Читаем без скачивания Практика дзэн - Чжан Чжень-Цзы

3. Человеческий способ мышления противоречив. Эмоции и разум — два верховных и все же конфликтующих элемента, которые составляют главную часть вечно изменяющегося человеческого ума. Эмоция наполняет нас сильным чувством того, что бы мы хотели сделать, но разум холодно предупреждает нас о том, чего нам делать не надо. Погоняемая двумя этими конфликтующими силами, жизнь — почти всегда — постоянная битва между холодными силами разума и горячими силами эмоций. Изучая этих двух противников, мы находим, что они не только противоположны и контрастны друг другу, как вода и огонь, но также обнаруживаем интересный факт, что они не возникают одновременно. Когда разум достиг высочайшей вершины, эмоции — на самой низшей точке, и наоборот. Например, в то время, когда наше внимание поглощено попытками решить трудную задачу философии или математики, способности разума полностью включаются, но эмоции едва заметны. С другой стороны, в то время, когда мы в агонии любви или же яростно боремся с врагом, эмоции пропорционально поднимаются, а разум падает до самого низшего уровня. По этой причине мы никогда не слышали о математиках или ученых, формулирующих новую гипотезу или совершающих новые 4 открытия во время ссоры или любви. В человеческом уме разум или эмоции — враждебные силы, контрастирующие но сосуществующие друг с другом.

Если бы то же самое было в уме Будды, последствия были бы воистину катастрофическими. Вообразите, что перед вами стоит жизненно важная проблема, и у вас нет иного средства, кроме срочной и отчаянной молитвы Будде. Но он отвечает: «Подожди, подожди, друг мой! Не молись мне сейчас: сейчас не время, потому что ум мой очень активен, а мои эмоции подавлены — я не в настроении раздавать милости. Попытайся снова завтра, когда л, может быть, буду в лучшем настроении!» Это, может быть, звучит нелепо, но фактически показывает глубокую и значительную истину Состояния Будды. Совершенный Будда сначала привел свои разум и эмоции в полную и неизменную гармонию, прежде чем достиг своего состояния. Эмоции и разум, преобразованные теперь в Сострадание и Мудрость, должны возникать одновременно, все время без дисбаланса и изменчивости и должны слиться в одно великое неразделимое целое. Одновременное возникновение Сострадания и Мудрости — действительно одно из великих чудес состояния Будды — увлекательная жизненная тема, много обсуждаемая буддистскими учеными-махаянистами.

4. Человеческий способ мышления обманчив. Давайте посмотрим на стену в комнате; глаза говорят нам, что это вертикальная гладкая поверхность, стоящая прочно и беззвучно перед нами. Мы делаем шаг вперед, чтобы коснуться ее, и обнаруживаем, что стена — нечто твердое, холодное и прочное. Затем мы вспоминаем, что может сказать о стене химия и физика. Они утверждают, что она состоит из разных соединений и элементов, содержащих бесчисленное количество атомов, электронов, протонов, и т. д. и все они постоянно движутся с невероятными скоростями по своим нескончаемым орбитам. Так наши чувства и наши умы говорят нам совершенно разные вещи об одном и том же. Что мы будем слушать? Нас, людей, постоянно бомбардирует противоречивая информация, передаваемая разными органами чувств, но, к счастью, у нас есть хороший «примиритель» или «арбитр»— ум, который синтезирует, интегрирует и сглаживает конфликты между своими агентами, которые постоянно докладывают в «штаб» со своих различных аванпостов. Хотя наш сознательный ум — замечательный агент сам по себе — практичный, смышленый, наделенный воображением, его главная задача в повседневной жизни состоит не в том, чтобы проверять достоверность чувственных данных, а в том, чтобы контролировать гармоничную работу всех агентов.

Но тут возникает вопрос: действительно ли прагматичный подход, проводимый человеческим умом, является непременно здоровым и не имеет ли результатом искажение истины? Если «правильно» есть «правильно», а «неправильно» есть «неправильно», как говорит нам наш разу-м, и «правильно» не может быть «неправильно»-в одно и то же время, какие данные мы должны принять — «статической стены» наших глаз или «динамической стены ума? С точки зрения глаз правильна, статическая стена, с точки зрения ума — стена динамическая, но с точки зрения носа неправильны обе. Невозможно определить «правильное и неправильное» без абсолютного стандарта. Эти. суждения исполнены значения, только тогда, когда установлен некоторый стандарт или критерий. Без такого стандарта правильное и неправильное теряют смысл. Абсолютный и конечный стандарт философы и мыслители искали веками. Некоторые утверждают что это разум, другие — что только Бог и его Воля могут считаться абсолютными и т. д. Конечное решение этой проблемы кажется невозможным. Поиск и споры продолжаются до бесконечности.

