Читаем без скачивания Полдень, XXI век. Журнал Бориса Стругацкого. 2010. № 5 - Константин Фрумкин

Тема стала популярна, и в красноармейском журнале «Вестник воздушного флота» № 8 за 1924 год появилась статья «О лучах смерти», где обсуждались перспективы военного использования электромагнитных волн. Вот как инженеры того времени толковали суть: «Взрывчатое вещество имеет молекулы, построенные неустойчиво: они легко распадаются на составные части. Так как силы, удерживающие атомы в них и электроны в атомах, электрического происхождения, то всякий резкий толчок электромагнитной волны, отвечающей по своей длине колебаниям атомов внутри молекулы, может произвести взрыв».

И, конечно, идею подхватили фантасты. В романе «Цари воздуха» Вл. Семенов писал: «Достаточно направить на какое бы то ни было взрывчатое соединение детонирующий луч — оно разложится на элементы». А в романе «Машина ужаса» В. Орловского описывается изобретение американцем особого прибора с восьмигранным рефлектором, откуда посылаются лучи, взрывающие динамит и обжигающие людей. Воинственный изобретатель уж было покорил своей воле Северо-Американские Соединенные Штаты, но тут ученый из России нашел способ усмирить глобального маньяка. Наконец, французы Доржелес и Жинью в повести «Машина для прекращения войны» описали «ультра-синие лучи», подрывающие все патроны и снаряды в радиусе 100 км.

Итак, идея была популярна и среди публики, и среди военных. И реальный «инженер Гарин» наверняка существовал. Показан в романе луч не взрывающий, а разрезающий, но вдруг писатель исказил суть идеи? Ведь если предполагали с помощью электромагнитного воздействия взрывать динамит, почему не вообразить дистанционное инициирование обычного горения? Не с помощью нагревания поджигать, а просто подав электромагнитную команду «Гори!». Тогда пылающие пирамидки в гиперболоиде были источниками сигнала, а луч аппарата просто передавал собранный поток света, в котором тот сигнал присутствовал.

Говорят: «Пламя пожара перекинулось на соседнее строение», подразумевается — искры долетели. Но бывает, ни ветер, ни расстояние не способствуют «перекиду», однако дома на другой стороне улицы вдруг вспыхивают — как бы по эстафете. И, наоборот, каменная стена — брандмауэр не дает загореться деревянному дому, хотя искры от горящего вплотную соседа через нее перелетать способны. Не вправе ли мы предположить, что важным фактором распространения пожара является световой поток, излучаемый пламенем, а не только искры и жар? Может быть, пылающий огонь каким-то образом посылает в лучах света информационные сигналы, катализирующие начало реакции горения в окружении?

Биологами доказан факт электромагнитного взаимовлияния клеток: разделенные непроницаемым препятствием клеточные культуры согласованно делятся и дифференцируются. Может, и обычные химические реакции способны к информационному взаимодействию?

В 20-е годы прошлого века российские физики Ландсберг и Мандельштам открыли так называемое комбинационное рассеяние света. (На Западе оно называется рамановским — в честь индийца Рамана, обнаружившего это же явление чуть позже, но опубликовавшего свою заметку чуть раньше. За это открытие Раману дали в 1930 году Нобелевскую премию, демонстративно проигнорировав физиков из СССР.) Оказывается, свет, проходя через прозрачную среду, меняет спектральный состав так, что тонкие линии спектра смещаются — молекулы среды оставляют в световом потоке свой индивидуальный рисунок. Так, может быть, и химическая реакция горения автоматически записывает в световом потоке, идущем от пламени, свой уникальный код, способный запускать горение, если свет, несущий сигнал, поглощается горючим материалом?

Мы задали этот вопрос известному специалисту по спектроскопии комбинационного рассеяния, доктору физико-математических наук из краснояского Института физики Александру Николаевичу Втюрину. Ученый ответил: «Слабо верится, что между неодушевленными объектами осуществляется некий, именно информационный, контакт. Свет, рассеянный веществом, действительно меняет свои спектральные характеристики — это основа так называемой рамановской спектроскопии. Однако для считывания информации нужны соответствующие приборы и разум человека».

Наша способность видеть основана на естественном свойстве света: во время отражения от предметов он сканирует их облик и особенности фактуры. Свет сам записывает эту информацию, а потом уже глаза и мозг считывают полезный сигнал. Похоже работает и радиосвязь, где электромагнитная волна испускается и модулируется искусственно, а затем приемником детектируется. Другой подход используется в сейсморазведке и радиолокации, тут полезные сведения получают, опираясь на знания особенностей прохождения волн, — геологоразведчики узнают устройство земных глубин и находят месторождения нефти, а операторы радаров фиксируют траекторию цели. Все это понятно, но возможно ли, чтобы объекты неживой природы и химические реакции воспринимали информационные сигналы? Ведь это напоминает магию, где заклинаниями вызывают гром и молнию!

