«О-бал-деть. Шену он точно не нужен, у него таких полная сокровищница. Оставлю себе.»
Он выдвинул ящик стола, который плохо открывался из-за того, что был туго набит всяким хламом, затолкал мешочек с браслетом куда-то в неведомые глубины бардака, закрыл ящик, посмотрел на сундук.
«Надо разобраться с заклинаниями, я не могу принести Шену что-то непонятное, он будет задавать вопросы.»
Работать в комнате было нереально, и спать там тоже желания не было, так что он взял сундук и телепортировался на базу отдела, в тот кабинет, в котором обычно работал с артефактами.
Там было темно и пусто, где-то за стенами храпела дежурная группа бойцов, этот умиротворяющий звук расслаблял — если боевики спят, значит всё спокойно. Он освободил себе стол и открыл сундук, выложив из него абсолютно всё, переставил сундук на ещё один свободный стол и сосредоточился на нём — так было надёжнее, не было риска, что какие-то предметы из сундука будут влиять на ауру самого сундука. Он вошёл в глубокий транс, стремясь проникнуть во все тайны и рассмотреть как можно больше, но понял только то, что и так уже знал — щиты на сундуке ставил очень сильный маг.
«Естественно, если это сундук короля.»
И в этот момент его озарило — королевские маги всегда были очень сильными, и всегда принадлежали к одной семье и одной магической школе, и одного яркого представителя этой школы и этой семьи он даже знал лично — мастер Касим, тоже очень сильный маг.
«Сильнее меня. И школа очень похожая. И аура мага. Это его предок.»
На кого-то ещё эта аура была похожа, ему пришлось покопаться в воспоминаниях, чтобы вспомнить, но он нашёл — Артур, тоже Шариф, тоже древняя неклассическая школа.
«И тот маг, который был в портальном тупике в день взрыва на пятой квартире. И след ауры, который принёс тогда Шен. И сам взрыв. Это кто-то из Шарифов. Надо доложить об этом срочно.»
Он вышел из транса, магически закрыл кабинет и пошёл к дежурному, спросил, где Шен. Дежурный сказал, что Шен пошёл к госпоже, предупредив, что убьёт любого, кто им помешает, кроме Двейна. Двейна он нашёл в одном из кабинетов, где непрерывно хлопали двери и вспыхивали телепорты, туда носили бумаги и вещдоки, Двейн раздавал распоряжения и принимал отчёты, хотя по нему было видно, что гораздо лучше для него было бы прилечь, выпить пару кружек волшебного отвара от Дока и вырубиться часов на десять.
Сначала хотелось ломануться без очереди, но Барт умерил гордыню и встал у стеночки, в один ряд с экспертами в халатах и специалистами в комбинезонах, их всех объединял только запах гари, к которому было невозможно принюхаться. Когда очередь дошла до Барта, Двейн сначала спросил, почему он до сих пор не спит, потом выслушал, всё записал и отправил спать. Барт вернулся к своему сундуку с чистой совестью и спокойной душой — его дело доложить, а дальше уже не его проблема.
Разложенные на столе вещи из сундука манили, он просмотрел все мешочки и свёртки, нашёл кучу ерунды и ещё несколько ювелирных украшений, аккуратно упаковал всё обратно, сложил в сундук и закрыл, оставив только письма.
«Всё равно Шена ждать. И спать совсем не хочется.»
Он открыл одно из самых ранних, потом следующее, в итоге прочитал их все, а Шен так и не пришёл.
«Чай пьёт у Веры. Смотрит, как она торт ест. Потому что это очень хорошо помогает от той ситуации, когда закрываешь глаза и видишь ад. Я бы тоже сейчас посидел так.»
Он сходил к дежурному у портального тупика и попросил передать Шену, когда он вернётся, чтобы уделил ему пять минут, не срочно. Дежурный посмеялся, но записал — работа у него такая, может относиться как угодно, а передать обязан.
«И я обязан передать.»
