– Какой еще... Николай Курбанович? – выдавил наконец Зарецкий.
– Я это, – как-то излишне театрально поклонился Поздняков – было видно, что он изрядно нервничает.
– Курбанович? Никогда бы не подумал! Ты же вроде не араб.
Николай пожал плечами:
– Причем здесь араб? У меня отец татарин, отсюда и отчество. Он вообще хотел меня тоже Курбаном назвать, но мать не дала. Где, мол, Курбан, а где Ленинград! Люди, мол, не поймут и засмеют. Она у меня в этом плане была немного... пришибленная. Сдвинутая. Всегда боялась, что люди скажут. Поэтому настояла на славянском имени, и вот я Николай. Николай Курбанович, прошу любить и жаловать.
– А почему тогда Поздняков, а не какой-нибудь там...
– Родители не были женаты, это фамилия матери.
За разговором ведьмаки будто забыли про Ивана Петровича. О чем не преминула напомнить Романова.
– Мальчики, у нас Сидя вообще-то на пенсию уходит! Проявите хоть немного... уважения и внимания к будущему пенсионеру.
– Иван Петрович, дорогой! – спохватился Поздняков и, хоть и был меньше по комплекции, сгреб начальника в охапку. – Не забывайте нас, Иван Петрович, заходите! Вы же знаете, что вы мне как отец! – Николай от избытка чувств пустил скупую ведьмачью слезу.
Сидоров по-отечески похлопал его по спине:
– Обещаю, буду проведывать. Вот как с дачи вернусь... через месяцок! Ох, неужели хоть отдохну на старости лет? От всех этих ведьм, вампиров, волколаков и прочей дряни?
– Даже не верится, вот честно! – вполголоса возмутился Зарецкий. – Вы же еще вон... бодренький и полный сил! Я вас даже дедом назвать не могу! Мужчина в самом расцвете сил! А они вас – на пенсию...
– Зато отдохну, – как мантру, повторил Иван Петрович, – тоже плюс.
Они пожали руки.
– Эх, Сидя, Сидя, на кого же ты нас бросаешь? Дай хоть обниму и поцелую тебя на прощание! – обняла старика Соня.
– Ну что значит на кого бросаю? Николай Курбанович отличный ведьмак и, я уверен, станет не менее отличным руководителем. Конечно, теперь вам в оперативно-розыскных мероприятиях придется обходиться без него, но...
Они разомкнули объятия. Пришла пора прощаться Максиму.
– До свидания, Иван Петрович, был рад знакомству. – Макс протянул ему ладонь. – Жаль, что не удалось поработать подольше.
– Мне тоже жаль, Максим. Даже если вас не назначат старшим группы... все равно берегите их. Приглядывайте.
– Так точно!
Когда с церемонией прощания было покончено, Иван Петрович сделал нетерпеливый жест руками:
– Все, давайте на выход, мне тут еще кое-что собрать надо.
Ведьмаки потянулись в коридор. Николай, Соня, Макс, Антон...
Когда последний покинул кабинет, Николай Петрович, застыв на пороге, кашлянул, привлекая внимание. Все обернулись.
– Прощайте, ребятки! – сглотнул Иван Петрович. – Вы были моей самой лучшей командой! – И закрыл дверь.
В расстроенных чувствах ведьмаки вышли на улицу.
– Да уж, несправедливо как-то поступили с Иваном Петровичем, – высказал общую мысль Поздняков, – он почти сорок лет тут работал, и вот так выкинули, как... – Он расстроенно рыкнул.
– Жизнь продолжается, – философски отозвался Зарецкий. – Поэтому вы как хотите, а я – на боковую. – И, попрощавшись, направился прочь.
Николай последовал его примеру.
Соня и Макс остались вдвоем.
– Не забудь, Волчок, завтра тебя ждет грандиозная экскурсия! – напомнила Романова. – Так что не проспи.
– Прям грандиозная? Я уже боюсь! Может, обойдемся небольшой?
Но Соня, как показалось, не обратила на эти слова никакого внимания.
– Ой, вон мое такси подъехало! – сообщила она. – Все, я побежала! Целую! – И уцокала к машине.
Волков остался один. Наслаждаясь мнимой тишиной мегаполиса, он постоял еще немного, а затем поспешил домой, размышляя о том, что всего лишь несколько дней назад был в семи сотнях километров отсюда. Что тихо-мирно сидел в своем маленьком провинциальном городке и знать не знал никаких Зарецких, Сидоровых, Поздняковых, Романовых, Шварцев... А теперь они не только его коллеги и напарники, но и друзья. И Макс был рад, что судьба свела их вместе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– В принципе, здесь не так уж и плохо, – оглядываясь по сторонам, пробормотал он и задумался: – Интересно, я уже могу называть себя ведьмаком из СПб? Или пока еще рановато?
Задачка была не из простых, поэтому Максим Волков решил не забивать себе голову всякой ерундой и прибавил шагу, торопясь поскорее добраться до родной коммуналки и завалиться в кровать – на улице начинало светать.