В то время, как нельзя вывести конечного заключения, философия Хуан Ен буддизма Махаяны предлагает нам одно решение. Она считает, что если стандарт по своей природе исключителен и «фиксирован», его никогда нельзя считать «абсолютным» или конечным, потому что, если он абсолютен, он должен быть «всеобъемлющим»— стандартом всеобщности, а не относительного сравнения; вещей. Такой стандарт не может быть иным, кроме как произвольным и «намертво фиксированным»; сама его природа устанавливает его вне динамической всеобщности Дхармадхату.[57]

Абсолютный стандарт должен включать, пронизывать и охватывать все. Это не стандарт как таковой, а скорее область чудесного, состояние полного взаимопроникновения всех Дхарм — неописуемое и невыявляемое чудо состояния;< Будды.

Кажется, у нас есть инстинктивная потребность искать. Истину, но нам как-то недостает способности найти ее, Дилемма Попыток установить абсолютный стандарт просто одна из многих загадок, которые давлеют над человечеством с рассвета цивилизации. Поиск Истины человеком — никогда не проходящая навязчивая идея. Буддистские мыслители приписывают эту проблему обманчивому способу человеческого мышления, которое, по их словам, если не преобразован качественно, затянет человека навсегда в трясину тщетной погони.

Другая бездна, через которую человеческий ум не может перекинуть мост, отделяет области «косвенного понимания» и «прямого постижения». Мы можем понять абсолютную структуру вещи, номы не можем увидеть или испытать ее непосредственно. Наш ум может дать только косвенную меру вещи: он не может привести нас с ней в прямой контакт. Мы можем оценить великую идею «все в одном и одно во всем», но, что мы в действительности видим вокруг, является все же «всем в одном и одним во всем». Упорной работой и глубоким размышлением мы можем прийти к пониманию глубокой истины Шуньяты — пустой природы бытия, как учит Праджня-парамита; но все, что мы видим и испытываем в нашей повседневности, находится в пределах Самсарной области бытия. Все эти затруднения вызваны тем, что буддисты называют «обманчивым способом человеческого мышления».

5. Человеческий способ мышления слаб и расточителен. Согласно буддистским мудрецам большая часть нашей умственной работы или таланта никогда полностью не используются и, таким образом, пребывает праздной и дремлющей в глубоких уголках нашего сознания; даже малая часть силы, которая включается средним человеческим умом, часто рассеивается и растрачивается. Если человек может научиться сосредотачивать и, таким образом, полнее использовать свои умственные силы, его способности и перспективы резко возрастут. Великий ум не флегматичен и не туп, не слаб и не капризен. Лидеры всегда умственно зорче и стабильнее среднего человека. Их магнетизм также больше. Лидерство характерно для типа «природной концентрации», которой не хватает простому человеку. Качества, помогающие стать человеку более эффективным и удачливым — результат врожденных или приобретенных сил концентрации, посредством которых человек сосредотачивает свои умственные силы и нацеливает их прямо на имеющуюся проблему.

Но, согласно опытным буддистским йогам, если даже человек способен концентрировать и контролировать свой ум достаточно хорошо, он все еще далек от способности использовать главную часть потенциальной силы, которая дремлет в его Алайе или «Непроявленном Сознании». Это «Непроявленное Сознание»— громадное хранилище энергии, таланта, знаний, которые накопились за бесчисленные прошлые жизни. Будучи несведущим и неспособным использовать эту потенциальную силу Непроявленного Сознания, средний человек тратит свою жизнь на тривиальные цели и тщетные усилия, туда как неистощимая сокровищница, имеющаяся у него, остается неоткрытой. Буддистские мудрецы поэтому утверждают, что человеческий способ мышления слаб и расточителен.

6. Человеческий способ мышления — цепляющийся. Шестой пункт, как самый важный, описывает внутреннюю тенденцию человеческого ума цепляться за видимо «существующий» или «вещественный» аспект вещей; он также подразумевает, что человеческие мысли всегда имеют «жесткую» или «фиксированную» природу. Человеческий ум никогда не признает (или совершает это крайне редко) пустой, невещественный и «неопределенный» аспект вещей, «Цепляние» здесь означает крепкое схватывание «существующей» грани всех предметов, которые считаются тогда настоящими и безусловными — словно они пребывают в своей собственной природе.