я стану едва выше среднего, а через десять лет, буду никчемным средником. Не бывать этому, я лучше сдохну. Я никогда не вернусь к родителям, никогда не позволю собой помыкать, я никого не собираюсь больше бояться. Я стану свободным и счастливым во что бы то ни стало, а ради этого обрету силу, до которой будет просто не докоснуться!»
Глава 15
Сидя в своей комнате в общежитии, Зигфрид, как никогда погрузился внутрь себя. Он решил завершить первый акт «Песни Жизни» и развязать все узлы своей души. Сейчас он был почти уверен, что не впадет в магическую эйфорию, ибо две недели назад уже нашел способ избежать подобного эффекта. Изначально было решено не торопиться и хорошенько протестировать данный авторский метод Зигфрида по блокировке мозговых каналов от излишней маны, но учитывая сегодняшнее откровение Ксвима, все изменилось. И юноша принял решение рискнуть.
Уединившись в комнате, он заблокировал ряд мозговых энергетических каналов, и начал плетение полного акта «Песни Жизни» развязывая один узел души за другим. Завтра у него был свободный день, а потому торопиться было некуда, соседа по комнате Зигфрид также предупредил и тот не будет ему мешать.
Поначалу все шло хорошо и юному гению, как и в прошлый раз, примерно за час удалось развязать целых три узла, и при этом не впасть в эйфорию, вот только потом все стало сложнее. Чем дальше в свою душу он проникал, тем больше узловых сплетений там было и тем сложнее их становилось распутать.
В холодном поту Зигфрид открыл глаза, когда на дворе была уже поздняя ночь, его сосед по комнате давно спал, а сам он все так же сидел в позе лотоса в центре кровати. Данную позу для улучшения внутренней концентрации ему посоветовал Клод, узнавший о ней от своего дворецкого.
«Пять, — глубоко дыша, мысленно произнес Зигфрид, — пять узлов, и я полностью выдохся. Не ожидал от себя такого. Похоже, нужно все-таки перевести дух».
Начав применять довольно сложную для своего возраста дыхательную технику, Зигфрид несколько часов восстанавливал свои силы и приводил себя в адекватное самочувствие.
«Да, я чувствую эффект от этих пяти развязанных скоплений, душа как будто поет, мое сознание проясняется, концентрация улучшается. Симптомов эйфории почти нет, мой метод работает нужно продолжать. Сейчас я должен развязать больше узлов».
Вновь направив свой взор внутрь себя, Зигфрид начал погружение в скопление нитей своей души, уходя все глубже и глубже, словно окунаясь в золотой океан бесчисленных нитевидных образований.
В какой-то момент ход времени перестал играть свою роль, сознание полностью потеряло связь с реальностью, осталась лишь заданная цель. Излечить свою душу и тело.
Наутро следующего дня неожиданно выпал снег, температура опустилась до минус одного по Цельсию и многих студентов из-за резкого изменения пагоды начали мучить головные боли.
Нулевой класс почти в полном составе отсутствовал в магической академии, по причине свободного дня и того, что все кроме Зигфрида жили у себя в резиденциях и не горели желанием просто так приезжать.
Сосед Зигфрида по комнате, со звучным именем Камень, встав с кровати и потянувшись, сразу взглянул на часы. Он едва-едва успевал на урок по военной тактике, а потому начав быстро одеваться, не сразу заметил своего сожителя, сидевшего сейчас ровно в той же позе что и вчера вечером.
«А с ним точно все нормально? — вслушавшись в тончайшие вибрации пола, подумал Камень, — сердце бьется, дыхание ровное, все нормально. Может он тоже владеет упражнением «скала»? Если да то можно и неделю так сидеть. Не зря этот парень в нулевом классе, он точно гений. Повезло подружиться с таким, удачи ему».
Сжав ладони вместе и подняв на уровне головы, Камень молчаливо попрощался с одним из своих самых близких в академии друзей, а затем ушел.
Время шло своим чередом, и учебный день подошел к концу, за ним последовала ночь, и вновь наступило утро.
Первые мягкие солнечные лучи, стали активно пробиваться через занавески в комнату общежития четверокурсников, где ниспадая, открывали глазу все так же сидящего без движения на своей кровати, Зигфрида.
* * *
— Какая же скукотень на этих уроках политики и прав, повеситься хочется, — выходя из кабинета, молвил Клод, — дни теории это какой-то ад. Зачем они нам вообще, меня и так репетиторы дома натаскивают по любому предмету, который ниже удовлетворительного.
— Согласен, это надоедает, не думаю, что лично мне они особо пригодятся, — поддержал Гьяс.
— Просто примите это как факт, и не нойте, смотреть тошно, — подвел итог Кайл.
— А вы не знаете, почему Зигфрида сегодня не было? — вмешалась в разговор подбежавшая Аой.
— Позавчера он говорил, что может не прийти на занятия из-за личной практики, большего я не знаю, — пожал плечами Клод.
— На уроке о нем не обмолвились, значит, учитель был предупрежден, — упомянул одну тонкость Кайл.
— Вот как ясно, спасибо.
— Да не за что Аой, обращайся, кстати, ты не знаешь, что любит Роксана?
— Прекращай Клод, — вмешался Гьяс, — не впутывай мою сестру в свои любовные дела.
— Легко тебе говорить, а кого мне тогда впутывать, я уже два месяца не могу к ней подкатить.
— Спроси совета у старшего, он неплохо так ладит с девушками.
— Да я все порываюсь, но боюсь пока он будет нас сводить, она может в него втюриться.
— Да ну, бред.
— Умом я это понимаю Кайл, но мне все равно страшно, от Зигфрида всего можно ожидать.
— Это да, старший он такой, ладно пошли, нам еще на точные вычисления нужно успеть.
— Я не хочу на них идти, убейте меня.
— Не каркая, завтра занятия с мисс Татьяной, она обещала головы нам поотрывать, если наши барьеры ее не устроят.
— Точно, а я забыл, на ночь надо будет потренироваться.
На следующий день. Главная тренировочная арена.
Хмурый взгляд преподавателя, не увидевшего на площадки своего любимого ученика, явственно намекал на то, что сегодня никаких поблажек не будет.
— Где Зигфрид? — холодно спросила Татьяна.
Глядя на женщину готовую в любой момент начать убивать, никто не изъявил желания ответить.
— Значит, никто не знает, хорошо.
— Вчера его тоже не было, — с улыбкой произнесла Сильфия, взглянув на хмурую, уже второй день как, Эрис.
«Где шатается этот балбес? Он меня избегает? Только не говорите, что тогда он неправильно меня понял? Что мне делать… — волновалась рыжеволосая «принцесса».
— А разве Зигфрид не должен у вас отпрашиваться, если случиться нечто непредвиденное? — забеспокоилась Аой.
— В отличие от вас у Зигфрида есть еще и личный наставник Ксвим, как