Это ощущение было нелогичным и несомненным, как будто его кто-то вёл заранее проложенным маршрутом, и он был даже не курьером, он был лошадью курьера, которая ничего не видит и не понимает, просто подчиняется поводьям, потому, что если она не будет этого делать, её будут бить. Барт не любил, когда его бьют, поэтому даже не задумывался, почему он делает это, просто делал и всё.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Время шло, Шен не появлялся, Барт прочитал все письма, понял, почему Эльви не захотела читать ему их вслух — там было очень неприлично в некоторых местах, любовники не только обменивались эротическими впечатлениями и фантазиями, но и присылали друг другу отпечатки ладоней, ступней и других частей тела. Барт читал эти места одним глазом, внутренне подвывая и катаясь по полу от зашкаливающей неловкости — ему бы в жизни не пришло в голову просить даму намазать тушью такие места, приложить к бумаге и прислать отпечаток. Но стоило подумать об этом один раз, как он уже собирал мысленную коллекцию таких литографий от всех знакомых дам, кроме Эльви — с ней он бы не посмел.
«Если бы я предложил это Вере, она бы посмеялась.»
И как раз на этой мысли он услышал голос Шена в коридоре, от чего мигом покрылся холодным потом — у него уже много лет была необоснованная уверенность, что Шен знает о каждой его мысли, и всех вообще людей видит насквозь.
Шаги простучали мимо, голоса стали раздаваться из кабинета Двейна, Шен какое-то время поработал с ним, потом с кем-то ещё, Барт успел заскучать и начать надеяться, что Шен решил проигнорировать его просьбу, но он всё-таки пришёл. Барт встал, как только открылась дверь, поклонился и настороженно принюхался — Шен принёс на себе запах зелья, которое обычно никогда не принимал, Барт помнил этот запах слишком хорошо, из него под этим зельем стрелу вытаскивали.
«Он ранен?»
Шен выглядел здоровым и спокойным, но Барта это не обмануло — Шен всегда так выглядел. Это зелье не принимали просто так, оно действовало на весь организм, убирая боль, в том числе, моральную — Барт прекрасно это помнил, как он лежал на операционном столе, осознавая свою абсолютную никчёмность, и слушая рассуждения целой толпы людей по этому поводу, и не испытывал никаких эмоций, как будто говорили о ком-то другом, с кем Барт не имел ничего общего.
Сев за свободный стол, Шен изобразил приглашающий жест в сторону стула напротив, и сказал, как будто делал одолжение:
— Пять минут пошли. Ты хочешь рассказать, что ты сделал такого, во что Вера не поверит?
— Да. — Барт сел куда сказали, поставив сундук себе на колени, собрался и предельно серьёзно доложил: — Я нашёл клад Кривого Деда. Просканировал замок в своём районе, и нашёл. Это сундук с письмами короля Георга 12го к баронессе Софии де’Санги, они прекрасно сохранились и читаются. Там ещё всякие пряди волос, куски кружева, ленты, сушёные цветы, отпечатки ладоней, ступней и других частей тела. Вот он, — он мягко похлопал ладонью по сундуку, Шен медленно поднял брови, осмотрел сундук внимательнее и спросил:
— Можно посмотреть?
Барт поставил сундук на стол и придвинул Шену, Шен изучил его сначала снаружи, потом внутри, открыл верхнее письмо, прочитал с каменным лицом, аккуратно сложил и убрал обратно, закрыл сундук и положил ладонь на крышку таким движением, что стало очевидно, что это теперь его сундук. Посмотрел на Барта и спросил:
— У тебя есть основания считать, что это не подделка?
— Там очень сильный щит на сундуке, его делал маг сильнее меня, и его аура похожа на ауры мага из портального тупика. И Артура, и мастера Касима. Я подозреваю, что это маг из рода Шариф, а им же было запрещено работать не на короля, да?
— Да, — медленно кивнул Шен, опять открыл сундук и медленно перебрал конверты, кивая сам себе, сказал, как теоретическое рассуждение: — Надо показать специалистам, чтобы быть уверенным. Но делать этого я конечно же не буду. Давай я у тебя его куплю?
У Барта сладко потеплело внутри от мысли о денежках, зарплата у него была неплохая, но он стабильно терял половину штрафами, так что стабильно был на грани банкротства. Получить большую сумму за просто так было бы очень приятно, он бы нашёл, на что её потратить, планов было море. Он давно составил список под названием: «Покупки с первой зарплаты», но ничего из этого списка не купил, потому что зарплаты хватало только на еду и тетради, каждый раз. Он попытался не особенно засиять от этих мыслей, осторожно спросил:
