* * *
Столовая вовсю обсасывала свежий приказ и сопутствующие ему детали.
— А ты еще не получал личные распоряжения?
— Нет, ты что, и не болтай! Особисты свирепствуют, — Кенске замахал руками на Аобу и почти зашептал. — Вон, Токугаву задержали, поговаривают, лично господин Кадзи отдал команду.
— Да ну тебя, — отмахнулся Сигеру. — У тебя как ни мутное дело — так «господин Кадзи». В разведке что, больше никого нет?
— Господин Кадзи — величина, — почтительно сказала Ибуки. — Он объединил вечно воевавшие департаменты и всех в кулаке держит. Рико рассказывала, что перед ним как по струнке ходят…
— Еще бы, — буркнул Кенске, вращая глазами. — Вон, как только он у нас появился, в тот же день даже в проекте «ЕВА» кого-то повязали, а штабных вроде как целой пачкой в расход пустили.
— А еще он дела насквозь видит! — сказал неуемный Сигеру. — Посмотрит, значит, на скоросшиватель и говорит так загадочно: «Зрю, значит, что по всем знакам, сиречь доказательствам…»
— Сигеру, заткнись, — предложил Синдзи, которому истеричное паясничанье Аобы начало действовать на нервы.
Аска одобрительно посмотрела на Икари, а потом спросила:
— А где ваши неудавшиеся дезертиры?
— Эээ… Тодзи вроде как раз в штабе сидит, — нахмурился Кенске. — Вроде как очередь танкистов на получение. Хикари еще до обеда вызывали, но она пока не вернулась.
— Интересно, не замешан ли тут Кадзи-сан? — с невинным лицом поинтересовался Аоба.
Аска застонала и с остервенением загремела ложкой, дохлебывая суп.
— О, Тодзи! — обрадовано сказал Сигеру, глядя мимо Синдзи в сторону входа.
Судзухара сел к ним за столик и принялся разделываться с содержимым тарелки под изумленные и настороженные взгляды товарищей. Синдзи смотрел на него и видел, что Тодзи не ест — он жрет, уничтожает еду, словно повинную в его бедах.
— Ээээ… Тодзи? — осторожно сказала Майя. — Ты как?
— Получил, — зло сказал Судзухара с набитым ртом.
— Засекречено?
— Насмерть.
Синдзи понаблюдал некоторое время за безнадежным сопротивлением еды и отвернулся. Почему-то никакого сочувствия к расстроенным радужным планам он не испытывал. И нет — за это не было стыдно. Он преспокойно засунул в рот хлебец, выхлестал рыжую бурду из кружки и встал.
— Младший лейтенант Икари Синдзи?
Синдзи обернулся. К столику подошли двое в серой форме с нашивками объединенной разведки «NERV» и пристально смотрели на него.
— Я.
— Следуйте за нами.
Он кивнул в ответ и посмотрел на Кенске. Айда тяжело сглатывал, но старался держаться нагло, копируя Аобу. Сигеру же вальяжно развалился, опираясь на стену, приобнял Майю и с вызовом пялился на безликих сотрудников. С соседних столиков настороженно косились: волнения, вызванные свежим приказом, любви к особистам не добавили.
— Айда, заберешь тарелки?
— Да не вопрос, товарищ! — преувеличенно бодро сказал Кенске.
Уже выходя вместе с нежданными гостями, Синдзи услышал, как Аска прошипела лейтенантам:
— Не ссать!
На улице особисты указали ему направление и пристроились позади. Серая каша мглы слегка поднялась днем, и видимость стала куда лучше. Синдзи заметил, что крепость пришла в движение: никакой обеденной тишины не было и в помине. Сновали разведчики, — сопровождая кого-то или просто так, — двигалась груженая техника, бегали вестовые. Икари с интересом смотрел по сторонам, отмечая необычное молчание идущих людей: оно просто электризовало воздух, насыщая его тревогой и ожиданием.
— Поворачивайте направо, — прошипели сзади.
Синдзи кивнул, не озираясь, и послушно свернул в переулок. Мысли были далеко.
Гальванизированная приказом отца база его не трогала, и это казалось интересным. Пусть самую малость — но интересным. В конце концов, ему все же отводилась очень важная роль в операции, и это должно было угнетать, вселять скребущее предвкушение неизвестного, но почему-то, сколько Синдзи к себе не прислушивался, ничего такого не ощущал.
— Налево.
