дворец. Она начнет гадание, чтобы провидеть ход битвы. Я бы хотел, чтобы вы послали отряд добровольцев: сотню боевых магов и двести воинов, встретить ее во дворце в течение четверти часа. У меня есть запас телепортационных свитков…
— В этом нет необходимости, — проскрежетал голос в углу.
Пьергейрон обернулся и увидел смуглую фигуру принца Агларела, выступающую из тени у камина, его черный плащ и пурпурная накидка, казалось, почти застыли в темноте.
— Как ты смеешь! — возмутился Пьергейрон.
Он действительно очень хотел знать «как». Комната должна была быть защищена от магических вторжений любого рода, хотя это, очевидно, не относилось к теневой магии шадовар. — Это частный совет.
— Простите меня, — сказал Агларел, останавливаясь, чтобы поклониться, — но я хотел избавить вас от необходимости телепортировать роту для оказания помощи вашей спасательной армии.
— Я хочу знать, как ты можешь знать о наших намерениях, — сказал Брайан, Мастер Меча.
В то время как Пьергейрон обычно говорил от имени других лордов в Зале Суда, они обычно говорили сами за себя на менее официальных собраниях. Магия шлема превратила его голос в глухой, безымянный баритон, который не узнали бы даже самые старые друзья Брайана.
— Мы сами едва сформировали их.
Агларел устремил на лорда серебристый взгляд.
— Не так давно многие из ваших граждан получили прощальные послания от своих родственников, сопровождавших Избранных. — Принц не стал объяснять, откуда ему это известно. — Зная, какие вы, глубоководцы, люди, можно было только предположить, что вы захотите чем-то помочь. Я зашел во дворец, и мне сказали, что лорд Паладинсон уехал по неотложному государственному делу.
— Напрашивается вопрос, как ты проскользнул мимо охраняющих замок чар протов захватчиков, — сказала Тириэллента, — или знал, что лорд Паладинсон находится в этой комнате.
— Я буду рад продемонстрировать это позже, — сказал Агларел, отмахиваясь от вопросов взмахом руки. — На данный момент я предлагаю сосредоточиться на главном.
Он подошел к круглому столу и, вытянувшись вперед, провел рукой по его поверхности. Тень упала на центр, а затем открылась, как дыра в облаках, чтобы показать битву, бушующую далеко внизу. Сцена расширилась, заполнив весь стол, и Пьергейрон вскоре узнал спасательную армию Лаэраль, оказавшуюся в ловушке на берегу мутного озера, которое могло быть только Извилистой Водой во время сильного наводнения. К его большому удивлению, и облегчению, они стояли в хорошем строю за стеной опаляющего пламени, подняв щиты и обнажив оружие, но не вступали в бой более серьезный, чем прихлопывание мух и комаров, кружащих вокруг их голов. Сцена по ту сторону горящей стены была совсем другой. Десятки синих драконов ворвались в армию багбиров и гноллов, пикируя вниз, чтобы собрать в огромные когтистые лапы воинов, а затем перекатиться через разлившуюся реку и сбросить их в мутные воды. Несмотря на разрывы в их рядах, монстры держались в строю, делая все возможное, чтобы отразить атаки топорами и цепами, более подходящими для разбивания человеческих голов, чем для пронзания драконьей чешуи.
— Драконы не были посланы фаэриммами? — Ахнул Пьергейрон, не в силах оторвать глаз от стола.
— Даже в Анавроке есть вещи, которые фаэриммы не контролируют, — сказал Агларел.
Крылья одного дракона обмякли, и он рухнул на землю, кувыркаясь и запутываясь в узел из хвоста, шеи и крыла. Пьергейрон увидел огромную черную дыру в его груди и понял, что он был убит какой-то очень мощной магией смерти. В следующее мгновение полированные кости огромного драколича нырнули вниз из облаков, выпустив грозовую синюю молнию в крошечную конусообразную фигурку в задние ряды багбиров. Залп потрескивающих красных метеоров ударил его в бок, выбив два ребра размером с дерево и отправив скелет дракона катиться по воздуху в потрескивающем шаре молотящих когтей и вспышек сверкающей синей энергии. Тириэллента ахнула от мощной магии, которая была брошена в битве. Магия, необходимая для того, чтобы отправить двухсотфутового драколича кувырком, превратила бы любого нормального волшебника в дымящийся пепел. Затем за гноллами появилась шипастая фигура второго фаэримма. Едва первый дракон рухнул на землю, как четыре длинноволосые женщины поднялись в воздух над рядами армии помощи. Они устремились к видимому фаэримму, шары серебряного огня Избранных вырвались из их рук. Два шипастых исчезли в ослепительной вспышке света.
— Четыре Сестры — с явным благоговением произнес Агларел. — Это было неожиданно. Когда я смотрел в последний раз, там были только Шторм и Лаэраль.
— Избранные держатся вместе — сказал Брайан из-за шлема. — Тебе,
шадовар, не мешало бы это запомнить.
Агларел снисходительно улыбнулся. — Вы, кажется, думаете, что у нас есть причины их бояться.
Багбиры и гноллы окончательно потеряли мужество и бросились бежать, увлекая за собой драконов. Пьергейрону пришлось отвернуться от того, что последовало дальше.
— Я думаю, что мы видели достаточно, принц — сказал он.
Агларел взмахнул рукой над сценой, и стол вернулся к своей обычной коричневой поверхности.
— Не за что, — сказал Агларел, полагая, что Пьергейрон намеренно опустил слова благодарности. — Я уверен, что Глубоководье имеет много настоящих проблем, которыми стоит заняться.
— Не больше, чем мы можем выдержать — сказал Пьергейрон.
Он не любил этого Шадовара и потому не доверял ему. Тем не менее, даже он должен был признать, что, помимо своей роли в освобождении фаэриммов в первую очередь, до сих пор Шейд не сделал ничего, кроме помощи Глубоководью, Эвереске и их союзникам.
— Мы должны считать, что драконы – дело рук вашего города? — спросил Пьергейрон.
Агларел кивнул и, не дожидаясь приглашения, сел за стол совета.
— Наши ответные силы заняты другими проблемами, поэтому нам пришлось призвать нашего союзника Малигриса присмотреть за вашей спасательной армией.
— Малигрис? — спросил Брайан. — Ты хочешь вступить в союз с Культом Дракона?
Агларел повернулся и вытянул шею, чтобы посмотреть на лорда в шлеме.
— Наш союз с Малигрисом. Его отношения с культом нас не касаются.
— Но вы вступили в союз с драколичем? — уточнила Тириэллента.
Агларел кивнул.
— Мы надеемся вернуть наш дом в Анавроке. Казалось, разумнее вступить в союз с Синим Сюзереном, чем сражаться с ним. — Он махнул рукой на пустую столешницу и добавил:
— Я уверен, что Лаэраль и ее сестры подтвердят мудрость этого решения. … точно так же, как я уверен, что Глубоководье и его союзники выиграли
