тогда в первую нашу встречу, буквально обнюхивая моего дружинника. — Не дай этим изменениям поработить тебя. Возьми. — Она протянула ему прядь своих волос, которые только что отрезала небольшим кинжалом, висевшим у нее на поясе. Интересно, а куда они прячут оружие, когда трансформируются в огромные туши, сметающие все на своем пути. — Он защитит тебя от пламени дракона. Но только пока я позволяю этому происходить, поэтому не вставай у меня на пути.
— Какая будет цена за наше спасение? — Лорен решил прояснить для себя несколько вопросов. Все же переговоры он вроде бы вести умеет, пока уровень агрессии и неадекватности зашкаливать не начинает. Я хмыкнул, вспоминая, как в прошлую их встречу его пришлось насильно усыплять.
— Жизнь за жизнь. Я спасла вашу, ты и твои люди мою. Я думаю, это честная сделка, тем более один из ваших уже расплатился за помощь вам. И да, сегодня человек спас жизнь эльфу, эльф Тени, а Тень дракону. Это судьбоносный день, который может все изменить в жизни Дариара. Помни об этом.
Лорен кивнул и, зажав локон в руке, буквально растворился в полумраке, за считанные секунды преодолевая расстояние, разделяющее его от Айзека. Нордэшан о чем-то задумалась, потом неожиданно улыбнулась и резко повернулась в мою сторону.
— А ты здесь лишний, человек. Прочь.
Снова этот неприятный рывок, и вот я уже сижу на своем стуле в окружении задумчивых Теней и Сторбаэля, который что-то чертил пальцем на столешнице. Чертыхнувшись, я посмотрел на свои ноги, которые не были на первый взгляд повреждены, да и пореза никакого на ладони не было.
— И что это, Доргон и все его прислужники вместе взятые, сейчас было? — прорычал я, еле сдерживаясь, чтобы кого-нибудь не задушить, преимущественно ушастого и не в меру высокомерного.
Глава 13
— Нет, ну так не интересно, — я бросил пульт на кровать и откинулся на подушку. После того, как Кеннета отключили от этой реальности и перенесли в другую, ну или что там эти психи с ним сделали, я тупо пялился на черный экран. Меня почему-то взять с собой забыли, да что взять, даже не пригласили подсмотреть, вот теперь и гадай, сдыхая от любопытства, что же там произошло на той поляне, и как Айзек умудрился при его реакции получить несовместимые с жизнью ожоги. Напалмом его там жгли что ли.
Пока шли ничего не значащие препирательства в зале совещаний, я пристально рассматривал Лорена, который очень изменился за лето, так сказать. Не знаю, что привлекло мое внимание на этот раз, но я упорно пытался найти различия между «до» и «после». Пока безрезультатно. Сейчас передо мной сидел именно Лорен Райс без каких-либо отклонений в его хм… ауре. Я не псих и галлюцинациями не страдаю, поэтому абсолютно уверен, что там что-то было. Что-то с чем до того момента я никогда не встречался. И я обязательно разберусь с этой загадкой, но не сейчас. Сейчас я придумал для себя дела поважнее, тем более, что Кеннет через которого я и вижу Лорена, находится вне зоны доступа.
Я достал из-под кровати хрустальный шар, о котором думал в последнее время. Нет, сначала я думал исключительно о думосборе маразматика Дамблдора, и хотел, чтобы у меня появился именно такой, но комната, в которой я был заточен, почему-то не знала, что это или не смогла воспроизвести, поэтому приходилось разыскивать альтернативные пути просмотреть память, чтобы отыскать слегка подзабытые моменты. В ответ на это мне выдали хрустальный шар, который, кстати, появился очень быстро. И что с ним делать? Кофейной гущи на него плеснуть?
Взяв в руки эту хреновину, я внимательно ее оглядел, пощупал, даже потряс, только что не лизнул, пробуя на вкус. Обычная стеклянная хреновина, даже не настоящий хрусталь. Только ярлычка «Made in China» не хватает. Комната, ай-ай-ай не огорчай дядю Диму.
Как только я подумал о том, что я могу сделать со своей темницей, не причиняя самому себе вреда, в шаре заклубился дымок розового цвета. Насыщенного противного режущего глаза розового бл… цвета! Интересно девки сели на шпагат. Я приблизил шар к глазам, действуя скорее интуитивно, чем получив какие-то инструкции, все же надеясь, что все мои действия вполне осмысленны и именно так и надо работать с шаром. Я пристально всматривался до боли в глазах в розовое марево, пытаясь разглядеть, что же там такое мелкое копошится, и резко без малейшего предупреждения погрузился в мимолетное воспоминание из своего беззаботного детства, когда я сломал только что купленный велосипед. Быстро отведя взгляд от шара, я тряхнул головой, прогоняя наваждение. Нет, это все конечно круто, но мне не нужны мои воспоминания, я прекрасно помню, каких звиздюлей тогда получил от мамы, потому что отец только-только начал свой путь к обогащению и велосипед был для нас все же довольно дорогой игрушкой. Мне нужны воспоминания нашего с Кеннетом симбиоза в то время, когда я находился в его теле, как-то это по гейски прозвучало, но не суть.
Но как бы я не пытался сосредоточиться, ничего не получилась. Эта круглая шарлатанская кругляшка показывала либо мои воспоминая еще в том моем настоящем мире, либо черную затягивающую куда-то пустоту. М-да. Я потряс шар в руке и уже размахнулся, чтобы кинуть его об стену к Дальмировской матери, ведь наверняка такой же сучкой была, как и дочурка, а блондиночка пошла в матушку, как меня остановил хриплый
