– Ой, ну какие носки! – от избытка чувств подскочил Семенов. – Ну как же ты не поняла, я же… Я ж чего Галку-то нахваливал? Я хотел, чтобы у них с Вовкой все сложилось! А то кто их еще сведет, если не мы-то? Так и прокукуют весь век в одиночку!
У Любки по организму разливалось приятное тепло. Значит, она не ошиблась в Степане. Но все же хотелось еще и еще слышать, что Галка ему не нужна, а необходима она, Люба.
– Ну не знаю, не знаю… – капризно теребила она свой поясок. – А мне так вот вчера очень показалось, что ты с этой Галкой для себя старался.
– Я?! Для себя?! – вытаращился Степан. – Да я! Галка! Ха-ха! Для себя! Нужна мне эта Галка! Да она мне… Да мне вообще! Вообще никто не нужен! Я ж чего, я и сам… Ха! Галка!
Он явно переборщил. Понял, но было поздно.
– Тебе никто не нужен?! – прищурилась Любка. – Так какого лешего ты ко мне приперся? Иди давай… к своим дояркам! Проверяй, как они коровьи сиськи дергают! А то сидит тут!
– Люба… Люб, я все неправильно сказал, я в том смысле… Погоди, а чего это ты так про наш конкурс? А ты не будешь коровьи сиськи дергать, что ли?
– Я вообще-то сюда не для этого ехала! – отвернулась к окну Люба. – Но теперь-то чего уж… придется дергать… И вообще, я… я в душ пошла. А вы, Степан Степанович, ступайте, мне отдохнуть надо.
И Люба, забыв про душ, красиво завалилась на заправленную кровать.
Семенов потоптался еще минутку и вышел – с женщинами у него не было богатого опыта, он искренне думал, что надо уходить, когда женщина того просит.
Дверь за ним закрылась, и Любка хлюпнула носом. На этот раз, кажется, она… Вот дура-то!
Она приготовилась страдать долго и безутешно, но в это время дверь приоткрылась и появилась голова Марии Адамовны Коровиной. Вместе с ней в комнату заглядывал Иван Михайлович, тут же маячила удивленная Галка.
– Люб! Это за нами! – весело кричала Галка. – Только ты скажи им, что мы не можем домой, ага? Скажешь?
Мария Адамовна лучезарно улыбнулась:
– Люба! Ну вот мы тебя и нашли! А мы к тебе! В гости.
– Давно не виделись… – пробурчала Индюшиха. – И чего надо-то?
– Мы… мы приехали, чтобы болеть за тебя! На конкурсе поддержать, – объясняла Мария Адамовна, а Иван Михайлович вежливо кивал. – Ты не знаешь, Люб, где нам остановиться-то можно?
– Нет… – пожала она плечами. – А чего останавливаться? Я и без вас как-нибудь победю…
– Ваня, выйди! – вдруг обернулась Коровина к мужу. – Сбегай к председателю, спроси, может быть, здесь комнаты сдаются, посуточно. Узнай цену. Нам же остановиться где-то надо… Люба, расскажи мне, что с тобой стряслось? Я просто не нахожу себе места. Ваня, не торчи здесь! Там же еще старики внизу, им понадобится отдых! Люба! Ну что же?
И такое у Марии Адамовны было лицо проникновенное, и так недавно от Любы вышел Степан, и обиды накопилось столько много, что она не удержалась и рассказала Коровиной все.
– Люба! Я тебя поздравляю! – торжественно провозгласила Мария Адамовна. – Только что я услышала историю о том, как встретились два любящих сердца!
Индюшкина не очень понимала столь витиеватую речь.
– Так… я вам про себя рассказывала вообще-то, вы чем слушали-то? – даже обиделась она.
– И я тебе про тебя же… – улыбнулась Мария Адамовна. – Эх, Люба! Не забудь меня на свадьбу пригласить. А Степана твоего… Я все устрою. Вы с ним помиритесь… Сколько сейчас времени?
– Так десять уже.
– Ну вот, вы с ним помиритесь прямо сегодня. Эх, еще б погодка не подвела… Да, а подруге своей ничего не говори, ей уже выделили жениха, как понимаю. Пусть работает над своими отношениями.
С этим Люба была согласна. Хотя так ничего толком и не поняла.
– И где можно найти наше вожделенное начальство? – поднялась Мария Адамовна.
– Это вы про Степана? Он у себя, наверное… Вы сейчас вот так пойдете, потом…
Глава 8
Мария Адамовна заглянула в кабинет к Семенову, когда тот говорил по телефону. Она вежливо подождала в коридоре, и уже через три минуты Степан Степанович сам вышел к ней.
– Вы тоже доярка? – с интересом спросил Семенов.
– Не совсем, – уклончиво ответила Мария Адамовна. – Понимаете… я… Я к вам как профессионал к профессионалу. Только давайте не о рогатом скоте. Скажите, вам нужны жены? А то я женщин не знаю куда девать…
Разговор затянулся. Степан действительно очень хотел развивать свою деревню, а какое же развитие, если мужики отсюда в город бегут, а с бабами здесь всегда был острый дефицит? Конечно, уже давно следовало объединить усилия с деревней Мужиково – вот где женщин-то полным-полно! Но Анна Тихоновна отчего-то не слишком загоралась идеями, да и, если честно, времени на скрепление брачных уз у Семенова было немного, а тут – на тебе! Специалист по этому делу сам приехал!
– …И даже не думайте! – качал головой Степан. – Дом у меня большущий, а живем мы там вдвоем: я да отец. Вот и поживете у нас, все повеселее. Да… а для моего отца у вас никого не найдется? Очень хороший мужик, крепкий такой…
– Есть, – улыбнулась Мария Адамовна, вспомнив про свою «счастливицу» Веру Игнатьевну. – Очень интересная женщина, только она в городе, но…
– Здорово! – обрадовался Степан. – Так что… давайте-ка я вас сам провожу…
В конце концов для общего удобства решили, что женская часть Коровиных поселится с Любой и Галиной, все равно у них две койки свободные, а мужчины воспользуются гостеприимством Степана Степановича.
– Вот и хорошо, – потирал руки тот. – Значит, сейчас идите и располагайтесь. А вечером мы посидим и обсудим, как переправлять ваших городских дам к нашим перспективным женихам!
– Вы знаете, Степан, – поиграла бровками Мария Адамовна. – Мои городские дамы ждали несколько лет, уж пару дней-то переживут, я думаю. Да и ваши женихи тоже. Поэтому… предлагаю… Как вы сказали? Собраться? Очень свежая мысль. Вот давайте соберемся и… просто поближе познакомимся, можно даже на природе, эдакий пикничок, да?
– А можно в кафе, – серьезно отнесся к встрече Семенов.
– Нет, все же лучше пикничок, – гнула свое Мария Адамовна. – Чтобы эдак непринужденно, да?
Степан подумал, потом кивнул:
– Хорошо, давайте непринужденно… Тогда я выберу полянку, мы там все соорудим, а отец за вами заедет часиков в восемь, хорошо?
– Замечательно! Все, я побежала устраиваться.
Мария Адамовна выпорхнула из кабинета, а Семенов склонился над бумагами: рабочий день никто не отменял.
– Скажите, как вы догадались, что мы сюда рванем? – спрашивала Галка, когда женщины уже уютно расположились на новом месте и теперь сидели и пили чай.
– Мне приснилось, – вовсю придумывала Мария Адамовна. – С некоторых пор я удивительно чувствую людей. Вот смотрю и все вижу!
