– Я тебе буду задавать вопросы, а ты мне будешь на них честно отвечать. Если мне покажется, что ты врешь, я проткну тебе мозги. Согласен?
Длинный испуганно захлопал глазами, подтверждая свое искреннее желание сотрудничать.
– Как ты узнал о нашем побеге? Тебе сообщили по рации?
– Нет. Я увидел дым, а уже потом запросил базу, – веревка мешала говорить ему внятно, но он старательно пытался выговаривать слова, чтобы не навлечь на себя моего гнева. – Мне сообщили о вашем побеге и о том, что предположительно вы двигаетесь в мою сторону. Вас я случайно заметил с холма, потом вышел на ваши следы и пошел по ним. Тут земля рыхлая, очень хорошо видно следы.
Подошедший Ник молча встал за моей спиной. Я включил рацию, но услышал лишь тихое потрескивание.
– Как нам связаться по ней с полицией?
– Здесь она не возьмет. Слишком далеко от базы.
– Как нам добраться до ближайшего города или деревни?
– Километрах в двадцати к западу отсюда есть полицейский пост на дороге. – Глаза Длинного в ужасе расширились, когда он заметил недоверие на моем лице. – Я не вру. Не убивайте меня. Здесь вокруг только джунгли. Вам надо пойти прямо на запад. Там большая дорога. Сверните налево и идите вдоль нее. Километров через десять и будет этот пост. Я могу провести вас туда, только не убивайте. Пожалуйста.
Из-за врезающейся в рот веревки ему было трудно говорить, а потому я высвободил ее, после чего продолжил допрос.
– Кто вы?
– Мы… – Длинный замялся, и я немного вдавил нож внутрь его носа, призывая тем самым быть предельно откровенным. Струйка крови побежала по его лицу, и, сообразив, что лучше говорить порасторопнее, он быстро продолжил: – Раньше мы были частью армии сапатистов, а потом повзрослели и поняли, что одной революцией не прокормишься. Коку выращиваем, переправляем кокаин, контролируем несанкционированные раскопки, налоги берем… то есть иногда грабим… много разных дел.
– Тебе, урод, здесь баб не хватает? – Ник склонился над Длинным, еле сдерживая свои эмоции. – Зачем в Кампече на девушку напали?
– Нас просили брата ее наказать. – Мексиканец сжался в комок. – Дорогу он кому-то перешел со своими друзьями. Денег хороших нам дали.
– А объясни-ка мне, гаденыш, почему тебе твои бандюки подчиняются? – не унимался Ник. Его всего трясло от ненависти. – Ты же тупой как пробка.
– Мой брат заправляет здесь всем. – Было видно, как задели Длинного слова Ника, но страх заставлял его скрывать свои истинные чувства. – А у меня свой отряд. Маленький.
– Таких отрядов у твоего брата много? – спросил я.
– Я не знаю точно, может, семь-восемь. Всего человек двести. Все подчиняются брату.
– Нас оставят в покое, если мы отпустим тебя?
Длинный некоторое время молчал, видимо опасаясь отвечать честно, но потом все же решился:
– Дело не только во мне, – Длинный говорил очень серьезно. – Мой брат не оставит вас в покое. Вы испортили нашу работу в Кампече, и брату пришлось оправдываться перед заказчиком. Он вам этого не простит. Теперь вы еще и целую плантацию коки сожгли. Очень много денег брат потерял. Охранника при этом вы покалечили да еще одного на базе почти до смерти забили. Если после всего этого брат позволит вам скрыться, люди начнут смеяться над ним. Вы не сможете сбежать от него, он достанет вас, где бы вы ни были. Для него теперь это дело чести.
– Ничего, мы как-нибудь справимся. – Я вытащил нож из его ноздри и вытер о траву. – Живи, гнида. За полдня ты до своих допрыгаешь. Руку лечи, не запускай и ухо тоже. Но если снова будешь гоняться за нами, я тебя убью.
– Давай с него хотя бы скальп снимем, – голос Ника был грозен, но на этот раз он говорил лишь для того, чтобы еще сильнее запугать мексиканца.
– Вот при следующей встрече и скальпируем, – ответил я, вставая.
Надо было срочно уходить. Я подошел к кустам, в которых валялся пистолет Длинного, и поднял его. Затворная рама была в незакрытом положении, ствол торчал из нее наружу, а саму раму вышибло из пазов. При подаче в ствол патрон перекосило, и с правой стороны из патронника выглядывала гильза.
– Ну, что с ним? – спросил подошедший Ник. – Патроны кончились?
– Нет, заклинило по полной программе, – ответил я.
– Можешь починить?
– Даже пытаться не буду, – сказал я, повертев пистолет в руках, и объяснил: – Это «ТТ» китайского производства. Уж если он так поломался, то лучше им больше не пользоваться.
Выкинув неисправный пистолет в кусты, я вернулся к рюкзаку, забросал в него вытащенные ранее вещи, после чего повесил его себе на плечо. Мы были готовы отправиться в путь, но Ник неожиданно поднял вверх палец, останавливая меня.
– Одну секундочку, – пробубнил он, быстро подошел к Длинному, дал сильного пинка по его оттопыренной заднице, после чего повернулся ко мне и, довольно улыбаясь, добавил: – А вот теперь можем идти!
Я раздвинул кусты и снова вошел в сельву, Ник неотступно следовал по пятам. Минут через пять он поравнялся со мной и, несколько замявшись, нерешительно произнес:
– Кстати, там было не до того… Ну, в общем… Мне кажется, что эту пирамиду я уже видел позавчера.
– Где? – я удивленно посмотрел на него.
– В ночном кошмаре. Только вокруг нее была индейская деревня, а рядом небольшое озеро.
Глава десятая
23 декабря 1903 года
«Ягуар преследует меня по следам уже который день. Время от времени я вижу его либо слышу в ночи его ужасающий рык, заставляющий кровь стыть в жилах моих, но никогда он еще не приближался ко мне так близко, как сегодня. Он не стал нападать, а просто долго наблюдал за мной сквозь густые заросли, словно изучая, но я видел его светящиеся в ночи глаза, а когда огонь разгорелся, то заметил в отблесках пламени и его пятнистую шкуру. Я боюсь его, и он (я уверен в этом наверняка) чувствует это. Мое ружье всегда при мне и готово к выстрелу, но я не стреляю в него, опасаясь ранить. Если сейчас у меня теплится крохотная надежда, что, удовлетворив свое любопытство, он уйдет прочь, то, будучи раненым, зверь станет преследовать меня, пока не изыщет возможность наброситься на меня, когда я меньше всего буду ожидать сего. Я ложусь спать, разводя несколько больших костров вокруг себя, и, возможно, именно это сдерживает его. Я боюсь, я трепещу, находясь в этих диких местах один на один с этим пятнистым дьяволом, но я не позволю ему вынудить меня отказаться от цели своего нелегкого путешествия».
Январь 1530 года. Территория современного штата Чиапас
Балум увидел, как человек, которого он выслал вперед, чтобы разведать путь, появился на вершине холма и начал подавать знаки, призывая быстрее присоединиться к нему. Он ускорил бег. Ведомые им воины старались не отставать от своего предводителя. Теперь они передвигались по холмистой территории, и бежать становилось все труднее. Постоянный бег выматывал их, отбирая остатки сил. Те небольшие запасы еды, которые они взяли с собой, закончились, и голод давал о себе знать резкими спазмами живота. Воды, набранной в озере у индейской деревушки, почти не осталось.
