И вдруг она поняла, что пламя, бушевавшее в нем только что, улеглось. Чарльз слегка отстранился от нее, на его лице было написано замешательство. Он все еще крепко держал ее, стиснув пальцами плечи и не отрывая своего горящего взора от ее глаз.
– Ты должна остаться здесь, – убеждал он ее звенящим от волнения голосом. – Можешь писать здесь, в пустыне. Будешь пользоваться мастерской Розы. Мы будем помогать друг другу.
И прежде чем Кэрол успела ответить ему, он отвернулся и поспешно покинул мастерскую. Она так и не увидела выражения его лица.
Однако Кэрол отчасти понимала, что́ он испытывает, ибо и она испытывала то же самое. Чарльз Форд спас ей жизнь, а она принесла ему освобождение.
14
Рейчел протянула руку и нажала кнопку интеркома, внутреннего переговорного устройства, стоявшего у нее на столе. Ее ассистент и помощник Джейк тут же откликнулся.
– Джейк, ты мог бы сейчас зайти ко мне с блокнотом?
Через несколько секунд он появился в ее кабинете.
– Джейк, хотелось бы узнать все, что сумеешь раскопать о некоем Чарльзе Форде, художнике из Санта-Фе.
Спустя полчаса Джейк положил ей на стол стопку отпечатанных на принтере листов. Единственное, что он произнес при этом, было: «Гм-м».
После чего Джейк ушел, и Рейчел осталась наедине со своим незнакомцем. В глубине души она боялась того, что ей предстояло сейчас узнать. Однако она наклонилась и стала читать.
15
– Она довольно симпатичная, – сказала Камилла. – Не потрясающая, но симпатичная. – С напускной важностью она прошлась по комнате, заглядывая во все углы, делая вид, что придирчиво осматривает квартиру. – Ну, надо же, тут и сад есть. – Она уже стояла у окна и смотрела вниз на покрытый зеленью клочок земли тремя этажами ниже.
Ведущая туда ржавая пожарная лестница представлялась Тэссе не столько запасным выходом на случай какой-то аварийной ситуации, сколько единственным путем, по которому преступнику при желании можно прямиком попасть в ночной Нью-Йорк, чтобы раствориться в его сумятице и водовороте. Она тут же отогнала дурные мысли прочь. Камилла, кажется, довольна. А что еще нужно?
– Можно я сейчас спущусь в сад, мамочка? Пожалуйста, ну пожалуйста.
– Еще успеешь, родная моя. Давай-ка осмотрим все остальное.
Впрочем «остального» было не так-то и много: прямо из комнаты двери вели в крошечную кухоньку, спальню да ванную.
– А где буду спать я? – спросила Камилла, которая уже поняла, что их жилая площадь теперь крайне невелика. – Мы будем спать в одной комнате, да, мамочка?
– Верно, родная. Но нам не придется жить в такой тесноте все время. Мы сразу же подыщем квартиру побольше, как только я смогу позволить себе это.
Камилла кивнула с серьезным видом.
– Прежде всего нам нужно навести здесь порядок. И, по-моему, нам не помешали бы цветы. А ты как думаешь? – спросила Тэсса.
– Вот я и могла бы нарвать немного в том саду. – В голосе Камиллы, которой по-прежнему хотелось попасть в «сад», прозвучали настойчивые нотки.
– Что-то красивых цветов я там не вижу, – сказала Тэсса, подойдя к окну и тоже посмотрев вниз, на поросший чахлой зеленью клочок земли. – Давай лучше купим букет или какое-нибудь растение в горшочке.
– Но ведь нам нужно экономить, а то у нас быстро кончатся деньги.
– Верно, родная, но, когда я начну работать, деньги у нас обязательно появятся.
– Надеюсь, мне понравится в обычной школе. Я даже рада, что не буду больше ходить в Брэрли, потому что миссис Снид такая противная. – Камилла помолчала. – Ну а если и не понравится – что ж поделать, придется привыкать. Бывает и хуже.
– Ты рассуждаешь как взрослая. Мне повезло, что у меня такая умная, добрая, смелая дочь. – Тэсса наклонилась и обняла девочку, а та, польщенная, крепко прижалась к ней.
– Помнишь, как мы все сидели, обнявшись вот так, – папочка, ты и я – и говорили «я тебя люблю» одновременно? Давай закроем глаза, скажем это сейчас и представим, что папочка тоже с нами рядом, хорошо?
Тэсса закрыла глаза и сказала:
– Я тебя люблю, – и почувствовала, что на глаза ей наворачиваются слезы.
Одновременно раздался голосок Камиллы:
– Я тебя люблю.
Тэсса пыталась ощутить присутствие Пита и услышать его голос, но у нее ничего не выходило.
– Ну как, получилось? Ты слышала его? Я – да. И чувствовала, – говорила Камилла, широко открыв глаза. – Что случилось, мамочка?
Слезы уже текли ручьем. И никак не останавливались, черт бы их побрал.
– Это ничего, дорогая. Просто мне очень не хватает его. Я знаю, что тебе тоже, но ты крепче меня.
– По ночам я только и делаю, что плачу, – возразила ей Камилла.
– Неужели, родная? Почему же ты не разбудишь меня?
– Потому что тогда мы станем плакать вместе, – сказала Камилла. – Несмотря на то что Питт-Риверы никогда не плачут.
Это возымело желаемый эффект. Тэсса вытерла глаза и улыбнулась сквозь слезы. Своими словами Камилла специально подбодрила ее. Какая же прекрасная дочь растет у нее. Но хватит предаваться унынию. Теперь нужно побыстрее заняться чем-нибудь, чтобы прогнать мрачные мысли.
– Что ж, займемся уборкой, – сказала она. – Начнем с кухни.
– Хорошо. Я буду разбрызгивать моющее вещество, как это делала Фелиса. Как будто мы в рыбацком домике в Шотландии, – предложила девочка, для которой скучная уборка становилась новой увлекательной игрой.
– Что-то наподобие этого, – сказала Тэсса.
Конечно, эта маленькая квартирка совсем не походит на уютный загородный дом в Шотландии, где в каминах весело потрескивал огонь, а огромные кресла были настолько мягкими и удобными, что так и тянуло задремать в них. А здесь нет ни чучел оленьих голов с ветвистыми рогами на стенах, ни красивого вида из окон, ни приятной компании. В этих стенах не зазвучит беззаботный смех двоюродных братьев и сестер, беспрестанно подшучивающих друг над другом. Здесь никогда не будет Пита, который хохотал громче всех и с которым никто не мог тягаться в остроумии, особенно когда он подтрунивал над извечной английской чопорностью и мелочностью. Эта тема вообще была неиссякаемым источником насмешек. Американцы принимают душ не меньше двух раз в день. Англичане же моются в ванной от силы три раза в неделю. Пит обычно шутил: «Знаете, с Флоридой Англию еще можно было бы примирить, но вся остальная Америка этого запаха бы не вынесла». Все это осталось в прошлом.
Камилла разбрызгала на кафель и линолеум моющее средство «Фантастик», и Тэсса начала наводить чистоту в кухне. Квартирка, конечно, маленькая, но Тэссе еще повезло, что ей досталась хотя бы такая. Она принадлежала одной из ее подруг, которая вышла замуж за банкира, вернее – за его деньги. Конечно, Мэдисон-авеню – место отличное и плата за аренду внесена вперед, но все равно это лишь скромная квартирка в доме без лифта. Тэссе предложили жить в ней бесплатно, однако она настояла на том, что будет оплачивать аренду, возвращая им деньги.
