Нет. Этот мир точно не изменить. Эти люди уничтожили Академию. Они уничтожили тех, кто уже был ветераном и не имел никаких сил. Они уничтожат всё, что сочтут проблемой. Любого. И за это… они сами заслуживают смерти!
— Суки! — прорычал я, ещё сильнее сжав кулаки, и бросил очередной взгляд на девушку.
Помочь девушке я сейчас никак не мог. Казалось даже, что все мои действия в её отношении сделают всё только хуже. Она может поступить так же и со мной. Я ещё не так силён, чтобы открыто противостоять её необузданной мощи. Разжав кулаки, я обессилено выдохнул и вышел из помещения. Нужно сказать кому-нибудь, кто меня может послушать, чтобы за ней проследили, но не трогали и не проявляли агрессию.
Трибун и его Опцио тут же отпадают, они не будут тратить свои силы и нервы на то, чтобы проследить за поехавшей девушкой, которая может быть опасна. Вероятнее всего, когда я покину эту базу, они её просто пристрелят. Но она и не одна, есть же ещё Иван, который свалился без сознания в первый день пребывания на этом континенте и так и не вставал. И он, к слову, был в соседней камере. Его не трогали. Он как лежал, так и продолжал. Только тревожность вырисовывалась на его лице, которой раньше не было. Что-то чувствовал? Понимал.
Я усмехнулся. Ирония судьбы. Если бы Иван сейчас был на ногах, он бы смог предупредить всех о нападении, более того, он мог бы его даже предотвратить, спасти множество жизней. Но он перестарался. Это будет ему и мне уроком. Но… та случайность… совершенно неявная цепочка случайностей привела к более-менее благоприятному исходу. Хоть кто-то свободен.
— Но пожелал остаться рабом, — пробормотал я себе под нос и продолжил идти дальше.
Медленно выйдя из здания, я огляделся по сторонам. Пожаров стало чуть меньше, трупов в машинах и раненых в палатках чуть больше, но в общем картина осталась та же. Предо мной не было ни единого знакомого лица, хотя все солдаты бегали без шлемов и масок, дабы было проще дышать, да и просто так легче. Всё равно дым от пожарищ устремляется ввысь, а сами пожары по большей части устраняют так называемые второстепенные боевые единицы. Роботы. Люди только контролируют всё и лишь иногда помогают.
Отдав чипу мысленную команду на поиск цели, ещё раз огляделся, прежде чем пришло оповещение о том, что задача выполнена. Всего несколько мгновений. Обработка поступающей информации просто поражает. И при этом часть мощностей была задействована для расшифровки генома чемпиона Тьмы. Сойн был найден, точнее, сигнал его чипа, маршрут был к нему проложен, осталось только пройти и никого по пути не убить. А желание из-за увиденного, из-за произошедшего с Алисией было довольно большим. Сложно было держать себя в руках. Очень. Но я старался.
Стараясь обходить особо большие скопления военных стороной, всё же наблюдал за происходящим. Кто-то откровенно бездельничал, наблюдая за всеми со стороны. Кто-то делал вид, что работает, хотя на самом деле вклад этих людей в общий результат был крайне мал. Кто-то реально трудился в поте лица, стараясь разгрести все завалы, достать всех раненых и извлечь все трупы. Только редкие пожарные команды, состоящие из людей, работали слаженно, все номера расчётов знали, что надо делать. Только их не хватало, как и роботов, из-за чего пламя грозило перекинуться на лиственный лес, жухлые листья которого могли вспухнуть от любой искры.
Пока я наблюдал за этим, мысли о том, что человечество не совсем обречено, возвращались ко мне. Всё же была какая-то надежда, а все пороки людские из-за системы, позволяющей им творить различные злодеяния по отношению друг к другу. Из-за рангов. Но… если смотреть на историю, человечество всегда было расслоено. У кого-то было больше прав, у кого-то меньше. Так было всегда.
