— А-а-а (хлюп).
…
Конечно, со стороны вся сцена выглядела трагически. И хотя понять работодателя Тии можно, однако девушку было откровенно жаль. Но… существовала пара моментов, резко меняющих всю увиденную картину. Во-первых, удаляющийся шепот голосов (признаюсь, специально стал прислушиваться, использовав немного энергии из Резерва, и на то были причины):
— Какая же она дурочка, Лиза, ну как можно так постоянно подставляться?
— Согласна, Саш. А ведь Бирон снова срежет ей жалование.
— Опять на своих вещах всю ночь перед дверью сидеть будет.
— Надо выбрать момент и хоть одеяло вынести. Под утро прохладно.
— Лучше думай, как мы сможем сегодняшнюю ночь пережить, вряд ли с отдыхающими девочками будет договариваться…
Во-вторых, хотя началось именно с этого, в эмоциях фея, несмотря на присутствующую и, вполне возможно, справедливую злость, желания уволить Тию не наблюдалось. А вот болезненная жадность присутствовала. И еще несколько настораживающих оттенков. Особенно сильно проступивших, когда упоминал стражу. Соответственно, спектакль приобретал пусть своеобразный, но почти однозначный смысл.
Но если намерения толстяка примерно понятны, который, специально пока не уходя, своим присутствием морально додавливал девушку, делая на будущее сговорчивее, то вот почему Тия так цепляется за работу в этом заведении, а не отправляется действительно на «ту самую» улицу, мне было немного неясно. Ведь там точно все организовано на более высоком уровне. А с такими внешними данными и с учетом последовавшей на меня реакции, хороший заработок обеспечен однозначно. Хотя слова о страже настораживают. Однако на преступницу Тия явно не тянет.
Похоже, здесь нечто другое. Но что? Хотя вопрос наверно надо поставить иначе — нужно ли мне во все это встревать? Думаю… нет. Девочка она взрослая и в своих бедах виновата сама. Способности ангела и без его дрыхнущей сущности частично доступны и не чувствую я никакой «неправильности», а про толстяка можно будет потом просто намекнуть Кроффу, его город, пусть сам разбирается. Значит, решил. Спокойно иду мимо и…
— «Прошу, Принцесса, помоги глупой фее!»
Ну вот, помяни… стоп! Это что-то новенькое. Так меня еще никогда не обзывали! Тем более точно знаю, что могу «слышать» лишь нейтральные просьбы о помощи. А персонифицированная молитва всегда идет напрямую к той сущности, к которой обращается проситель. И уж я явно не имею отношения к какой-то там «Принцессе»… нет, даже не хочу думать! Нет и еще раз нет! Но…
— Держи, Тия, твои очки.
— С-спасибо (хлюп)… э-э-э, Эли?!
— Давай, помогу подняться. Нечего на грязной мостовой сидеть.
Ха, теперь и у толстяка круглые глаза. А ведь я стоял буквально в нескольких шагах. Похоже, действительно феи воспринимают окружающий мир немного иначе и визуальная картинка здесь не на первом месте.
— А ты кто такая?
Ладно, эту грубость в интонации я потом припомню.
— Просто знакомая Тии. Вам не стыдно, так на девушку кричать?
Ух, даже поперхнулся от злости. Ну, давай излей, а то лопнешь. А я немного пособлю, есть тут у ангела одна интересная способность. Слабенько получится, но тебе хватит.
— Стыдно?! Да ты представляешь, сколько проблем от этой девчонки? Постоянно опаздывает, заказы путает, роняет посуду! Она, между прочим, денег стоит! Я уже устал оправдываться перед недовольными посетителями! А сегодня? Хорошо, поскользнулась, упала и повредила ногу. Не может работать в зале. Отправил на кухню. Так она же все, что было в мойке — разбила! Грязной водой на плиту плеснула! Знаешь, сколько сейчас порций заново готовят? И кому в зал опять идти извиняться?
— П-прос-стите (хлюп)…
Не понял. Значит, это не бордель, а… трактир?! А Тия просто официантка? Тогда все услышанное приобретает совершенно другой смысл и становится еще более странным. Да и толстяк, оказывается, большая сволочь, чем я предполагал. Придумал угрожать девушке «панелью»! Конечно, сказанное мне — правда. Проблемы Тия создает. Только Бирона это не так уж сильно расстраивает, чувствую. И на кухню он ее отправил, предполагая, что обязательно чего-нибудь натворит. А еду, никто не выкинул. Немного подправили и так отдали. Бедные клиенты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ну и, главное, чем же ты ее так держишь, что она уйти не может? Думаю, настала пора это выяснить.