Летом и осенью 1985 года англичане были взбудоражены странной серией событий, получившей в британской прессе обозначение «История плачущего мальчика». Началось все с интервью пожарника Питера Холла из Йоркшира в популярной газете «Sun». Он заявил, что пожарные бригады Северной Англии находят в сгоревших жилищах экземпляры одной и той же репродукции, изображающей плачущего мальчика. Портрет плаксы когда-то написал испанский художник J. Bragolin, а несколько тысяч копий сентиментальной картинки только что поступили в продажу. Холл решил выступить после того, как его брат намеренно купил изображение, чтобы проверить парадоксальную связь, и не прошло и недели, как его дом на юге Йоркшира сгорел дотла.

Газета получила множество откликов от людей, пострадавших по той же причине. Так Сандра Краске из Килбурна рассказала, что она, ее сестра и мать — все погорели, поскольку все они приобрели понравившуюся им недорогую репродукцию в красивой рамке. Уже после начала газетного обсуждения сгорел в графстве Эвон дом вместе с его обитателем шестидесятисемилетним Уильямом Армитиджем. Причем проклятую картину нашли рядом с обугленным телом. Один из пожарных заявил: «Я никогда раньше не верил в проклятия. Но когда вы видите целехонькую картину в сгоревшей комнате, и она — единственное, что не пострадало, то вы понимаете, что это перешло все границы». Начался форменный массовый психоз, закончившийся тем, что, по предложению газетчиков, все владельцы злосчастной картины избавились от опасного изображения, уничтожая его на костре подальше от дома.

Легко счесть это серией совпадений, но с учетом всего вышесказанного возможна и пугающая версия. Допустим, что существует реальное информационное воздействие, прячущееся в потоке света, идущем от пламени. Предположим, что некие специалисты смогли вычленить данный сигнал из потока и записать его в виде голограммы. Голограмма — набор интерференционных полосок, которые легко можно спрятать внутри черно-белого рисунка. Теперь, если свет от солнца упадет под нужным углом на голограмму, отраженный поток воспроизведет информационную команду, что спровоцирует возгорание окружающих предметов. Механизм достаточно тонкий, и для его срабатывания требуется массовость попыток, которую легче всего организовать с помощью тиражирования опасного изображения и распространения его среди ничего не подозревающих людей. И этот чудовищный эксперимент состоялся.

Рассказанная нами история выглядит жутковато. И, продолжая конспирологические изыски, можно предположить, что лесные пожары в разных странах вызываются с помощью командных сигналов, направляемых с орбитального военного спутника. А далее рождается антиутопия о мировой деспотии, которая с помощью «спутника смерти» подчиняет себе все государства и континенты. Не будем фантазировать. Просто давайте осознаем — как мало нам известно об окружающем нас мире, и как осторожно мы должны исследовать его, дабы не разрушить хрупкий оазис жизни на планете Земля. И тем опасней секретные эксперименты, которые проводятся втайне от человечества и с не очень хорошими целями.

Из исследовательского архива

В книге профессора МГУ А. А. Рухадзе (дважды лауреата Государственной премии СССР) «О лучевом оружии в России» говорится:

«Впервые о лучевом оружии я услышал в 1966–1968 годах. Именно в это время и у нас, и в США начали разрабатывать лазерные системы, нечто вроде «гиперболоида инженера Гарина». Одно из направлений лазерного оружия носило глобальный характер, и его возглавлял академик Н. Г. Басов. В это же время появилось весьма перспективное предложение создания лучевого оружия, но не на основе лазерного, а на основе мощного СВЧ излучения. Эксперименты по теме «РАМУС», привели к неожиданному результату: было открыто аномальное поглощение СВЧ излучения плазменным сгустком с ускорением части электронов плазмы до больших энергий. Это открывало новые возможности по созданию лучевого СВЧ оружия, более перспективного, чем лазерное. Дело в том, что длина волны лазерного излучения порядка микрона, и поэтому лазерное излучение практически невозможно сфокусировать, если цель для поражения находится на большом расстоянии. Пятно лазерного излучения на расстоянии 100 км будет иметь диаметр не менее 20 метров. С другой стороны, СВЧ излучение можно сфокусировать с помощью фазированной антенной системы, и если источник СВЧ излучения обладает энергией 104 Дж, то можно разгерметизировать спутник либо ракету на расстоянии более 100 км. В результате в 1969 году вышло постановление Правительства, согласно которому большая кооперация, возглавляемая заместителем министра В. И. Марковым и акад. А. М. Прохоровым должна была создать источник СВЧ излучения длительностью несколько миллисекунд и мощностью до 20 МВт. Это постановление существенным образом повлияло на жизнь лаборатории физики плазмы, которая финансово стала одной из самых обеспеченных в ФИАНе».