Участок Чейза и Расти располагался на правом берегу ручья Гоулд Боттом, притока Эльдорадо. А Эльдорадо – приток Боканцы, которая в свою очередь являлась первым ответвлением реки Клондайк. Гоулд Боттом называли еще «сосунком» Боканцы, что на языке старателей означает приток притока. Участок, купленный Расти у разочаровавшегося старателя, был одиннадцатым по счету вверх по ручью и имел площадь в сто квадратных футов.
Уже наступили холода, и Мэгги, несмотря на теплую одежду, все время мерзла. Почти постоянно шел снег, а земля стала твердой, как камень. В пути журналистка ни на минуту не расставалась со своим блокнотом, занося в него свои впечатления. Особенно ее поразило обилие диких животных, которые, ничуть не боясь людей, выскакивали прямо на дорогу. В первый же день она увидела малыша-лосенка, чуть позже его отца, огромного лося, а уже вечером заметила, как из леса выходит пара прекрасных кареглазых оленей.
Путешествие было недолгим, и на исходе второго дня Скотт сообщил:
– Ну вот, Мэгги, мы почти на месте. Проехав мимо ряда хижин и палаток, они, наконец, остановились перед крепким деревянным домом, стоящим у самого ручья. На берегу возвышалась груда гальки, которая ясно говорила о том, что участок уже начали разрабатывать.
– Одиннадцатый Верхний, мисс, – торжественно провозгласил Гордон, помогая Мэгги спешиться. – Мы на месте, но меня беспокоит то, что из трубы не идет дым, – сказал он, указывая на дом. – Может быть, Купер уже уехал?
– Ты знаешь Сэма Купера? – удивленно спросила Мэгги.
– Да, мы встречались в Доусоне, еще до того, как Расти Рид нанял его присматривать за участком.
– Значит, ты знаком и с Расти! – обрадованно воскликнула она.
– Я знаю его, но не очень хорошо. Пойдем в дом, может, Сэм все-таки здесь и просто экономит дрова.
Скотт подошел к дверям и постучал. Никакого ответа. Он постучал сильнее – по-прежнему ничего. Чуть толкнув дверь и обнаружив, что она не заперта, капитан обернулся к Мэгги и предложил:
– Сначала я войду один, а ты пока подожди тут.
Девушка кивнула. Некоторое время она слышала только шаги Скотта, а затем раздался его голос:
– Мэгги, можешь войти.
Она остановилась у порога, давая глазам привыкнуть к тусклому свету, проникающему через единственное маленькое оконце, и лишь минуту спустя разглядела закутанного в одеяла мужчину, лежащего на койке в углу. Рядом с ним стоял Скотт.
– Это Сэм Купер? – спросила Мэгги, подходя ближе.
– Да.
– Он жив?
– Да, он еще дышит.
Опустившись перед кроватью на колени, девушка болезненно сморщилась. Она увидела худого морщинистого старика со слипшимися, влажными от испарины волосами. Сэм явно температурил, и дыхание со свистом вырывалось из его легких.
– Ему нужен врач, – сказала Мэгги, поднимаясь на ноги.
– Да, но где его здесь взять?
Не успел он договорить, как старик открыл глаза. Изумленно глядя на Скотта и Мэгги, он с трудом выдохнул:
– Кто вы?
– Капитан Гордон, королевская конная полиция Канады, и Мэгги Эфтон, репортер из Сиэтла, – ответил Скотт. – Давно вы в таком состоянии?
– Хвораю с лета, но все время был на ногах, а вот неделю назад слег. Можно мне водицы чуток?
Мэгги немедленно подскочила к ведру, налила в жестяную кружку воды и поднесла ее к губам Сэма. Сделав несколько глотков, старик закашлялся и едва отдышался после жестокого приступа. Скотт поправил ему подушку, а затем незаметно взял девушку за локоть и отвел к противоположной стене комнаты.
– Воспаление легких, – угрюмо констатировал он. – Перевозить его сейчас нельзя. Дорога долгая и тяжелая, он умрет, не доехав до Доусона.
– Ты прав, – согласилась Мэгги. Она поняла это сразу, как только увидела Сэма, и тогда же приняла решение: – Скотт, раз бедняга не в состоянии путешествовать, позволь мне остаться с ним. Я буду хорошей сиделкой и останусь здесь до тех пор, пока он не поправится.
– Я, конечно, восхищен твоим мужеством, Мэгги, но это, прости меня, полная нелепость. Ты не можешь тут остаться и не заговаривай больше об этом, – категорично заявил Гордон.
Мэгги вздохнула. Подобные слова ей говорили уже не раз.
– Я достаточно взрослая для того, чтобы самой принимать решения, – спокойно произнесла она. – Ну что со мной может случиться? Еды у нас достаточно, вода рядом, а когда Сэму станет получше, мы сразу же вернемся в Доусон.
– Что может случиться! – воскликнул Скотт. – Господи боже мой, Мэгги, да ты даже не представляешь, сколько опасностей таит в себе Аляска. Может повалить сильный снег, и вы окажетесь замурованными в этом доме, как в склепе; может резко упасть температура, а гризли и волки! Об этих непрошенных гостях ты подумала? Я уж не говорю о двуногих, которые страшнее всех медведей, вместе взятых. Прошу тебя, Мэгги, будь же благоразумна. Давай-ка лучше укутаем Сэма и поскорее отправимся в Доусон. Думаю, он сможет удержаться в седле, если лошадь пойдет шагом.
– Не обманывай себя, Скотт. Ты прекрасно понимаешь, что дорога убьет его. И потом, что же будет с Одиннадцатым Верхним? Ведь участок останется совсем без присмотра.
– Да, тут ты права. Его вполне могут захватить и присвоить. Несмотря на то, что участок зарегистрирован, новые хозяева с легкостью докажут, что он был брошен.
– Ну вот! Значит, о моем отъезде не может быть и речи. Я буду жить здесь, пока не поправится Сэм или… пока не появится Чейз, – решительно проговорила Мэгги.
Капитан Гордон внимательно посмотрел на девушку и понял, что может спорить с ней до посинения, но все равно ничего не добьется. Мэгги Эфтон слишком упряма и горда, и… жаль, что она не принадлежит ему. Эта неожиданная мысль заставила Скотта невесело усмехнуться. Мэгги никогда никому не будет «принадлежать», она может быть партнером, товарищем, но имуществом – никогда.
– Может быть, ты согласишься на компромисс? – спросил Скотт, решив изменить тактику. – Я здесь переночую, а потом продолжу объезды. На это мне потребуется не больше недели. А когда я вернусь, будь готова уехать со мной обратно в Доусон, независимо от состояния здоровья Сэма. Если он по-прежнему будет плох, заберем его с собой. Идет?
– Я…
– Никаких возражений, – перебил ее капитан. – Я представитель закона, и ты обязана мне подчиниться. Уверен, что, прожив неделю в этой глуши, тебе самой захочется поскорей в город.
– Хорошо, я согласна, – нехотя проговорила Мэгги.
Скотт Гордон довольно улыбнулся. День прошел в делах и заботах. Пока Мэгги распаковывала вещи, Скотт наколол дрова и затопил камин. Потом они вместе быстро приготовили обед, накормили Сэма и с аппетитом поели сами.
Когда в доме навели порядок, оказалось, что он очень уютный и теплый. У одной из стен были набиты полки для продуктов, имелась немудреная кухонная утварь, стол, два стула и две койки.
