встанешь под воротами морга.
– Зачем это?
– Тебе дядя нужен?
– Конечно.
– Живой?
– Желательно.
– Тогда я обо всем договорюсь. Десятка тебе нормально будет? Учти, я еще с ребятами поделиться буду должен.
– Нормально, конечно!
– Тогда порядок! – повеселел санитар. – Получите своего дядю уже через несколько минут в лучшем виде. Только поспешим. Сразу за мной заезжай. И двигай, куда я тебе сказал.
Санитар исчез прежде, чем Саша успел договориться, как будет произведена оплата. Наличными десяти тысяч у него не было. Но Герман заверил, что это самая меньшая из всех существующих нынче проблем.
– Главное нам твоего дядю выручить, а там уж сочтемся. Леха свой человек, в случае чего может и потерпеть.
Они встали у морга и стали ждать, когда им выдадут дядю. Но ни через пару минут, ни через пять, ни даже через десять никто к ним не вышел. А когда Герман попытался дозвониться до своего приятеля, тот оказался недоступен. Ветеринар был искренне раздосадован.
– Неужели перекупили?!
– Скорее, запугали.
– А ты еще десятку сразу же ему хотел заплатить.
– Так ведь это твой знакомый!
– Ну и что с того, что знакомый? – обозлился Герман. – Не всякому и своему знакомому можно деньги совать просто так, а тем более чужому!
– Да, не умеешь ты, Саша, деньги считать, – добавила Лиственница.
Поглядите-ка на них! Спелись! Но прежде чем Саша придумал достойный ответ, который мог бы дать этой парочке, как из-за поворота медленно выехал темно-синий пикап.
– Ой!
Машина двигалась по территории больницы медленно, словно не вполне понимая, куда надо ехать. Но увидев открытые у морга ворота, тут же прибавила скорости.
– Это же машина… – начал говорить Саша.
Но его перебила Лиственница.
– Дядечка! – пискнула она во весь голос. – Это машина моего дяди Сени! Скорей! Скорей за ним!
И без ее указаний Саша собирался последовать за Барчуковым. Он был уверен, что в машине находится тот, кого они разыскивали. Но этот порыв длился лишь одно мгновение, потом Саша вспомнил о судьбе своего собственного дяди Коли, и нога его ушла с педали газа. Извините, но тут уж из двух зайцев приходилось выбирать того, который жирнее.
Лиственница с Германом настаивали, что нужно догнать Барчукова. Но Саша… нет, не мог Саша тупо выбрать более жирного зайца. Пусть тот, другой заяц, был старым, плешивым и тощим, но он был родной и любимый.
– Мы остаемся!
– С ума сошел?
– Пока не узнаем о дяде Коле, пока не спасем моего дядю, все другие дяди мне глубоко фиолетовы!
И тут у Германа зазвонил телефон. Это был пропавший Леха, который взволнованно произнес:
– Значит, так, докладываю обстановку на фронте боевых действий. Договориться с ребятами из морга удалось без проблем, но когда мы пришли за вашим дядей, его в палате не оказалось.
– Это ОНИ! ОНИ его увезли!
– А вот и нет! Кто-то другой оказался шустрее. Он и нас, и ИХ опередил. Дядю вашего из окна на тросах спустили. Мне медсестра только что в этом призналась. А за услугу они получили сто тысяч!
– Нехило!
– На все отделение хватило! Врач потому ИХ у себя в кабинете задерживал, что тоже был в доле. Я хоть и не участвовал, но мне тоже пятерка досталась. Так что вы мне ничего не должны. А дядю своего дальше ищите сами. Его какой-то бородатый толстяк на синем пикапе увез! Знаете такого?
Благодаря тому, что Герман заботливо включил громкую связь, Саша с Лиственницей тоже могли слышать весь этот разговор. И когда санитар произнес последнюю фразу, на Сашу уставились две пары глаз. Смотрели они на него не то чтобы с осуждением, но и не слишком поощрительно.
– Ну? – произнесла Лиственница, все так же сверля Сашу взглядом. – Чего ждем? Вперед! Давай шуруй за дядей Сеней!
Только после ее окрика Саша спохватился и нажал на газ. Машина рванула вперед. Случилось это как нельзя вовремя, потому что буквально вслед за ней из дверей больничного морга высыпало несколько высоких широкоплечих мужчин в темных строгих костюмах, которые подозрительно вздувались у них на левом боку. Один из них пристально посмотрел вслед уезжающей машине и что-то сказал своим коллегам. Они немедленно развернулись и кинулись в обход корпуса, где у главного входа их ждали две большие черные машины с сидящими за рулем водителями все в тех же черных костюмах.
Кто бы мог подумать, но догнать синий пикапчик в густой череде других машин оказалось не таким уж простым делом. Пока Саша разрывался между долгом сыщика и чувствами любимого племянника, Барчуков успел удалиться от них на изрядное расстояние. И теперь Саше никак не удавалось его нагнать. Вроде бы уже вот-вот! Но на очередном перекрестке Барчуков успевал проскочить на разрешающий сигнал светофора, а перед Сашей загорался красный. Приходилось притормаживать, ждать и надеяться, что Барчуков никуда не свернет. К счастью, пока этого не произошло.
Один раз они даже поравнялись с ним, Лиственница яростно заколотила в окно машины, надеясь привлечь внимание Барчукова.
– Дядя! Дядя! Мы тут!
Но не тут-то было, тот ее даже не услышал.
– Открой окно!
Увы, прежде чем Лиственница сумела это сделать, поток машин снова тронулся с места. И Барчуков оказался далеко, сильно опередив машину со своей племянницей.
– Саша!..
– Что – Саша? Попробуй ему позвонить.
– Как? Как позвонить? Не говоря о том, что у меня нет смартфона, я не помню номера дяди наизусть. И вообще, уверена, что дядя тоже давно выкинул свой старый смартфон. Если у него и есть телефон, то кнопочный, с новой симкой, зарегистрированной на кого-нибудь другого. Такой, чтобы по нему нельзя было отследить перемещения дяди.
Да, избавиться от смартфона – это первое, что должен сделать в наше время человек, находящийся в бегах.
– Саша, на тебя вся надежда. Ты должен настигнуть его! Делай что хочешь! Нарушай какие хочешь правила, но догони!
– Тебе хорошо говорить. А если меня прав лишат?
– Если ты не поторопишься, то наши с тобой дяди лишатся кое-чего поважней, может быть, даже головы!
Саша внял голосу разума, и стрелка спидометра торопливо побежала вперед.
– Я не видел, в машине твой дядя один находится? Или вместе с моим?
– На переднем сиденье рядом с ним никого я не увидела. Может, твой дядя позади? Его же обкололи препаратами, чтобы он не буянил, не забывай.
– А почему он стал буянить? Признавайся, теперь уже можно, это же вы с дядей снабдили его «чайком»?
– Чего уж теперь, – вздохнула Лиственница. – Да, я угостила жену твоего дяди травяным чаем, который дал мне мой дядя Сеня.
– И что было
