узнать, на что это похоже? – прошептал он.
Я не ответила, но он улыбнулся, словно мог слышать дикий шум крови, бьющейся во мне.
– Нет – сказал он, отвергая свое предложение. – Каждая крупинка драгоценна, и я не знаю, чего ты по-настоящему хочешь. Пока.
Чего хочу? О чем он говорит?
Он слизнул пылинку с кончика пальца.
Я не понимала, что произошло потом, но свет в комнате изменился, будто исходил от короля. Голод в его глазах разгорелся как лесной пожар, и, шагнув, он прижал меня к стене. Его рука скользнула по моей талии, и лицо прижалось к моему.
– Я хотел убить тебя, – прошептал он.
Его дыхание было тяжелым, мгновенно ставшим горячим, словно в нем все это время бушевало пламя, которое только и ждало, чтобы вырваться на свободу. Убить меня или поцеловать? Теперь знала. Убить.
– В ту минуту, когда тебя схватили, хотел убить тебя, больше, чем хотел убить любого Белленджера. – Он приподнял мой подбородок так, что мне пришлось заглянуть ему в глаза. Они пугающе блестели. – Ты не представляешь, какие проблемы принесло мне твое вмешательство. Я рисковал всем для достижения этой цели. Вложил годы работы и все, чем владею, а ты одним необдуманным поступком сожгла все, ради чего я старался.
Его рука крепко обхватила меня, притягивая ближе. Одним рывком он мог опрокинуть меня на спину. От его кожи исходило тепло.
– Не все, – напомнила я. – Пропавшие бумаги где-то спрятаны. И вы хотите, чтобы я отыскала их.
Его хватка ослабла, огонь потух.
– Да – сказал он медленно. – Бумаги.
Его истинное желание. Он отпустил меня и отошел.
– Бэнкс убедил меня, что ты можешь быть полезной. А я человек прощающий и справедливый. Ты ведь знаешь это, верно?
Я кивнула, чувствуя себя так, словно пытаюсь убежать от разъяренного медведя, а он с каждым шагом движется все быстрее.
Король улыбнулся.
– Хорошо. – Он протянул руку и провел костяшкой по моей челюсти. – Кроме того, ты была лишь подчиненной, выполняющей приказы. А теперь ты будешь выполнять мои.
* * *
Гарвин сказал ему, что я когда-то была воровкой. Причем хорошей. Это, вероятно, объясняло, почему королева послала меня за Бофортом. Король признался, что они обыскали все, включая несколько этажей архивов в Рэйхаусе, в уверенности, что документы найдутся. Нападение на Дозор Тора было неожиданным – с повозок у парадных ворот сбросили брезент и открыли огонь. Но солдаты впервые стреляли из огромных пусковых установок, и прицел сбился. Вместо того чтобы разрушить стену, они разрушили центральную башню замка. Изнутри послышались крики. Белленджеры и служащие спасались бегством.
Я пыталась отгородиться от этой мысли, ничего не чувствовать, когда он описывал мне случившееся, но те крики будто пронзили меня. Я представила панику. Вайрлин выкрикивает приказы, пытаясь увести всех в безопасное место. Ищет детей. Самюэль. Так вот как он умер?
– Ты слушаешь меня? – резко спросил Монтегю.
– Конечно, – ответила я, отгоняя растущий страх. Монтегю не был неопытным монархом, которым управляет жаждущий власти генерал. Он был хладнокровным заговорщиком. Он не просто наткнулся на возможность – он ее создал. Как долго он это планировал? Я вспомнила Комизара, который годами собирал свою армию, чтобы создать непобедимую силу. Он также желал большего. Насколько король превосходил его в этом?
Монтегю продолжал, говоря, что вряд ли у Белленджеров нашлось время на сборы, тем более чтобы собрать стопку пергаментов, и все же документы, похоже, исчезли.
Я наморщила лоб, стараясь выглядеть озадаченной. Теперь я работала на короля и входила во внутренний круг, как мне казалось. Но на самом деле все еще балансировала на грани, пытаясь устоять на одной ноге.
– Найди их, – сказал он. Не просьба. А приказ короля вору. А если бы действительно нашла их? Как бы поступила?
«Уничтожьте их». Я снова вспомнила, как настойчиво прозвучали последние слова Финеаса. Со страхом. Сожалением. Великие боги, что же он наделал? Магия звезд. Что это вообще значит?
«Представь, какие это возможности».
Уверена, король и Бэнкс уже представили.
Следующие два часа провела, обыскивая каждый уголок Кейвс-Энда, проводя пальцами по книжным шкафам и столам в поисках скрытых дверей и тайных уголков. Мне удалось найти несколько панелей, которые вели в секретные пустые помещения. Вот и все. Мятоголовый сопровождал меня, и его тусклые безжизненные глаза следили за каждым моим движением. Очевидно, все комнаты уже обыскали. Постели были разобраны, а белье разбросано. Дверцы выпотрошенных шкафов оставлены открытыми. Король мыслил верно. Если семья спешила провести людей в хранилище, то не оставалось времени на сбор еды и тем более бумаг Финеаса. Ганнер, вероятно, даже не знал, что они представляют какую-то ценность. Король заметил, что Финеас написал их на языке Древних, у которых он почерпнул большую часть своих знаний о стихиях, а этот язык известен лишь немногим. Финеас обещал переписать их и отправить королю в ближайшее время, но вмешалась я.
Мы пришли в комнату, где царили чистота и порядок.
– Комната лейтенанта, – объяснил Мятоголовый. – У него есть обязанности здесь и на бирже.
– Мне исследовать ее?
Мятоголовый пожал плечами.
– Комнату уже обыскивали.
Я все равно провела беглый обыск. Единственной необычной вещью, которую обнаружила, была женская сорочка под кроватью. Очевидно, лейтенант развлекался здесь. В остальном комната не представляла ничего особенного. Кем бы ни был этот лейтенант, он не собирался оставаться здесь надолго. Я не могла его винить. Повсюду ощущалась мрачная заброшенность, как тяжелое облако, готовое разорваться. Кто может жить среди такого запустения долгое время?
Мы вернулись в Рэйхаус с пустыми руками. К тому времени король вместе с детьми ушел на биржу. Бэнкс стоял возле стола с Пакстоном и Трюко, изучая карты и бухгалтерские книги и обсуждая товары, которые принесут бирже больше прибыли. Почему им так нужны деньги? Теперь они контролируют все. Чего еще им хочется?
Когда Бэнкс перешел на резкий тон, я заметила, как Трюко сжал кулак за спиной. Он привык быть тем, кто отдает приказы, а не выполняет их. Мы все учились новым трюкам. Прыгнуть? Конечно. Как высоко, ваше величество?
– Поиски ничего не дали, – лаконично объявил Мятоголовый и удалился.
Мужчины отвернулись от стола, чтобы посмотреть на меня, и Бэнкс вздохнул.
– Надеюсь, я не совершил ужасную ошибку, убедив короля, что ты можешь представлять какую-то ценность.
Ужасная ошибка. Слова. Его голос. Он пробирал меня до костей.
Деверо Бэнкс.
– Кто ты? – спросила я. – Кто ты на самом деле?
Он улыбнулся, потянулся за картой и начал сворачивать ее.
– Я знал, это лишь вопрос времени, когда ты поймешь. Но теперь, когда ты на нашей стороне, это уже не имеет значения. Полагаю, ты не сильно отличаешься от меня, раз
