Только он скосил глаза, чтобы сбежать с помощью рывка, как моя рука уже пробивала его грудь. Он осознал, что случилось и скосил глаза вниз, не веря в увиденное.
— То, что ты это «я» из прошлого ничего не значит! Произошло слишком много дерьма после твоего попадания сюда и всё это пришлось разгребать. Грёбанная симуляция пошла по бороде и… — этот выродок не дал мне договорить, ударив в грудь призрачными ударами отчего меня отбросило назад. После этого гад скрылся в рывке.
Найти его не составило труда, всё же нынешние его параметры далеки от тех, что я имел, когда меня выдернули из симуляции. И да, выглядел я очень паршиво, рана смертельная без шанса на выживание.
— Ну что же, этого следовало от меня ожидать. Тем более через всё что ты прошёл, — прошлый я лежал за деревом, пытаясь скрыться от моего взгляда и накапливая с помощью своего сателлита энергию на новый рывок.
Оказавшись прямо перед ним, взмахом руки разрезал ему глаза. Теперь он больше не сможет никуда сбежать. Да уж, был бы я на его месте, даже не знаю, о чём думал бы. Или знаю? Хотя нет, там в нём три сознания и каждый думает о своём.
— Чувствуешь это? — мой дым сковал его по рукам и ногам. — Да, тот самый дым S — доступа. Найкрас, мне противно убивать самого себя, но ты теперь лишний в этой симуляции, — прикосновение к его груди превратило меня прежнего в кровавое облако, а затем в небо поднялся столб черного пламени выжигая даже пепел.
По пути обратно таким же образом сжигал любую каплю крови, что он обронил, когда сбегал. Нельзя оставлять никаких следов. Не знаю зачем, но надо.
Эра отчаяния принудительно завершена!
Инициация сценария «Обычный мир»
Высветилось сообщение перед моими глазами и, повисев некоторое время, исчезло. Посмотрев на тело Каллеха и убедившись, что он всё ещё не пришёл в себя, залез в настройки мира. Ага, обычный мир отличается равновесием всех эмоций. Теперь люди более не подвержены внешнему вмешательству как это было на протяжении тысячелетий. А новую эру запустить можно когда угодно, даже сейчас.
Чтобы истинные снова не устроили катаклизм, повысил требования для запуска ивента. Теперь их могу активировать только я. Нечего моему миру идти по бороде.
— Ну вставай, давай! Я знаю, что ты очнулся, — попросил я Каллеха. Он сперва активировал свою дополнительную защиту и только потом посмотрел на меня. — Позволь представиться, Найкрас. Да, твои глаза тебя не обманывают, — одновременно с этим я читал его мысли. Никаких проблем с этим у меня теперь нет. Он не понимал, совершенно ничего не понимал.
— Кто ты?
— Говорю же, Найкрас я. Да, тот самый. И тебе не чудится, ваша эра отчаяния действительно отменилась, а тебе я, как и обещал, дал по лицу.
Он совершенно не понимал, как такое возможно. Истинные способны видеть параметры мастеров, а более старшим истинным доступны характеристики себе подобных. Сложность была в том, что он не видел моих данных. Он, Каллех, один из самых древних самопровозглашённых администраторов этой симуляции. Он находится на вершине и не понимает, почему какой-то новичок непроницаем для его взгляда.
— Ты как-то сказал мне одну интересную фразу…
Глава 12
— Не выйдет, — Каллех ушёл в пространственный шаг, но я последовал за ним, а после просто заблокировал его способности. Он по-прежнему остался администратором, но теперь отличается от обычного человека лишь наличием задранных параметров. То, чем истинных так пугали охотники, теперь могу и я.
Каллех устремил взгляд в пустоту перед собой, читая выскочивший напротив глаз текст. Он понял, что произошло, и осознал своё положение. Бороться с таким как я бессмысленно и параметры тут не помогут. Ну а пока он там всё это переваривал, я копался в его памяти выискивая лица и места, где можно найти других истинных.
