– Гораздо красивее! – успокоил я Брилл, стараясь не замечать убийственную иронию в ее голосе.
О крылья! Самое время на огромной высоте выяснять, как она выглядит! Интересно, а как она отреагирует, если я скажу ей правду? На мой взгляд, Бриллианты никогда не отличались красотой брони. Даже суккры-прислужницы Бриллиантов, не имеющие брони, были настолько уродливы, что занимали только место прислуги. О том, чтобы работать в домах отдохновения, не было даже речи. Но вместе с исключительной внешностью броня давала Бриллиантам необыкновенную силу и редкостную защиту.
Вскоре под нами оказался дворец князей и черный пик Башни Наказаний – символа власти, имеющегося во всех городах Красного мира. Летевшие впереди дозорные начали снижаться, наш фершехр последовал за ними.
– Мы здесь были? – Брилл кинула на меня внимательный взгляд и снова принялась рассматривать город.
– Нет, – качнул я головой. – Это Фазьярь. Один из городов, принадлежащий Сапфирам, а Крак-шер – наша столица. Держись!
Вскоре фершехры скакнули на мощенную черными плитами площадь и остановились у высокой башни.
Наши провожатые уже спешились и теперь поджидали, с любопытством поглядывая на Брилл.
– Ничего не бойся! – шепнул я, спрыгивая и помогая ей спуститься.
Рыцари поклонились и жестом пригласили следовать за ними. Шагнув в распахнутые двери Башни Наказаний, мы поднялись по ступеням и, пройдя по длинному коридору, вошли Тронную залу. Надо сказать, довольно мрачную, освещенную только десятком факелов.
Брилл, стараясь не показать свой страх, изо всех сил строила из себя прожженную бесовку, только вряд ли ее показное равнодушие смогло обмануть четверых из Правящего Совета мудрейших рода Сапфир. Они словно появились из мечущихся по стенам теней и шагнули к нам.
– Приветствуем тебя, Наследная Кровь Бриллиант. Не бойся, здесь ты в безопасности.
– Приветствуем тебя, Наследная Кровь Сапфир. Да будет благостной для нашего рода твоя власть и мудрость!
Три советника склонились в поклоне, а один, подойдя ко мне, повесил на шею тяжелую цепь с ярко блеснувшим шестиугольным синим камнем.
Если честно, ощущение нереальности, не покидающее меня в течение этих дней, усилилось.
Я поклонился в ответ и столкнулся взглядом с пылающими прорезями шлема-маски советника.
– Благодарю. А теперь, о мудрейшие из мудрых, я хочу узнать, как попасть в Крак-шер?
Сапфиры переглянулись.
– Только через переход, – наконец неуверенно подал голос кто-то из них. – Но сегодня это сделать невозможно!
– Почему? – насторожился я.
Промедление показалось мне знаком. Плохим.
– Уповаю на вашу милость и мудрость, князь, – снова затянул говоривший. Я покривился. Дурацкая традиция через каждое слово вставлять восхваления. – Сегодня на Крак-шер напали три квадры суккр-воительниц и десять квадр рыцарей смерти. Наши гончие сообщили, что это последние силы Рубинов, но и мы отправили в Крак-шер всех рыцарей, суккр-воительниц и две квадры фершехров. Сегодняшняя битва будет решающей и, я надеюсь, последней.
– Но почему нам нельзя туда переместиться? – Ненавижу такие заминки!
– Купол, защищающий город, уже активирован. Прости, о мудрейший князь, надежда и мудрость нашего рода, но сегодня открыть туда переход невозможно!
Скрипнув зубами, я резко обернулся к стоявшей позади Брилл. Не поднимая головы, она вдруг покачнулась. Шагнув, я приобнял ее за плечи.
Э! Да с девчонкой творилось что-то неладное! Ее била мелкая дрожь.
О небесный Вседержитель! Я и забыл, как трудно в первые дни привыкать к броне. Жаль! Хотелось выпросить парочку фершехров и полететь в Крак-шер прямо сейчас, но, видимо, действительно придется подождать. Брилл нужен отдых. В первые дни броня забирает все силы, заставляя тело быстрее привыкать к жизни в Красном мире.
– Хорошо! Отведите нас в комнаты, где можно отдохнуть. Сообщайте мне все новости из Крак-шера. И еще: как только станет возможным открыть переход, тотчас доложите!
Советники поклонились. Ожидающие в коридоре слуги молчаливыми тенями проводили нас в княжеские покои.
Едва за нами глухо стукнулись двери, как Брилл обмякла у меня на руках.
