— Это правда, любимая? Что твое сердце тоже слышит меня? И ты моя навсегда?
Мои глаза защипало от выступивших слез. Подняла руку и ладонью ласково погладила Кэла по щеке, наслаждаясь его теплом и ее гладкостью, а потом прошептала.
— Да, любимый, это правда! Я твоя со всеми потрохами. Навсегда! Представляешь, как долго тебе придется со мной мучиться и терпеть?!
Он еще крепче прижал к себе, практически оторвав от земли и неистово целовал мое лицо, иногда выдыхая.
— Моя! Только моя! Никому не отдам! Моя!
Наши лобзания прервал насмешливый голос Ладроса.
— Ан, может уже поедем из этого осиного гнезда! У вас теперь вся жизнь впереди, успеете еще насладиться друг другом.
Недовольный взгляд Кэла не произвел большого впечатления на Ладроса, который в этот момент подвел мне оседланную Росу и, выжидательно сощурив глаза, смотрел на своего босса. Как я выяснила прошлым вечером, мужчины, сопровождающие наследника, были не из простых эльфанов. Ладрос возглавлял свой Высокий Дом, а остальные были наследниками разной очереди каждый в своем. Представители пяти Высоких Домов сопровождали своего будущего повелителя в поисках таинственного артефакта, способного снять проклятье с женщин эльфанов. Кэл подсадил меня в седло, вскочил на своего Темного, и мы пустились в дорогу. Нам осталась всего пара дней до границы и еще сутки до столицы темных.
Глава 18
Мы заночевали на границе, с трудом отыскав небольшую сухую полянку в болотистых низинах, сквозь которые ехали уже сутки. Завтра мы ступим землю, которая станет моим новым домом и это событие вызывало радостный трепет в душе и легкое опасение, не смотря на все заверения мужчин, что Повелитель и представители всех Высоких Домов примут меня без презрения и осуждения Кэлэбриана за его выбор жены. Я заснула, лениво глядя в огонь костра, чувствуя на лице дыхание Кэла, обхватившего меня сзади и согревавшего своим телом. Я привыкла постоянно чувствовать его заботу, спать вместе с ним, чувствуя его сердце под ухом и тепло его тела вокруг меня, что отвыкнуть от этого уже просто не представлялось возможным. Никогда!
Проснулась от тревожного чувства опасности. Оказалось мужчины уже на ногах и подкладывают больше дров и веток в костер, увеличивая светлое пятно вокруг нас. Лошади хрипели и бешено вращали глазами от ужаса, но накрепко привязанные к деревьям рядом с нами, не могли сбежать. Резко вскочила, поправив одежду, подошла к мужчинам и с тревогой спросила.
— Что-то случилось?
В этот момент раздался заунывный вой, продирающий до самых костей, и тут Кэл толкнул меня на землю и встал в боевую стойку, широко расставив ноги и выставив длинный клинок и короткий кинжал. Остальные заняли оборонительную позицию вокруг нас. Я подняла глаза и застыла от ужаса с застрявшим в горле криком. Из леса выступали невысокие, казалось, бесплотные тени. Темные балахоны на них жили своей жизнью, клубясь вокруг тел плотным черным туманом, создавалось ощущение, что позади них реют дырявые крылья. Бледные пятна лиц и белесые патлы волос, неровными прядями свисающие на плечи и лицо. Черные провалы глаз и красная нитка вместо рта с жуткими иглами вместо клыков. У меня на голове зашевелились волосы от страха, а пальцы непроизвольно сжали в кулак клочки травы.
Разговора не было, молчаливый осмотр будущего обеда, и жуткие тени со всех сторон ринулись на нас. Они хотели разъединить нас, и рыча нападали всем скопом, откидывая по одному в сторону. Я скулила, сжавшись в комочек, и могла только следить за смертельной битвой. Эльфаны крутились смертельными волчками, раскидывая нападающих в стороны, отрезая вампирам головы. Вокруг в большом количестве лилась кровь и не только чужая. Почти все эльфаны были не единожды ранены и истекали кровью, все больше слабея. Я почувствовала, как меня схватили за волосы и потащили из-под ног отчаянно бьющегося Кэла. Завизжав, я начала брыкаться, тормозить руками и ногами, волосы оставили в покое, но, к своему ужасу, я отвлекла на себя внимание Кэла, и это стоило ему очень многого — ему в грудь воткнули его же собственный кинжал. Больше я ничего не видела и не слышала, только полный муки и отчаянья взгляд Кэлэриана, понявшего что больше не в состоянии защитить меня от вампиров. Он медленно опускался на землю, не отрывая от меня глаз, а у меня в груди разгорался пожар. Я НИКОМУ НЕ ПОЗВОЛЮ ЗАБРАТЬ ЕГО У МЕНЯ! НИКОМУ!
Адреналиновый всплеск и я перестаю контролировать свое тело, словно со стороны наблюдая за происходящим. Вся объятая пламенем, вытянула руки и направила огненную струю похлеще любого земного огнемета по этим тварям. Они дико визжали, сгорая заживо. Я довольно ухмылялась, настигнув очередного. Вот из кучи поджаренных монстров вылез окровавленный до неузнавания Ладрос, вытягивая Вайрэ за собой. Потом Дэнэтор с облегчением обнаружил, что остался один, а вокруг только пылающие бегающие головешки. Гритнир, стоящий над Даэроном, лежащим сломанной куклой без сознания, проткнул клинком своего вампира за мгновение до того как тот вспыхнул. Мое пламя радостно урчало, накормленное до отвала, испытывая все больший прилив сил и желание поиграть еще. Живых врагов не осталось, и оно просило дать ему взамен что-нибудь еще, но я, заметив уставших, испуганных моим видом мужчин, смогла вернуть контроль над своим телом и приказала огню успокоиться. Ворча и сопротивляясь, он снова улегся у меня внутри маленьким огнедышащим дракончиком.
Я упала на землю и, тряхнув головой, смогла прийти в себя. Огляделась вокруг и увидела рядом лежащего Кэлэбриана, с торчащим из груди кинжалом. Подвывая от страха и отчаяния подползла вплотную, проверила бьется ли его сердце. Услышав мелкий нитевидный пульс, облегченно вздохнула и, не утруждая себя стиранием слез, решительно взялась за рукоятку и выдернула нож из груди. Потом, откинув его в сторону, обе руки приложила к ране, из которой маленьким фонтанчиком лилась кровь и принялась за лечение. Я ушла в себя, и кроме ран на его теле меня ничего не интересовало. Прочувствовав, что ему гораздо лучше, пришла в себя, но Кэл был все еще без сознания. Повернулась к мужчинам, с разных сторон с тревогой наблюдающих за нами, те, заметив облегчение на моем лице, заметно расслабились. Не в силах встать на ноги, на коленках подползла к Даэрону и принялась за его лечение. Ему практически оторвали руку и порядком обескровили. Уууу, вампирюги! После него у меня почти не осталось сил, я посмотрела на других, ощущая что даже мои глаза на пределе, в них как будто песка насыпали.
— Кто из вас ранен так, что это угрожает его жизни?
Трое закаленных в боях мужчин смотрели с пониманием и горечью. Но заметив, что Вайрэ сидит привалившись к ногам Ладроса, уже почти не видя вокруг, попросила.