— Что ты такое? — наконец спросил он, пытаясь сохранить самообладание. Он прожил достаточно, чтобы принять смерть с гордостью. В его слишком долгой жизни довольно часто были периоды, когда хотелось умереть. Единственное, Каллех всегда желал гибели в бою. Смертельная схватка с очень сильным противником, что может быть лучше? Гордый конец в качестве бессмертного существа. Но никак не в шкуре того, кого могут стереть как какую-то букашку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты когда-то мне сказал, что был бы благодарен если я узнаю кто нас создал. Так вот, так получилось, что я его встретил, — продолжая читать его мысли, я был удовлетворен реакцией.
Они, истинные, уже встречали охотников и знали, что этот мир симуляция, в которую приходят люди из реального мира. Также они ведали о том, что у этого мира есть некая цель: задача, ради которой нас создали, однако сам создатель не контролирует эту самую задачу. Она в руках у других людей и цели у них свои. За те тысячи лет истинные неплохо продвинулись в понимании того, для чего они были созданы. Увы, для владельцев этого мира истинные и мастера — вредоносный код, который нужно стереть, и у них есть методы воздействия, оттого и сильное недопонимание.
Ещё одним важным фактором является разница во времени. Для охотников проходят дни, если не часы, а для истинных это уже сотни лет, и последние успевают переболеть ненавистью и пытаются наладить контакт, тогда как первые продолжают истребление, не забивая голову сомнениями.
Выходит, что только создатель этого мира может прислушаться к своим творениям, войти в их положение, а истинным больше не на кого рассчитывать. Но опять же, время не на их стороне.
— Так вот, ему глубоко насрать на вас и этот мир! Вы для него всего лишь код, пустышки, созданные программой. Ваши проблемы — мелочь которая далеко от его уровня, так что всё что вы делали, было зря, — произнес я, вглядываясь в него и читая мысли. Он мне не верил. Он думал я переметнулся к охотникам, получив место в том, настоящем мире. — Не веришь? Ладно, пусть, тогда мне больше нечего тебе сказать. Разве что перед смертью ты должен знать, что это теперь мой мир.
Я уходил с места своего появления, оставив от кровавого пятна, бывшего до этого Каллехом выжженный след. На душе было одновременно радостно и грустно. Я, наконец, разобрался с тем, кого считал виноватым в катаклизме. Мне удалось тем же методом справиться с эрой отчаяния, правда для этого пришлось прикончить себя же. Вроде бы парадокс, я убил себя прошлого, но будущий я остался цел. Только тут всё логично если дело не во временных рамках.
И да, не факт, что нынешний я настоящий, всё же жестянка скопировал моё сознание, а затем откатил запись этого мира на точку сохранения, после чего создал новый аватар, похожий на оригинал. То есть, по сути, я копия и не более того. С тем же успехом он мог запустить этот мир, прикончив меня в реальном, и тогда я тут был бы реальным мной.
Да ну бред. Не об этом стоит думать, а об одном белом засранце.
Я не сразу пошел к филиалу С.М.А. Сперва вернулся к дереву, на котором спасался от пожирателя. С него начался мой путь и вот я вернулся домой, вернулся совсем другим и в то же время прежним. Сейчас мои сателлиты не отделены от основного сознания, я на данный момент цельный, какой и был в то время, когда сидел на ветке и думал, как победить мутанта.
Неожиданно навалилась ностальгия, а вместе с ней невероятная радость. И я засмеялся, причем так, как никогда в жизни. Я был благодарен миру что смог вернуться сюда, что смог пережить катаклизм и пройти через кучу всего. Я даже, пусть и недолго, но побывал в реальном мире!
Голова кругом от того, через что мне пришлось пройти. Было слишком опасно, слишком запутанно, слишком много событий что остались позади. И как награда — второй шанс обрести близких.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Отсмеявшись, направился прогулочным шагом к Смайлу. Нужно сдержать перед ним обещание и дать собаке человеческое тело. Теперь в моих силах сделать что угодно, я даже могу изменять внешний вид людей.
На дороге, на которой я когда-то провожал взглядом горящий грузовик, никого так и не встретил, а ведь была мысль ворваться на закрытую территорию с боем. Так сказать, заявить о себе громко и нагло, как подобает человеку важному. Тому, кого встретят со всеми почестями и даже предложат чай с плюшками.