– Крылья! Только не теряй сознание! Брилл! Брилл!!!
Перья архангелов!
Подхватив девчонку, я огляделся. В конце большой залы, освещенной лишь призрачным светом, идущим от громадного сапфира, словно впаянного в черные плиты пола, оказались еще одни двери. Скорее всего, в личные покои.
Я пересек комнату и пинком распахнул створки.
Ну точно! А вот и ложе отдохновения. Помнится, суккры-прислужницы Рубина, хихикая, делились с Марьегой, что в покоях князя есть огромное ложе, на котором он отдыхает в виде тучи, устав метать молнии в подчиненных.
Уложив Брилл, я уселся рядом и принялся ее тормошить.
– Брилл! Брилл! – Тьма, если не снять броню, девчонку может ослабить так, что понадобится несколько дней и помощь демона-хранителя, чтобы поставить ее на ноги, а у нас не то что каждый день – каждый час на счету! – Брилл! Не смей спать! Очнись! Открой глаза!
Желтые прорези чуть полыхнули.
– Брилл! Не притворяйся! Ты слышишь меня? Брилл?
Что же делать-то? А что сделаешь? Она в броне, без сознания и может ничего не почувствовать.
– Брилл!
По черному покрывалу метнулся хвост.
– Брилл, очнись!
О крылья!
Тамара
Я всплывала из болота воспоминаний. В голове словно поселились тысячелетия войн, жизни. Не моей жизни.
– Брилл! Брилл очнись!
Взволнованный голос Алекса не давал опуститься на дно омута, у которого, возможно, и не было дна. Вырывал из этой трясины, приказывая вспомнить себя и жить.
– Алекс? Что случилось? – прошелестела я, с трудом открыв глаза. – Почему такая слабость?
– Девочка моя ненаглядная! – Он стиснул меня в объятиях и тут же выпустил. – Надо снять броню!!! Сними броню!
Кажется, он волнуется?
– Просто вспомни, представь себя такой, какая ты есть.
Сквозь прорези маски на меня смотрели глаза Алекса.
Я видела его глаза! Странно, если учесть, что до этого я всегда видела только пламя, скрывающее их.
– Ты меня слышишь? Просто представь себя! Вспомни!
Представить себя? Хм…
Я закрыла глаза. Передо мной замелькали тысячи лиц, но ни одно не было моим. Я словно забыла его или никогда не знала.
– Не могу!
– Любые воспоминания себя. Своих действий, поступков.
Действий?
И я вдруг вспомнила: хижина бесов, его губы на моих губах. По спине пробежали мурашки, затем мое тело словно свело судорогой. Алекс на секунду отшатнулся… и кинулся меня обнимать.
– Э-э-э, Алекс! – Остановив его порыв, я отстранилась. – Я все понимаю, но… ты попросил меня снять броню, чтобы потом задавить центнером железа?
– Что? – Прорези маски полыхнули в сантиметре от моих глаз.
– Попробуй тоже снять броню! Ой! – Я невольно отшатнулась, когда по нему затанцевали язычки пламени. – Вот что за привычка делать это рядом со мной? Я понимаю, что этот странный огонь меня не обжигает, даже скорее холодит, но все же…
– Прости, я совершенно о ней забыл.
Его губы нашли мои.
Господи, что же этот демон со мной делает?
Я не заметила, как моя покрытая копотью одежда распростилась со мной, осев на полу. Предупреждающе звякнувший где-то в душе звоночек затих от его сумасшедших ласк.
Боже, вот как, оказывается, теряют душу…
Элекзил
Крылья! Господь и все его архангелы! Что я наделал?..
Я слегка повернул голову и посмотрел на улыбающуюся чему-то во сне Брилл.
Мне нет прощения и нет пощады! У нас все равно нет будущего! Едва она взойдет на трон, мне нужно будет ее покинуть. Не хочу, чтобы все говорили, что я упрочняю свою власть за счет Бриллиантовой крови. А ведь скажут!
Прокричат!!!
И самое ужасное будет, если она поверит.
Тоска петлей сдавила шею.
Я осторожно поднялся, оделся и, укрыв Брилл, вышел в приемную залу.
В прохладе мрачного и величественного помещения думалось легче.
Решено, на рассвете я ей все расскажу, предоставив выбирать самой.
В коридоре послышался шум. Массивные двери распахнулись.
– Милостивый и благословенный! – Два стража заглянули в залу, едва сдерживая что-то рвущееся извне.
– Что? – насторожился я.
– Тут райская тварь! Перекусала у входных дверей стражей, чуть в башне всех не перекалечила.
