Еще до этого другая группа немецких войск продвинулась по восточному берегу Чудского озера к Кингисеппу, и угроза Ленинграду сильно возросла. Немцы форсировали реку Нарву и продвигались к бывшей русской столице не только из района Нарва – Кингисепп, где Красная Армия уже понесла потери в тяжелых боях, но и из Лужского района; они наступали также к юго-востоку от Ленинграда, севернее и южнее озера Ильмень, с явной целью изолировать Ленинград с востока и соединиться с финнами на восточном берегу Ладожского озера.
В июле финны также нанесли удары в двух направлениях: через Карельский перешеек к старой границе и восточнее Ладожского озера к Петрозаводску на берегу Онежского озера.
Особенно тяжелым эпизодом была попытка изолированных в Таллине советских войск эвакуироваться морским путем. Больше месяца они старались помешать немцам захватить Таллин с юга. В Таллине еще находилась значительная часть советского Балтийского флота, и, возможно, большее число войск предполагалось эвакуировать морем. Это был своего рода Дюнкерк, но без авиационного прикрытия, так как всю авиацию, какая у него была, советское командование Северо-Западного направления сосредоточило в районе Ленинграда, где обстановка стала уже в высшей степени критической.
В Таллине находилось 20 тыс. советских солдат, и вместе с Балтийским флотом они больше месяца сковывали значительные силы немцев в радиусе 15–30 км от города. 25 тыс. граждан было мобилизовано на строительство оборонительных укреплений южнее города.
Немцы начали широкое наступление на Таллин 19 августа, но советские войска при поддержке орудий береговой обороны и боевых кораблей почти неделю удерживали свои позиции. Однако 26 августа немцы ворвались в город, и Советское Верховное Главнокомандование отдало приказ об эвакуации Таллина, тем более что Ленинград сильно нуждался во всех войсках и кораблях, которые еще можно было спасти. Еще два дня в городе шли ожесточенные уличные бои, и затем транспортные суда и военные корабли покинули таллинский рейд. Немцы утверждали, что «ни одному кораблю» не удастся уйти из Таллина, но на самом деле большинство кораблей, включая лидер «Минск», прорвалось, несмотря на непрерывные атаки немецкой авиации и торпедных катеров и на плавающие мины, расставленные немцами по всему Финскому заливу. При проводке судов через минные заграждения было потеряно несколько эсминцев, сторожевых кораблей и тральщиков. В коночном счете большая часть кораблей с несколькими тысячами солдат на борту прибыла в Кронштадт или Ленинград.
Советские военно-морские гарнизоны Хиума, Сарема и других островов у побережья Эстонии держались до середины октября, когда 500 уцелевших защитников Хиума отплыли на полуостров Ханко.
В сущности, только когда советские армии отошли к самому Ленинграду после крушения Лужского рубежа, им удалось сдержать натиск противника на ближних подступах к городу. 11 сентября главнокомандующим Ленинградского фронта был назначен генерал армии Г. К. Жуков, сменивший растерявшегося К. Е. Ворошилова. Войска, оборонявшие подступы к городу, были в короткий срок перегруппированы, оборона Ленинграда началась по-настоящему энергично. Ей суждено было стать величайшей из всех русских великих повестей о человеческой стойкости. Никогда еще город, равный по размерам Ленинграду, не подвергался осаде на протяжении почты двух с половиной лет.
Глава VIII
Бои на Украине
Тем временем, как мы видели, Гитлер решил полностью овладеть Украиной. Отказавшись на время от наступления на Москву, он перебросил часть войск на север, чтобы ускорить захват Ленинграда, а еще большие подкрепления послал на юг, намереваясь занять Правобережную Украину и Крым за несколько недель.
В начале июля советские войска добились на Украине кое-каких местных успехов; так, они остановили прорыв немцев к Киеву и 16–20 км от города. Но в конце июля и начале августа фашистское наступление возобновилось. 17 августа немцы взяли Днепропетровск и форсировали Днепр; советские войска были вынуждены отойти, несмотря на приказ Советского Главнокомандования удерживать линию Днепра любой ценой. Потом были захвачены Херсон, Николаев и центр добычи железной руды Кривой Рог.
Немецкие солдаты переправляются через Днепр на моторной лодке. Сентябрь 1941 года
На юго-западе румыны отрезали от советского «материка» Одессу. Одновременно севернее Киева немцы начали другое наступление в общем направлении на Конотоп, Полтаву. Таким образом, к началу сентября Киев стал оконечностью длинного, все время сужавшегося выступа, так как немцы прорвались далеко на восток как с севера, так и с юга от украинской столицы.
Здесь мы подходим к одному из крупных разногласий, возникших в ходе войны, причем в данном случае спор происходил не только между Гитлером и его генералами, но и между Сталиным и Военным советом Юго-Западного направления.
Поскольку на 9 сентября немцы продвигались с севера к Нежину, на юге другая группа германских армий проникла глубоко в излучину Днепра, а у советского командования не было резервов, чтобы остановить эти два немецких наступления, то Буденный и Хрущев решили отвести войска из Киевского выступа.
11 сентября они доложили Сталину, что его прежнее указание – послать из Киева две стрелковые дивизии, чтобы остановить продвижение немцев на севере, – не может быть выполнено, что советские армии на Украине крайне ослаблены после нескольких недель тяжелых боев и что, несмотря на возражения Ставки, они считают необходимым отход на новый тыловой рубеж.
В тот же день в разговоре с командующим Юго-Западным фронтом генералом Кирпоносом Сталин «категорически возразил против оставления Киева и отвода войск из Киевского выступа на рубеж реки Псел. Он приказал удерживать Киев любой ценой, перебросить на правое крыло фронта все силы, которые можно снять с других направлений и во взаимодействии с Брянским фронтом разгромить конотопскую группировку противника»[37]. Одновременно Сталин освободил Буденного от занимаемой должности и заменил его Маршалом Советского Союза С. К. Тимошенко, который 13 сентября приступил к исполнению своих обязанностей.
В этот день горловина между Лохвицей и Лубнами, по которой можно было отвести четыре армии Юго-Западного фронта, достигла в ширину не более 30–40 км. Два дня спустя немецкие танковые соединения закрыли эту горловину.
Здесь мы подходим к кульминационному моменту спора между Ставкой и командованием Юго-Западного направления.
«14 сентября начальник штаба Юго-Западного фронта генерал-майор В. И. Тупиков счел своим долгом еще раз информировать начальника Генерального штаба Б. М. Шапошникова о катастрофическом положении войск фронта. «Начало понятной Вам катастрофы – дело пары дней». Начальник Генерального штаба назвал доклад генерал-майора В. И. Тупикова паническим, потребовал от командования направления и фронта сохранять хладнокровие и напомнил командующим: «Необходимо выполнять указания тов. Сталина, данные Вам 11.9»[38].
Но 16 сентября немцы закрыли горловину и четыре советские армии были окружены… Одна из них, 37-я, еще удерживала в районе Киева плацдарм радиусом примерно 25 км. Все эти войска, говорится в советской «Истории войны», уже понесшие большие потери, «были дезорганизованы и в значительной мере утратили боеспособность… Всего этого можно было бы избежать, если бы Ставка в свое время согласилась с предложениями С. М. Буденного и Н. С. Хрущева[39].
Поскольку Ставка не дала разрешения
