Голос у Милены был плоским и невыразительным, но в нем я отчетливо уловил рвущиеся наружу слезы. Кира, очевидно, почувствовала то же самое. Она налила Милене полный стакан спиртного и заставила ее выпить все до дна. И тут Милену словно прорвало. Слезы хлынули из глаз, она закрыла лицо ладонями и разобрать, что она говорит, стало очень трудно. Мне пришлось напрягать слух, чтобы из мешанины всхлипов и рыданий вылавливать осмысленные обрывки фраз.
Я не мог помешать Милене ляпнуть что-нибудь обо мне. Но я хотел хотя бы знать, если она это сделает.
Кира утешала ее, поила чем-то, успокаивала как могла. Кипучая натура Киры нашла подходящую точку для своей реализации. И через полчаса Милена успокоилась настолько, что согласилась прилечь.
Кира уволокла ее из гостиной и буквально через пару минут вернулась обратно.
— Бедная девочка, — покачала она головой. — Ты давно с ней знаком?
— Не очень. — Я решил быть честным. Насколько это возможно.
— Вы с ней спите?
— Нет. Я просто ее знакомый. Мы случайно оказались в Каракасе.
— Милена сказала, что тебе нужна ВЭС. — Кира нерешительно поглядела на меня и устало махнула рукой. — А! Ладно уж! Можешь пользоваться бесплатно!
— У меня есть телефонная карточка, — успокоил я ее.
— Тогда пошли, — заключила Кира. — Милена сейчас успокоится и уснет. А я тоже в Сети поковыряюсь. Надо отвлечься…
Одна из дверей в гостиной выходила в длинный коридор, ведущий в ВЭС-клуб. И пока мы с Кирой шли по нему, я лихорадочно обдумывал, как бы мне завести разговор на интересующую меня тему. Но в голове, как назло, не было ни одной дельной мысли. Ладно, решил я. Поболтаюсь немного в «Паутине жизни», может быть, что и придумаю.
ВЭС-клуб представлял собой просторное помещение с низким потолком, вдоль стен которого располагались обычные письменные столы. Перед каждым из них находился довольно неудобный на вид (и не только на вид!..) стул, а на столах помещались ЭВМ. Всего я насчитал девять машин. Все модели были довольно старые, с невысокими скоростями и небольшими объемами памяти. Но все равно такое количество вычислительной техники должно было стоить весьма приличных денег. Я вспомнил, что Милена говорила, кажется, всего о шести ЭВМ. И подумал, что дела у Киры Кортес идут не так уж плохо, если она позволяет себе докупать технику, пусть даже и не новейшую.
Свет в помещении был погашен и темноту разгонял лишь слабенький светильник в углу. Было очень душно и очень накурено. Весь пол был усеян пеплом и окурками, а возле некоторых столов сгрудились небольшие компании пивных бутылок.
— Загадили все! — с возмущением произнесла Кира. Я только сейчас обратил внимание, что обуви на ней не было и женщина шлепала по этому замусоренному полу босиком.
— Ты садись за ЭВМ, а я пока немного приберу этот свинарник, — заявила Кира. — Выпить хочешь?
Я отрицательно помотал головой, выбрал стол в углу под светильником (возле него не было батареи пивных бутылок, да и мусору гораздо меньше) и включил ЭВМ. Пока загружалась операционная система, я продолжал думать о том, что напрасно мы сюда приехали. Кира ворчала у меня за спиной, собирая в большой железный ящик на колесиках пивные бутылки. И я вдруг неожиданно для себя спросил:
— Слушай, а кто такие сетевики?
Металлический дребезг смолк.
— Кто? — переспросила Кира.
В голосе ее мне почудился интерес.
— Сетевики, — повторил я, не оборачиваясь к ней и пытаясь представить себе выражение ее лица. — Слышала о таких?
— Слышала, — уверенно сказала Кира. — И даже два года спала с одним из них.
Я все-таки обернулся и посмотрел на нее.
Кира стояла посреди зала, держа в руке за горлышки сразу три пустые бутылки. Она смотрела на меня с нескрываемым интересом.
— Мой бывший муж, — пояснила она.
— Скотина и импотент?
— Скотина и импотент! — с удовольствием подтвердила она.
— А чем они занимаются? Я имею в виду сетевиков.
— Да ничем особенным, — пожала плечами Кира. — Если говорить о моем муже, то он вообще ничем не занимался! Даже своей компанией! Пустил все на самотек, развалил хорошо налаженное дело, которое досталось ему от отца… А все почему? Завистливый был очень! И страстно мечтал, чтобы и ему все завидовали! А чему завидовать-то?! Раздолбанному автомобилю, который давно пора выбросить? Заработкам, которых едва хватало на оплату счетов за коммунальные услуги? Или самому большому в городе телевизору? Видел это уродище в комнате? Ха! У него только телевизор и был большим!..
— А остальные сетевики? — Я попытался вернуть разговор в интересующее меня русло. — Что они делают?
— Ничего! — снова повторила Кира. — Придурки они, вот и все! Как и мой муж… Торчат с утра до вечера в «болтливых клубах»… И с вечера до утра! Импотент… — Кира неразборчиво выругалась.
— Это что, какая-то организация? — продолжал допытываться я.
— Да какая, к черту, организация?! — рассмеялась Кира. — Просто компания идиотов, которые никак не могут повзрослеть! Выдумывают какие-то тайны, пароли, секретные задания! В игрушки играют, короче говоря!
Да уж, игрушки, подумал я, вспоминая Синтию и Раттоля. Хороши игрушки…
— Они создали такой обряд, — продолжала Кира, — по которому каждый из них обязан пять часов в день проводить в ВЭС. Бред какой-то! А откуда ты о них знаешь? Я думала, что такие идиотики только в Каракасе водятся!
— Мне как-то пришло письмо, — начал импровизировать я, — где упоминались сетевики. Оно было отправлено из Колумбии, но, видимо, набрали неправильный адрес. Я ничего из него не понял, но мне это показалось интересным. И почему-то запомнилось.
— А кто его отправлял? — спросила Кира.
— Подписи не было, только инициалы — ЭС.
— Точно! Это они и есть! — подтвердила Кира. — Значит, ты ничего не понял? Ну тогда и не обращай внимания! Мало ли что может прийти в голову этим придуркам! Верно?
— Верно, — согласился я, внимательно разглядывая Киру.
Я вдруг почувствовал, что она врет. Не знаю, в чем именно, но я отчетливо ощутил фальшь и явную наигранность в ее беспечном тоне. И еще я почему-то понял, что она мне не верит. Каким-то образом у меня появилось ощущение: Кира ЗНАЕТ о том, что никакого письма от сетевиков я не получал.
Я смотрел на нее, и с каждой секундой во мне крепла уверенность, что взгляд этот — внимательный и изучающий — мне уже хорошо знаком. Глаза Киры напомнили мне бездонные колодцы, заполненные гипнотизирующей чернотой, вращающейся, перемешивающейся, властной и всесильной. Словно я смотрел вниз с крыши высоченного здания — та же головокружительная тяга к прыжку вниз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