— «Сестренка, выпускай имитацию, хотя подожди, новый расчет уже есть?»
— «Изменения подготовлены. Предлагаю трехпроцентное увеличение относительно недавно исследованного образца».
— «Хорошо, разрешаю и сними ограничение с Резерва».
Теперь демонстративно повернуться спиной…
— Тия, дай я посмотрю твою ногу. Болит?
— Д-да.
Конечно, будет. С таким растяжением в постели лежат, а не пытаются ходить! Так что немного Силы Света в руку, лечим и заодно ждем.
— Эли, так ты тоже фея?!
Первой среагировала девушка и, похоже, для нее это стало полным шоком, даже про коленку забыла. Не удивлюсь, если эта раса друг друга как-то чувствует. Но практически уверен, объяснение, почему я отличаюсь, придумают за меня. Опыт подсказывает.
— Кхм.
А вот и толстяк. Сам подошел. Глаза тоже расширены, но голова, похоже, уже заработала. На светящуюся ладонь, кстати, глянул лишь мельком, больше уделив внимания…
— Ох!
— Эй, вы чего себе позволяете?!
Твою налево! И зачем надо было крыло лапать? Теперь морщись и тряси рукой — сам виноват! И что странно, ответил на одних рефлексах, даже не задумываясь. Причем почему-то чистой энергией и прямо с того места, за которое схватились толстые пальцы-сардельки. Самая настоящая маленькая молния получилась. С треском и соответствующим запахом, как после грозы. А перед этим было неприятное ощущение, как будто грудь пощупали. Кажется, сестренка явно что-то намудрила с подключением нервных рецепторов.
— «Специальные изменения в функционал первичной имитационной матрицы не вносились».
Ладно, потом разберемся. Сейчас надо решить, добавить ли по этой скривившейся от боли морде или все же не стоит.
— Они настоящие…
Я вздохнул и посмотрел на свой кулак. Увы, он у меня тоже настоящий. И к сожалению, твоя голова, толстяк, встречи с ним не переживет. А также есть дедушка, который, уверен, узнай о подобных наглых домогательствах, превратит в отбивную и глазом не моргнет. Правда, остается понять, отчего у меня внутри возникла именно такая ассоциация.
— Извини, девочка. Просто никогда не думал, что луговые еще существуют. И… меня зовут Бирон, я воздушный фей.
Первое. Надо срочно узнать, сколько всего видов у этой расы. А то уже такое впечатление, что стремительно иду на достижение — собери все названия! Второе. Только не рассмеяться. И постараться изо всех сил. Все же слово «воздушный» с таким, хм, размером пуза, как-то не очень сочетается. Кстати, поклон довольно глубокий и просит прощения вполне искренне. Похоже, так хвататься за крылья у фей действительно считается неприличным. Зато вот остальные эмоции… платье явно разглядел и сумку у ног увидел.
— Меня зовут Эли.
— Эли…
Хм, а голос-то, какой опять вкрадчивый стал. Слушаем дальше.
— Я вижу ты недавно в Центральном?
— Сегодня приехала. К знакомому. Только…
Ух, ну не надо столь сильным вожделением-то плескать. Хоть демон и дрыхнет, но съесть такую душу захотелось даже мне.
— Понимаю, не продолжай. А ты знаешь, что просто в город попасть недостаточно? Нужно обязательно найти работу и жилье.
Теперь побольше неуверенности в интонациях.
— Да, я планировала…
— Могу предложить и то и другое. Даже есть сможешь совершенно бесплатно. Одежду дам красивую. Поверь в «твоем» положении лучше варианта не найдешь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Почти один в один у той кошки скопировал. Только эмоции больно странные. Чтобы это значило? Хотя больше всего меня, естественно, заинтересовали слова о еде.
— Более того, в качестве дружеского жеста готов вернуть эту растяпу (кивок на Тию) обратно и даже забыть о сегодняшнем проступке. Ни последствий, ни штрафа. Ну как? Ты ведь хочешь ей помочь?
