вышел комом.
Естественно, Черногория всё отрицала, доказать австралийцы ничего не смогли. А может и не захотели.
Короче, надувательство щёк так и осталось грозным надувательством, поскольку из-за спины деда моей драгоценной Маши Николы Черногорского выглядывали оценивающе присматривающиеся голова вашего покорного слуги, голова моего итальянского тестя Виктора Эммануила, да и любопытная головка юного императора Франции Генриха. Да тут ещё и Лондон предпочёл спустить инцидент на тормозах. Подумаешь, не погиб же никто, верно? А море всякое порой случается.
Черногория вела с Японией войну с 1904 года и, в отличие, от России, позорного мира подписывать не желала. Да и никакого не желала. Война с Японией, как бизнес, вполне устраивал предприимчивого деда Маши. А что? Ни над ним, ни над Черногорией не каплет, а денежки призовые отнюдь не лишние. Оборудовали себе на островах несколько скрытых баз и занимались себе каперством, купив несколько кораблей у нас, у Италии и в Южной Америке. Так что черногорские моряки боевой опыт имели, ведь периодически им приходилось натыкаться и на охранение судов. Чаще всего они старались уклониться от боя, но случались и сражения.
Японцам всё это дело не нравилось, и они апеллировали к Лондону, которого эта тема волновала не слишком, ибо грабили и топили черногорцы только японские суда. Радаров и спутников в эту эпоху не было, так что легкие и быстрые корабли Черногории легко терялись среди многочисленных островов.
К тому же, потом случилась Великая война, в которой нашлось место и продолжающейся Черногоро-японской войне, хотя обе страны вроде как сражались против общих врагов там, на Большой войне в Европе, грабя и захватывая колонии противников в Юго-Восточной Азии. Так немцы потеряли, а японцы захватили те же самые Циндао и Марианские острова, о которых сейчас так грустит мой кузен Вильгельм.
В общем, судя по всему, не далёк тот день, когда транспорты начнут охранять всякого рода эсминцы и легкие крейсера, но их у Австралии значительно меньше, чем гражданских судов, так что очевидным решением станет формирование конвоев, что сильно осложнит логистику поставок, особенно, если в войну вступим мы, с куда большими силами, чем у Черногории.
А вот груз затопленного австралийского транспорта мне очень не понравился. Большое количество средств противовоздушной обороны, а также разобранные аэропланы в ящиках и отдельно двигатели к ним запасные. Причем, аэропланы были истребителями. А если вспомнить, про австралийские авиашколы, которые обучают довольное большое количество будущих японских пилотов, то вопрос нашего превосходства в воздухе мог оказаться отнюдь не таким бесспорным. Да, транспорт тот потопили, кое-что из груза забрали себе, но ведь наверняка судно это не единственное с таким вот грузом.
Кстати, средства ПВО и аэропланы, как водится, были американского производства. И это, не смотря на эмбарго.
В общем, японцы усиленно готовились, веря в то, что они нас побьют и в этот раз. Причем, как мне доносила разведка, Лондон секретно уведомил Токио, что в случае начала войны с Россией, Британия не оставит Японию в одиночку. Понимай, как знаешь. Особенно, если знаешь привычки джентльменов говорить одно, а делать то, что сочтут нужным в этот исторический момент времени. Или не делать ничего.
В любом случае, японцы очень надеялись на приближающуюся в Индийском океане британскую средиземноморскую эскадру. Ту самую, которая застряла в Красном море и которой так не хватило англичанам[T1] в «стоянии флотов» у Кипра. Тем более что японцам было от чего нервничать, ведь из-за Мыса Доброй Надежды уже появился «Пантократор» с эскадрой. И всё бы ничего, японцы были всё равно сильнее, даже если дадут двум нашим эскадрам объединиться (что маловероятно) и дать нам генеральное сражение. Проблема была в другом — вместе с русской эскадрой Мыс Доброй Надежды шла германская. Пять первоклассных линкоров, линейный крейсер, тяжелые крейсера и прочие эсминцы с кораблями сопровождения и обеспечения.
Да и русская эскадра была представлена вполне прилично. Помимо суперлинкора «Пантократор», в эскадренном строю шли еще вполне приличные линкоры «Император Николай Первый», «Полтава», «Петропавловск», «Император Александр Третий», новейшие линейные крейсера «Кинбурн», «Измаил» и прочая, прочая, прочая… Включая два эскадренных авианосца — «Чайка» и «Альбатрос», и трех авиаматок — «Касатка», «Кит», «Акула». Первые два несли по двадцать самолетов, взлетавших с палубы, а остальные три — по четыре гидросамолета, взлетавших с поверхности воды.
Поскольку в эскадре всегда скорость движения всегда равна скорости самого медленного корабля или судна, колонны шли далеко не полную скорость, и идти им до места театра военных действий еще далеко и долго, еще дней семьдесят-восемьдесят. Мы, конечно создали заранее базы для бункеровки и заправки топливом в Русском Сомали и Ормаре, но всё равно это проблему решает мало. Благо Суэцкий канал уже разблокировали и суда обеспечения могли возить свои грузы более коротким путём, фактически обгоняя эскадру и идя ей навстречу.
Причем, я был уверен, что японцы понадеются, что немцы в эскадре «чисто посмотреть», продемонстрировать флаг, а русскую нужно бить на встречных курсах, не допуская неприятелей (то есть нас) непосредственно к нашим берегам и базам. Уверен, что все уже усвоили уроки и понимают, что наш флот силен и эффективен с опорой на берег, минные поля, на многочисленные береговые орудия и авиацию. А вот в открытом море мы давно толком не побеждали. Не считать же победой расстрел Колчаком норвежской «эскадры» у острова Медвежий!
Имеющаяся у нас авиация серьезного урона нанести противнику не сможет. Да они могли нести небольшие бомбы или торпеду, но полсотни легких морских самолетов — это даже не устаревшие «Муромцы», что уж говорить о «Си-32Ф» или, тем более о секретном Сл-2 «Святогоре М2ДБ».
Собственно, у японцев уже было два суперлинкора и к моменту прибытия нашей эскадры у них будет три суперлинкора против нашего одного «Пантократора». Такие вот дела…
Впрочем, появление «Пантократора» фактически похоронило перспективу «Вашингтонских морских соглашений», всем было понятно. Флоты мало того, что рано ограничивать в размерах, тоннаже и численности, их нужно поскорее развивать и преумножать!
Даже мы строили. Но «Петр Великий» войдет в строй через два года, явно уже после окончания нынешней предстоящей войны. Так что, будем выкручиваться, избегая генерального сражения, а там как Бог даст и морская удача будет к нам благосклонна.
* * *
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. ИМПЕРАТОРСКИЙ ЛЕТНИЙ ДВОРЕЦ. 1 августа 1921 года.
Две дамы расслабленно сидели в саду и светски болтали. О живописи, о Всемирной выставке, о ценах на строительство Моста Единства, который уже который год не могут достроить в Константинополе. Слегка сплетничали, улыбались, иногда хихикали.
Пили чай, слушали птичек. С террасы сада было прекрасно видно море и город, раскинувшийся
