ущипнула Вальдора за бок. – Какая еще неудача, если я тут, с тобою рядом цвету и пахну, такая вся крутая и...
– ...одна единственная, – закончив за нее фразу, покачал головой Вальдор. – Представляешь, Яна, вся группа...
– ... ничего в жизни не добилась, – сделала страшные глаза Дженни. – А ты уже подумала, что померла, да?
Дженни ухмыльнулась мне, но Вальдор веселиться не спешил – посмотрел на подругу укоризненно.
– Вообще-то кроме тебя все уже действительно умерли.
– Но ты-то тут не причем... – пожала плечами Дженни и принялась перечислять: – Трое завалили экзамены и были отправлены в родной мир, без магии и воспоминаний. Полгруппы, считай... Дайнар вернулся домой и захотел показать там всем, как стал крут – переборщил и был казнен Хранителями... и пяти лет после выпуска не прошло. Лерина продержалась больше – лет сорок мирно содержала лавку на Пинионе, а потом вдруг осознала, что никакой она не великий маг, а полное ничтожество, и зачахла за пару месяцев. Говорят, прямо на глазах старела... Да уж... На моей памяти такой концентрации неудачников, ничего не достигнувших слабаков, на одно общежитие больше не случалось – мы были, прям, особенные.
Дженни замолчала, погрузившись в воспоминания, и я напомнила:
– Вроде ж еще один остался?
Вальдор помрачнел, хотя казалось куда уж больше.
– Еще один умер прямо в академии, – без особого энтузиазма ответила Дженни. – Выпендриться перед девчонкой хотел да не рассчитал – выбрался за пределы замка, вляпался в туман Междумирья, сотворил неудачное колдовство, и... все. Такое случается периодически: сколько лекций по безопасности не читай, а все равно лезут. Но сильный маг ведь не пропадет, а слабый – типа, сам виноват. Несчастный случай, все дела. Но Валь тогда пришибленным долго ходил, всю свою спесь растерял...
– Спесь? – рассеянно переспросила я.
В голове роились страшные мысли о том, сколько за прошедшие столетия таких неудачников погибло в Междумирье или самой академии. Или было лишено магии, не сдав экзамен... Ведь их освободившуюся энергию можно было направлять на закрытие язвы. Рационально все так.
Вообще, если верить всем этим слухам, то студенты в академии мерли, как мухи. Наш курс еще очень везучим был – просто опасные для жизни травмы. И то в основном у Фрино. И выгнали всего пока двоих.
– В молодости я был несколько... – Вальдор хмыкнул. – типичным надменным эльфом.
– Детка, ты только не думай, что Валь не старался, – Дженни по доброму улыбнулась. – Куратором он был идеальным. Таким... по книжному идеальным, самим совершенством. Умница, красавец, каждый вечер перед нами толкал мотивационные речи о том, какие перспективы ждут выпускников из голубого общежития, если лениться не будут... Занудные речи – жуть. И вежливый такой всегда был, дипломат, чтоб его. Но мы все равно куратора уважали страшно. Обратиться к нему со своей глупой проблемой или просто за советом – не-не-не, как можно! Нам даже думать было неловко, что мы будем отвлекать нашего непревзойденного Вальдора Озеля ле Морта своими мелкими, скучными бедами. И решали – как-нибудь сами со всем справимся.
– Я тогда все заветы ректора выполнял, – вздохнул Вальдор. – Самостоятельность, саморазвитие и прочая хрень... Я отдельно, студенты отдельно. У тому же эти студенты не удовлетворяли моих эстетических вкусов, не дотягивали... я на полном серьезе их примитивными считал. И знала бы ты, как мне сейчас за те мысли стыдно.
Я Вальдора отлично понимала, но говорить ничего не стала. Он уже давно повзрослел и помудрел. Сейчас бы так не облажался с подопечными из голубого общежития – выслушивал бы этих проблемных, реально помогал... Хотя, как по мне то не зря Вальдора все же к фиолетовому приставили. Творчество и свобода эльфу больше подходили. А внештатным психологом он и так работал для всех и каждого, вне зависимости от расы, прошлого и цвета общежития.
– Самое дурацкое, – продолжил Вальдор, – что я ведь в душе хотел... хотел подружиться со своими подопечными, помогать им, веселиться вместе. Но это казалось не достойным статуса куратора и бывшего дипломата. А потом, после выпуска, Рада сказала, что я перестарался даже по ее меркам: трое выпускников из семерых поступивших – результат не ахти. Сказала, что рано поставила присматривать за детьми, сказала побыть пока просто преподавателем. Поначалу я чувствовал себя лишь униженным, оскорбленным до глубины души... но это пошло мне на пользу. Заставило задуматься, присмотреться... сменить подход в общении со студентами. К тому же я встретился перед казнью с Дайнором и наслушался от него всякого о ужасной жизни в академии, где всем плевать на всех. Это сейчас я понимаю, что ему просто нужно было кого-то обвинить в своих бедах, что надумано там было много, а тогда – долго мучился от чувства вины. И потом, годы спустя, думал с горечью, что единственный сильный маг в моей группе по слухам тоже преступница – то контрабандистка, то наемница... А ведь такой хорошей, милой девочкой в академию пришла.
– Ух, Эби, знала бы ты, сколько лекций прочитал мне наш просветленный эльф, когда меня Хранители сцапали, а Рада освободила и затащила в академию. Ну, расплачиваться за помощь преподаванием, – Дженни ухмыльнулась. – Валь хотел из меня вновь милую девочку сделать, но вместо этого сам из милого, правильного до скрежета зубов зануды, превратился в крутого чувака... и, черт, какого фига я вообще тебе все это рассказываю, вместо того, чтобы наслаждаться вечером со своим крутым чуваком?!
Поздновато Дженни спохватилась.
Я невинно кивнула на бутылку и любезно прояснила:
– Потому что ты пьяная... оба вы пьяные и настроение у вас лирично-ностальгическое.
А еще потому, что я свой кулон заставила работать на всю катушку – нужно же пользоваться. Если бы не хотели – и не стали бы болтать о прошлом, я только чуть-чуть поспособствовала развязыванию языков. Думала при этом, что поймают на горячем, артефакторику все же преподают по очереди, разбираются кое-как в предмете, ан нет – с моей магией защита, придуманная Эйнаром, была непробиваемой и посторонними артефакт как артефакт не осознавался.
– В общем, ты опять вовремя сюда завалилась, – подытожил Вальдор. – Кстати... Яна, ты же так к Лэйли Фиш на занятия и не ходишь?
– Это тут при чем? – не поняла я. – Я же не провидица...
– Зато с этой ее синхроничностью на одной волне, – зевнула Дженни. –