Он поднял глаза и с удивлением осмотрелся, видя вокруг только склады: «Да куда же меня…»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сухой щелчок выстрела заставил его прыгнуть в сторону и перекатом уйти за стопку железных листов — плечо и бедро отозвались звенящей болью. Он сжался, нащупывая кобуру, и прислушался: по ту сторону еще раз выстрелили и теперь молча возились. Синдзи вынул «вальтер» и снял с предохранителя, но тут все стихло. Донесся металлический треск наручников, и тихий голос позвал:
— Синдзи, выходите.
Икари осторожно высунул голову и сразу увидел лужу крови, вытекающую из простреленной головы бывшего провожатого. Над ним корчился второй, зажатый между двумя одетыми в серый камуфляж рослыми солдатами. Синдзи всмотрелся в их нашивки и без удивления узнал знаки различия спецназа разведки. Третьего — собственно позвавшего его — он заметил не сразу.
— Вы в порядке?
Синдзи вздрогнул, когда голос зазвучал ближе.
— Д-да…
— Генерал-лейтенант Редзи Кадзи, объединенная разведка, — респиратор повернулся к задержанному. — Теперь уже настоящая…
«Кадзи-сан…»
Вот теперь Синдзи был поражен даже больше, чем когда заслышал позади выстрелы: его лично прикрывал сам начальник разведки группы армий «NERV». Глядя, как легендарный помощник Гендо Икари отходит к задержанному, Икари-младший испытывал странное чувство: пусть как о нужном солдате, но отец о нем позаботился.
«Оказывается, я чертовски ценен, да…»
Он ухмыльнулся. Ему очень хотелось узнать, что же за приказ он получит от своего отца.
— Каков стервец, — сказал Кадзи, разглядывая маску лже-разведчика. — Верите, Синдзи, я сам едва не купился со всей этой суматохой. Если бы я не знал, что вам назначено на десять минут позже, валяться вам тут с простреленной головой…
Генерал-лейтенант мазнул рукой по лицу пойманного, срывая с него респиратор, и спокойно добавил:
— А зная вашего отца, могу сказать: я бы через полчаса прилег рядом.
Глядя, как замер неудачник, пытающийся не вдыхать ядовитый воздух, Синдзи поймал взглядом движение в переулке. Кадзи тоже увидел новоприбывшего, потянулся было к пистолету, но потом помахал рукой:
— О, фройляйн! Присоединяйтесь.
Аска подбежала и, переводя дыхание, замерла:
— Там… э…
— За Синдзи-саном пришли? — вежливо осведомился Кадзи. — Еще раз? Вот незадача…
— А вы кто? — подозрительно спросила опомнившаяся девушка.
— Генерал-лейтенант Редзи Кадзи, к вашим услугам, фройляйн Сорью.
Аска едва заметно присела, а Кадзи коротким тычком надел уже посиневшему лже-разведчику респиратор на лицо. Синдзи отметил, что это одновременно был и удар, и жест милосердия.
— Убрать, — распорядился генерал-лейтенант. — Я через полчаса подойду. Пусть Пятый и Самераги начинают, но без фанатизма. Да… И пришлите за трупом.
Спецназовцы склонили головы и поволокли свою жертву прочь. Кадзи обернулся к Синдзи:
— Идем. И вы тоже, фройляйн.
— Куда? — поинтересовался он.
— К господину главнокомандующему, Синдзи-сан.
* * *
Синдзи смотрел на тяжелые двери, с трудом веря, что за ними его ждет отец. Нет, антураж — от флагов Империи и Объединенного Фронта Земли до усиленной охраны во всем здании — был выдержан, но это все было связано с неким символом, самым влиятельным военным Японии, героем всего мира, а не с его отцом. Аску оставили еще в первом коридоре, с ней задержался Кадзи, и теперь Синдзи сидел в приемной один на один с секретарем. Скрипнул селектор.
— Входите.
Синдзи вдохнул поглубже и вдруг успокоился: его ждет разговор со старшим по званию. И не более.
Помещение было темным, единственная люстра над столом едва рассеивала кромешный мрак, и чувствовалось, что потерянные в темноте стены образовывают поистине огромный кабинет. Громко стучали невидимые часы, слегка торопилось сердце, — и больше ни один звук не тревожил глубокую тишину кабинета, даже шаги утопали в мягком ковре. Человек за столом поднял на него глаза, и в свете люстры блеснули очки. Спокойствие послушно разлетелось осколками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