В какой-то момент я даже не заметил, что дошёл до того места, где Сойн руководил процессом разгребания руин казармы, в которой мне пришлось принять бой. Та огромная тварь, которая оказалась моим последним противником, умудрилась разрушить до основания сразу несколько зданий, которые погребли под собой десятки ещё живых людей. Я даже удивлён, что они были живы. Прошло уже столько времени…
Я остановился не так далеко от Сойна. Пытался запомнить картину. Был слышен крик. Женский. Один пацан, достаточно молодой, чтобы его так называть, с огромным энтузиазмом раскидывал камни, что-то кричал в ответ. Я не особо пытался разбираться, что именно. И потом… когда он увидел тело девушки, которая кричала, он… расплакался и обнял её. Это была медсестра либо медицинский сотрудник. Не так важно. Но он её любил. Он боялся её потерять. Он не видел с помощью своего чипа, жива она или нет. Он просто надеялся.
Надежда… такое человеческое чувство.
Но я продолжил идти дальше.
— Если ваши кривые руки не разгребут эту кучу дерьма быстрее чем за десять минут, вы у меня сами под камни захотите лечь! — орал он на солдат, которые в суете носились туда-обратно с камнями и без в руках.
— Развлекаешься? — голосом без эмоций спросил я у офицера, встав рядом с ним.
— Да какой… — вздохнул он. — Тут второй экипаж проживал, а я дал обещание семье одного паренька, что смогу сохранить его жизнь. Сам лично забирал его тогда из дома… — прикрыл он глаза, нащупал в одном из карманов пачку сигарет, достал одну и протянул пачку мне, но я отказался. — Ты бы видел, как мать рыдала, чувства сложно описать.
— Мне не понять, — пожал я плечами, а потом добавил. — Правительство у меня отняло в разы больше.
— Вот сколько не думаю о том, что ты мне показал, — нахмурился Сойн, — а всё не могу понять, почему именно ты выжил. Особенный или чего? Совпадение? Злой рок? Вот как?
— Стечение обстоятельств, я бы сказал, — выждав пару секунд, я всё же решился, что хоть один человек должен знать, что именно привело меня к тому, что я сейчас делаю. — Отойдём?
— Ну пошли, — приподнял он на мгновенье одну бровь, а потом повернулся в сторону бойцов и гневно крикнул. — Я тебе сейчас этот камень засуну туда, откуда ты его век вытаскивать будешь! А ну быстро поднял и отнёс в сторону!
Боец тут же засуетился, всё же смог взять достаточно большой кусок бетона и откинуть его в сторону, чудом в никого при этом не попав. Военных сложно понять, сложно понять их мотивацию и желание трудиться, зная, что человек, который тобой управляет, по сути тоже просто такой же, как и ты сам. Но они это делают.
Тихо усмехнувшись, я развернулся и пошёл в тень, что создавали кроны деревьев. Людей там было мало, точнее их там не было вообще, нас там будет плохо видно, а вот нам, насколько мне подсказывал чип, все будет видно шикарно.
Пройдя под тень дерева первым, я дождался Сойна, который слегка задержался. Он спокойно отдавал указания одному бойцу, который мне с самого начала показался наиболее разумным, и только потом направился ко мне. Шёл он, оглядываясь, чтобы точно убедиться в том, что его распоряжения выполняются.
— И так, что ты хотел? — подошел он ко мне, сразу развернувшись так, чтобы можно было видеть трудящихся солдат.
— Сначала хотелось кое-что попросить, если это тебе не составит труда, — с каким-то усилием воли я это говорил, так как часть меня внутри протестовала доверять кому-то свои хлопоты, хотя разум понимал, что сейчас эти двое будут мне помехой, ибо в их текущем состоянии ни я им, ни они мне помочь ничем не можем.
— Смотря какая просьба, — пожал он плечами, в одно мгновенье прищурившись и с особым наслаждением выдав, — жертва найдена, убью на хрен… вот что он… идиот…
Раздался крик. Кто-то себе что-то придавил. Не смертельно, просто болезненно. Но всё же.
— А ещё я себя сумасшедшим считаю… — издав лёгкий смешок, сказал я, за что получил в ответ насмешливый взгляд Сойна, после чего мы вместе улыбнулись, и наши взгляды направились на работающих военных. — Вот о чём я тебя хотел попросить. Я же пришёл сюда не один, ты сам это помнишь, а вместе с Алисией и Иваном.
— Звучит так, словно ты хочешь уйти, — тихо сказал он, хотя вокруг никого не было, — или же я ошибаюсь?
