как случилось. Я тысячи раз хотел тебе в этом признаться и передать камень тебе, как это следовало бы, но ты еще молодой сивус, полный здоровья и сил, а мне этот камень придаёт смысл жизни.
Яртог тяжело вздохнул. — Да, и главное, нужно помнить, что есть слова, которые нужно произносить, чтобы камень был источником силы — «Во имя мира и единения». Я не знаю, что это значит, но это так. Без упоминания этих слов камень может уснуть и вся его магическая сила исчезнет. Я не знаю, с какой частотой это надо произносить, но я стараюсь это делать при каждом удобном случае.
Деондам, как заворожённый, безмолвно слушал речь Яртога. Миртаан, понимая, что на его глазах происходит что-то очень важное и необычное, тоже старался быть в полной сосредоточенности.
Но именно что старался, вернее сказать, пытался, потому что что-то мешало ему быть максимально внимательным. Внезапно ему очень захотелось спать, но глаза при этом не смыкались. Голова как будто закружилась, и ему даже показалось, что он приподнялся над землёй. Он посмотрел на Деондама, и тот показался ему каким-то уж совсем маленьким. Талан перевёл взгляд на Яртога, но тот почему-то стал похожим на его дядю Аркенаара, и он зачем-то сейчас обращался к этому маленькому Деондаму.
— Ты, наверное, думаешь, почему я именно сейчас тебе открылся? Потому что я должен был тебе всё это рассказать. Меня это мучает со времён самого твоего рождения. Прости, что именно так ты это услышал, но мне не хватает смелости тебе это рассказать, когда ты в состоянии соображать. Поэтому и говорю с тобой сейчас, потому что тебе точно не до этого.
Яртог слегка усмехнулся. — Что, чувствуешь какие-то необычные ощущения? Как будто это и не ты вовсе, да и я должен видеться тебе кем-то другим. А ведь действительно, интересно, кого ты сейчас видишь перед собой?
Старейшина довольно хмыкнул, наблюдая за племянником, лицо которого искажали различные гримасы. — Ладно, не напрягайся. Это я так спросил. Теперь отвечаю на твой немой вопрос. С тобой всё нормально. А сейчас ты такой от того, что я добавил в напиток тот самый порошочек, вкус которого вам очень понравился.
Яртог рассмеялся. — Это очень коварный порошок. У него есть удивительная способность. Он развяжет ваши языки и сделает вас послушными и покорными моей воле. И наутро вы ничего не будете помнить об этом вечере. Вот поэтому я так перед вами разоткровенничался. Но пока не наступило утро, вы сейчас с твоим, то ли другом, то ли сообщником, очень мне этот талан сразу не понравился, расскажете мне всю правду, что там на самом деле произошло. Вы что, действительно подумали, что два таких сопляка могут провести такого сивуса, как я? И не вздумайте сопротивляться, это бесполезно. Ваше подсознание само скажет реальную правду. Такое вот полезное свойство этого порошка.
Глава города тут же посерьёзнел. — А теперь собрались и сосредоточились только на моём голосе. Вы меня хорошо поняли?
Миртаан и Деондам послушно кивнули в унисон.
— Ну и отлично, — удовлетворённо кивнул старейшина. — А я, с вашего позволения, выпью моего напитка. Простого. Мне нужно много сил этой ночью, ибо чувствую, что разговор наш будет долгим.
Яртог налил себе напитка, уселся удобней на подушке, и обратился к талану.
— Давай начнём с тебя. И начнём с самого начала. Кто ты и действительно ли твоё настоящее имя Миртаан?
Наутро Миртаан, проснувшись, с удивлением обнаружил себя в домике старейшины Яртога, в той же самой комнате, в которую они к нему пришли. Рядом, развалившись на подушке, похрапывая, лежал Деондам.
В комнату вошёл старейшина. Он радостно приветствовал талана. — Ну наконец-то вы проснулись!
— А разве мы не должны были уйти. У меня же дела есть, которые не терпят отлагательств. Сам не понимаю, как это меня разморило, — виновато произнёс Миртаан.
Яртог рассмеялся. — Да вас с моим племянником, видать, так здорово измотал долгий полёт, к тому же здесь особенный воздух, к которому вы не привыкли на Таураане. Плюс я дал вам восстанавливающий чай. Вы с Деондамом отключились, как по команде. Я не мог вас в таком состоянии отпускать, тем более, что мест здесь хватает. Надеюсь, вы хорошо отдохнули?
— Да, знаете, я чувствую себя очень свежим, — кивнул Миртаан и резко поднялся с подушки. — Ну, наверное, мне надо идти. Только вот, — талан посмотрел на спящего Деондама.
Старец замотал головой. — Никуда вы пока не пойдёте. Я уже приготовил так понравившийся вам напиток, а балабол и хвастун Терафос, лучший друг моего племянника, только что зарезал резула. Это основной поставщик мяса на Сивании. Мы их растим на наших пастбищах. И сейчас нежнейшее мясо молодого резула готовится в соке сиванских фруктов. Вы же никогда такое не пробовали, так что даже не вздумайте отказываться.
В дом заскочил Терафос. — Ну, наконец-то, вы проснулись. Вы, таланы, наверное, очень любите спать, впрочем, как и этот лежебока. — Сивус схватился за край подушки и резким рывком потянул ее на себя. Деондам с грохотом упал на пол и тут же вскочил на ноги.
— Да, что такое? Что случилось? — спросонья бормотал сивус, яростно протирая глаза, стараясь понять, что происходит.
— Ничего не случилось, — расхохотался Терафос, видя растрёпанный вид друга. — А если ты продолжишь спать, то вообще ничего не случится. Тебе надо хорошо подкрепиться, у нас с тобой долгий путь.
— Какой путь? Куда? — непонимающе смотрел Деондама на веселящегося Терафоса. Потом он увидел Миртаана, а также Яртога, сидевшего за невысоким столиком, и тут же вспомнил, что было вчера.
— Так мы что, получается, отсюда не уходили? — недоумённо спросил он.
— Как видишь. Ты, так же, как и я, заснул во время беседы с твоим дядей. Видать, так на нас подействовал ваш «сир-сир»? — миролюбиво улыбнулся Миртаан.
Деондам хотел ответить талану что-то дерзкое, но быстро вспомнил, что ему необходимо играть роль друга, и вежливо осклабился в ответ.
Яртог закивал головой. — Да-да, подкрепляйся скорее, Деондам. Вам предстоит трудная дорога. Так что давай, приходи в себя и слушай, что я тебе поручаю. Я вкратце уже рассказал Терафосу, пока ты спал, но сейчас повторю и тебе.
Я написал письмо, адресованное всем старейшинам городов Сивании. По крайней мере, тех городов, которые неподконтрольны краснокожим, и я призываю их собраться у меня на Совет городов. Это письмо будешь показывать в каждом городе на твоём пути. И не думайте останавливаться там больше, чем положено. Отдохнули, и снова в путь. У нас слишком мало времени. Нам необходимо незамедлительно действовать.
