Смущенный мистер Каммингс медленно натягивал брюки, когда Сюзи выскочила из его кабинете, сверкнув голой попкой из-под короткой юбки. Сюзи вышла из школы. По крайней мере, на какое-то время ее зуд был поцарапан. Кроме того, она была уверена, что в здании больше никого не осталось. Теперь она должна зайти к Попу, чтобы подобрать запасную пару трусиков взамен тех, что остались в бойлерной. Хотя, точно она еще не решила; впереди была длинная дорога домой, и кто знает, с каким количество хороших петухов она могла столкнуться — или втолкнуть их в себя — на своем пути.
Глава 2
Довольно мурлыкая себе под нос, Сюзи толкнула дверь в Универсальные Подарки Макинтоша. Прозвенел маленький звонок, и трое мужчин возле прилавка обернулись посмотреть, кто это там пришел. Одним был, конечно, сам Поп Макинтош; двух других Сюзи никогда раньше не видела. Первый незнакомец о чем-то громко говорил, выпуская облака дыма из длинной сигары; это был огромный, бочкообразный мужчина в шотландском костюме, таком же кричащем, как и его голос. Второй был поменьше и потише, лысый и в очках. Большой мужчина, очевидно, только что отпустил грязную шутку, поскольку они с Попом корчились от смеха, а маленький мужчина глуповато усмехался. Смех оборвался, когда они увидели в дверном проеме Сюзи.
— Привет, Поп! Как бизнес?
— Сюзи! Что за явление для усталых глаз! Я надеялся, что Вы сегодня зайдете. Я говорил этим господам о Вас, и они очень хотят с Вами познакомиться.
При словах Попа киска у Сюзи восхищенно задрожала. Она знала, что предполагается в случае знакомства, и поэтому всегда была рада знакомству с новыми мужчинами. Благодаря Попу она за последнее время познакомилась с очень многими мужчинами.
— Господи, Поп! Это она? Да ведь это же верная тюрьма. Она еще дитя! — зашептал толстяк Попу, однако Сюзи услышала, и улыбнулась.
— Не волнуйтесь, джентльмены, — зашептал в ответ Поп Макинтош, подмигнув Сюзи. — Она, возможно, юная, но ее будет более чем достаточно для вас обоих. Впрочем, вы можете уехать, если хотите.
— О, нет! — воскликнул маленький человек. — Мы остаемся. Мы остаемся.
Дела универсального магазина шли плохо, и Поп все дальше и дальше залезал в долги, пока в прошлом году он не познакомился с Сюзи. Однажды она забежала к нему за какими-то конфетками, и обнаружила его настолько грустным, что тут же забралась под прилавок и отсосала ему член в качестве приветствия. (Все равно сперму она любила гораздо больше, чем конфетки). После этого она стала забегать к нему регулярно, чтобы отсосать или попросить потрахать ее в задней комнате. Именно таким образом он начал поставлять ей подменные трусики; хотя он, собственно, предлагал ей взять что угодно в его магазине, но она знала о его финансовых проблемах, и отказывалась от всего, кроме удовольствия иметь в себе его петуха.
Как-то раз она вошла и застала его посреди ужасного спора со странным, суровым человеком, который настаивал, чтобы Поп заплатил долги — а не то… Сюзи быстренько проводила человека в заднюю комнату, и также быстренько проводила его член в себя. Она до сих пор помнила, как безжалостно и жестоко он имел ее; она печалилась, что он больше не возвращался. Однако после этого дня было много других. Скоро она регулярно, по нескольку раз в неделю, удовлетворяла кредиторов Попа — и его самого — в задней комнате магазина. Сюзи была уверена, что сейчас Поп уже никому ничего не должен — такое количество петухов она приняла в себя на пыльном складе, многие из которых возвращались снова и снова!
Она подозревала, что теперь он просто находит мужчин, которые платят, чтобы познакомиться с ней. В общем-то, она не возражала; честно говоря, Сюзи и думать не могла о лучшей договоренности. Таким образом, каждый получал свое удовольствие, особенно она.
Сегодня, ощущая на себе взгляды трех мужчин, она уже знала, что отлично проведет время в задней комнате. В знак благодарности она улыбнулась Попу; он попробовал улыбнуться ей в ответ, но, поскольку не имел зубов, лишь состроил гримасу. Он был полным, круглым мужчиной, разменявшим пятый десяток, притом абсолютно лысым. Но у него был хороший петух. Она надеялась, что у других тоже.
— Это — мистер Харрисон и мистер Месснер. Они торговцы. Мистер Харрисон продает табак, сигары и сигареты, а мистер Месснер — конфеты. А это — Сюзи, господа.
— Рада познакомиться с Вами, сэр, и с Вами, сэр.
— Что еще я могу сделать для Вас, юная леди? — спросил Поп с блеском в глазах.
— Если Вы желаете сигары или леденцы, то Вы пришли вовремя.
Все засмеялись, но Сюзи заметила, что двум незнакомцам немного неловко. Теперь, когда они наконец познакомились с девушкой, им было довольно трудно поверить в то, что рассказывал о ней Поп. Она не выглядела, как модель, но все же в ней было нечто, что заставило их петухов задрожать в штанах. Сюзи многозначительно посмотрела на их промежности и улыбнулась.
— Вот здорово! Я люблю леденцы, но никогда не пробовала сигару.
— Возможно, ведь Вы девушка, Сюзи, да? — сказал мистер Харрисон-большой.
— Нет ничего лучше доброй большой сигары для выжимания сока, да, Поп? Он опять засмеялся; глаза его так приклеились к ее груди, что он не заметил, как она в нетерпении облизнула губы.
— Леденцы тоже хороши. Не забывайте, леденец — молодец! — сказал продавец леденцов.
— Прекрасно, я надеюсь, мистер Месснер позволит мне попробовать его леденец — держу пари, он действительно приятен — и я была бы очень рада попробовать и Вашу сигару, мистер Харрисон, только не говорите никому об этом. Я еще слишком молода для табачного дыма.
И хотя Сюзи очень нравились такого рода дразнящие беседы, она все же решила, что ход вещей следует двинуть вперед.
— Но, собственно, я зашла, чтобы… немного смущаюсь. Я, кажется, опять потеряла свои трусики, Поп, и мне надо взять новую пару, прежде чем пойти домой.
Два торговца совершенно не представляли, как реагировать на это неожиданное заявление, но Поп знал, как вести игру.
— Опять потеряли Ваши трусики, Сюзи? Второй раз на этой неделе, а ведь сегодня только среда. Вы очень рассеяны. Но как я узнаю, что Вы говорите нам правду? Я думаю, Вам было бы лучше нам это показать.
Сюзи немедленно подняла юбку выше талии и покружилась перед тремя мужчинами. Широко открытыми глазами те увидели, как мелькнула восхитительная круглая попка и юная, манящая киска.
— Ей-богу, она голая! — задохнулся мистер Месснер, снимая очки. Харрисон пялился молча.
— Хорошо, Вы действительно потеряли их — или кому-то отдали, — сказал Поп. — Выглядит это именно так.
— О, да, Поп. Они действительно потерялись. Если Вы мне не верите, эти люди подтвердят, не так ли? Положите ваши руки сюда и скажите Попу, голая я, или нет. Пожалуйста, господа.
