В начале лета 1941 года, когда немцы стали постепенно получать новые лодки, итальянцам выделили отдельный район для операций, в котором они могли действовать вполне самостоятельно. Несмотря на все попытки взаимодействия, было очевидно, что бесполезно сводить вместе неравных партнеров. Тем не менее командиры итальянских подводных лодок сделали все что было в их силах, чтобы доказать свою полезность, и их усилия принесли известные плоды. За время с сентября 1940 года по июль 1943 года около 30 итальянских лодок потопили в общей сложности 105 идентифицированных судов общим водоизмещением 588 553 тонн и повредили еще 14 общим водоизмещением 151 000 тонн. Десять итальянских лодок в разное время вернулись в Средиземное море, а из остальных 22 лодок 16 погибли в Атлантике, 5 были захвачены немцами, когда Италия потерпела крах, и одна ушла в Дурбан и сдалась британцам. Наибольших успехов добились следующие итальянские подводные лодки:
«Да Винчи» – потопила 18 судов общим водоизмещением 125 633 тонны и повредила одно водоизмещением 7 167 тонн;
«Таццоли» – потопила 19 судов общим водоизмещением 93 397 тонн, повредила одно водоизмещением 5 222 тонны, а два судна в 10 000 тонн и одно в 5 000 тонн неподтверждены;
«Каппеллини» – потопила 6 судов общим водоизмещением 31 653 тонны и повредила одно водоизмещением 5 231 тонна;
«Барбериго» – потопила 6 судов общим водоизмещением 34 464 тонны, повредила два судна общим водоизмещением 12 123 тонн и один эсминец – не подтверждено;
«Морозини», «Финци», «Кальви» и «Аркимеде» потопили каждая по пять судов.
Свой лучший поход лодка «Да Винчи» выполнила, когда ею командовал лейтенант Джанфранко Гаццана. Лодка погибла у мыса Финистерре в мае 1943 года, после того как Гаццана был награжден Рыцарским Крестом за свои 97 000 тонн. Такую же награду получил лейтенант Карло Феча ди Коссато с подводной лодки «Таццоли» за потопление одиннадцати судов.
ГЛАВА 2
ГИБРАЛТАРСКАЯ МЫШЕЛОВКА
(зима 1941 г.)
Необычайное сходство обстоятельств вокруг рандеву у Тарафала и гибели «Атлантиса» и «Питона» не осталось незамеченным в штабе подводного флота. Тарафал был изолированным островом, он никогда прежде не использовался подводными лодками. Ни одна из немецких лодок не выходила в эфир в районе острова, и каждая прибыла в район в обстановке строжайшей секретности. И все же они наткнулись там на британскую субмарину! А как британскому крейсеру удалось прибыть в нужную точку и в нужное время, чтобы уничтожить «Атлантис», когда шла перекачка топлива на «U-126»? Так же стоял вопрос и о нападении неделю спустя на «Питон».
Стали думать о возможности предательства, и не в первый раз: весной 1941 года из действий противника со всей очевидностью следовало, что он знал, где находятся подводные лодки в Атлантике. Были приняты меры, чтобы предельно сократить круг лиц, имеющих доступ к важнейшей информации. Позиции лодок больше не сообщали ни в «Группу Запад» командования в Париже, ни командованию авиагруппы по Атлантике, ни офицеру связи с итальянцами в Бордо. Был задействован новый шифр, который применялся только подводниками, и с сентября 1941 года все координаты лодок в радиограммах имели двойную шифровку в качестве дополнительной предосторожности против британских служб дешифровки.
Но тут произошел случай с «U-570», все детали которого не были известны немцам очень долго. Эта лодка всплыла милях в восьмидесяти к югу от Исландии, когда была обнаружена британским самолетом и тот стал пикировать на лодку и забрасывать ее бомбами. Командир лодки был в первом походе в своем новом качестве и, не совладав с нервами, начал размахивать своей белой рубашкой, показывая, что сдается. На следующий день – значит, лодка не потеряла свою мореходность – «U-570» была захвачена противником.[71] Неизвестно, была ли до этого уничтожена секретная документация корабля или лодку захватили вместе с ней. В последнем случае противник и мог получить доступ к жизненно важным шифрам, и это объясняет загадочные появления вражеских кораблей у Тарафала, а затем и в точках рандеву «Атлантиса» и «Питона».
Контр-адмирал Мертен, возглавлявший службу связи флота, проводил систематические проверки, которые, однако, не вскрыли каких-либо нарушений секретности в шифровальном деле и вообще никаких утечек информации такого рода. Тем временем, как стало известно, старпом «U-570» сбежал из лагеря военнопленных в Англии, пытался добраться до лодки и потопить ее у пирса, но был пойман, а вторая попытка стоила ему жизни.
Вторая и третья группа лодок, которые направили в Средиземное море, прорвались туда, но тяжелой ценой. Одна из четырех лодок второй группы была потоплена. Из 24 лодок третьей группы три были потоплены, а пять других вынуждены были вернуться на базу вследствие повреждений от самолетов. Несмотря на эти тяжелые потери, бездействие итальянского ВМФ вынуждало германское адмиралтейство вести дело к тому, чтобы еще шесть лодок были направлены в Средиземное море. В его намерения входило разместить десять лодок в Восточном Средиземноморье и по пятнадцать – по обеим сторонам Гибралтарского пролива. Это превосходило все возможности Деница, даже если бы он мобилизовал действующие лодки, базирующиеся в Бискайском заливе, и те, которые могли бы прийти с баз в Германии. Из личного опыта Первой мировой войны он знал об опасностях, которыми грозит пролив, и был настроен против этого рискованного предприятия. Затишье в военных действиях в Атлантическом океане позволяло британцам усилить противолодочную оборону в зоне пролива, и в Гибралтаре стало полно эсминцев, фрегатов, корветов и всякого другого сорта патрульных кораблей. Самолеты патрулировали днем и ночью и в ясную лунную ночь представляли собой серьезную опасность для подводных лодок. Поэтому у третьей группы было значительно меньше шансов прорваться в Средиземное море, чем у первых двух. Лодкам этой группы приходилось прорываться короткими бросками, придерживаясь береговой линии, всплывая только ночью, чтобы под покровом ночи развить максимальную скорость, а остальную часть пути пробираясь в подводном положении до тех пор, пока не выйдут из опасной зоны, полной патрульных кораблей и самолетов. Емкости аккумуляторных батарей не хватало для прохождения всей опасной зоны в подводном положении.
Гибралтар являлся своеобразной мышеловкой. Лодке, пытавшейся вернуться из Средиземного моря на свою базу в Атлантике, приходилось бороться с сильным встречным течением. Так что, попав в Средиземное море, приходилось оставаться там.
Но действия подводных лодок в Средиземноморье были не безрезультатными. 13 ноября 1941 года Гуггенбергер на «U-81» и Решке[72] на «U-205» обнаружили Гибралтарскую эскадру, состоявшую из авианосца «Арк Ройал», еще одного авианосца, линкора «Малайя», крейсеров и эсминцев. Гуггенбергер потопил «Арк Ройал»,[73] один из новейших британских авианосцев, который мог нести на себе 70 самолетов. Линкор «Малайя» вернулся в Гибралтар сильно поврежденным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
