«Den Weltkrieg in einen Bürgerkrieg umwandeln zu wollen wäre Wahnsinn gewesen»[32], – пишет вождь оппортунистов Э. Давид («Die Sozialdemokratie im Weltkrieg», Brl., 1915, S. 172[33]), возражая на манифест ЦК нашей партии РСДРП, опубликованный 1. XI. 1914 и бросивший этот лозунг и добавивший «Wie groß die Schwierigkeiten dieser Umwandlung zur gegebenen Zeit auch sein mögen, – die Sozialisten werden niemals ablehnen, die Vorarbeiten in der bezeichneten Richtung systematisch, unbeugsam und energisch auszuführen, falls der Krieg zur Tatsache geworden ist» (zitiert bei David. S. 171[34]). Заметим, что за месяц до выхода книги Давида (1. V. 1915 г.) наша партия опубликовала (№ 40 «С.-Д.», 29. III) резолюции о войне: систематические «шаги по пути превращения империалистской войны в гражданскую» определялись в них следующим образом: 1) отказ от вотирования военных кредитов etc; 2) разрыв «Burgfrieden»[35]; 3) создание нелегальной организации; 4) поддержка братанья солдат в траншеях; 5) поддержка всякого рода революционных массовых выступлений пролетариата вообще.
О, храбрый Давид! В 1912 г. он не находил «безумной» ссылку на пример Парижской Коммуны. В 1914 г. он подпевает буржуазии: «безумие»!!
Вполне согласную с Давидом оценку революционной тактики дал Плеханов, типичный представитель социал-шовинистов «4-ного согласия». Он назвал мысли о…[36]… именно «Vorabend»[37] социальной революции, от которого может пройти и 4 и более лет до «entscheidende Kämpfe»[38]. Это есть именно начатки, пусть слабые, но все же зачатки «пролетарской революции», о которой говорил Базель и которая никогда не станет сразу сильной, а неизбежно пройдет стадии сравнительно слабых зачатков.
Поддержка, развитие, расширение, обострение революционных массовых действий и революционного движения. Создание нелегальной организации для пропаганды и агитации в этом направлении, для помощи массам осознать движение и его задачи, его средства, его цели. К этим 2-м пунктам неизбежно сводится всякая практическая программа деятельности с.-д. во время данной войны. Все остальное – оппортунистическая, контрреволюционная фраза, какими бы левыми, лжемарксистскими, пацифистскими вывертами она ни украшалась.
И если нам возразят, как обычно возражают рутинеры II Интернационала: о! эти «русские» способы!! («Die russische Taktik» – Kap. VIII bei David[39]), – то мы ответим простой ссылкой на факты. В Берлине 30. X. 1915 несколько сот (einige Hundert) женщин демонстрировали перед Parteivorstand'jv и через свою депутацию заявили ему: «Die Verbreitung von unzensierten Flugblättern und Druckschriften und die Abhaltung nicht genehmigter Ver Sammlungen wäre bei dem großen Organisationsapparat heute leichter möglich als zur Zeit des Sozialistengesetzes. Es fehlt nicht an Mitteln und Wegen, sondern offensichtlich an dem Willen»[40] (курсив мой) («Berner Tagwacht» № 271).
Должно быть, эти берлинские работницы совращены «бакунистским» и «авантюристическим», «сектантским» (siehe Kolb & Ко[41]) и «безумным» манифестом ЦК русской партии от 1. XI.
Написано в конце 1915 г.
Впервые напечатано в 1924 г. в журнале «Пролетарская Революция» № 5
Печатается по рукописи
Оппортунизм и крах II Интернационала{65}
I
Действительно ли перестал существовать II Интернационал? Авторитетнейшие его представители, как Каутский и Вандервельде, упорно отрицают это. Ведь ничего не случилось, за исключением разрыва сношений; все обстоит благополучно; такова их точка зрения.
Для того, чтобы выяснить истину, обратимся к манифесту Базельского конгресса 1912 года, который относится как раз к данной империалистской мировой войне и был принят всеми социалистическими партиями мира. Следует отметить, что ни один социалист не посмеет в теории отрицать необходимость конкретно-исторической оценки каждой войны.
Теперь, когда война разразилась, ни откровенные оппортунисты, ни каутскианцы не решаются ни отрицать Базельский манифест, ни сопоставлять с его требованиями поведение социалистических партий во время войны. Почему? Да потому, что манифест полностью разоблачает и тех и других.
В нем нет ни единого словечка ни о защите отечества, ни о различии между наступательной и оборонительной войной, ни одного слова обо всем том, о чем теперь на всех перекрестках твердят миру оппортунисты и каутскианцы[42] Германии и четверного согласия. Манифест и не мог об этом говорить, так как то, что он говорит, абсолютно исключает всякое применение этих понятий. Он вполне конкретно указывает на ряд экономических и политических конфликтов, которые подготовляли эту войну в течение десятилетий, вполне выявились в 1912 г. и вызвали войну 1914 г. Манифест напоминает о русско-австрийском конфликте из-за «гегемонии на Балканах», о конфликте между Англией, Францией и Германией (между всеми этими странами!) из-за их «завоевательной политики в Малой Азии», об австро-итальянском конфликте из-за «стремления к владычеству» в Албании и т. д. Манифест определяет одним словом все эти конфликты, как конфликты на почве «капиталистического империализма». Таким образом, манифест совершенно ясно признает захватнический, империалистический, реакционный, рабовладельческий характер данной войны, т. е. тот характер, который превращает допустимость защиты отечества в теоретическую бессмыслицу и практическую нелепость. Идет борьба крупных акул из-за поглощения чужих «отечеств». Манифест делает неизбежные выводы из бесспорных исторических фактов: эта война не может быть «оправдана ни самомалейшим предлогом какого бы то ни было народного интереса»; она подготовляется «ради прибылей капиталистов, честолюбия династий». Было бы «преступлением», если бы рабочие «стали стрелять друг в друга». Так говорит манифест.
Эпоха капиталистического империализма является эпохой созревшего и перезревшего капитализма, стоящего накануне своего крушения, назревшего настолько, чтоб уступить место социализму. Период 1789–1871 гг. был эпохой прогрессивного капитализма, тогда когда в порядке дня истории стояло низвержение феодализма, абсолютизма, освобождение от чужеземного ига. На этой почве, и только на ней, была допустима «защита отечества», т. е. защита против угнетения. Это понятие можно было бы применить и теперь к войне против империалистических великих держав, но было бы абсурдом применять его к войне между империалистическими великими державами, к войне, в которой дело идет о том, кто сумеет больше разграбить Балканские страны, Малую Азию и т. д. Поэтому нечего удивляться, что «социалисты», признающие «защиту отечества» в этой данной войне, обходят Базельский манифест, как вор то место, где он украл. Ведь манифест доказывает, что они – социал-шовинисты, т. е. социалисты на словах, шовинисты на деле, которые помогают «своей» буржуазии грабить чужие страны, порабощать другие нации. Это и есть существенное в понятии «шовинизма», что защищают «свое» отечество даже тогда, когда его действия направлены к порабощению чужих отечеств.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
