Читаем без скачивания Всяко третье размышленье - Джон Барт

Ну хорошо, раз уж ты спрашиваешь, скажу: а) что мне всегда было невдомек, откуда взялось выражение «голая, как рыбка», если каждую рыбку, какую когда-либо видел я, покрывала чешуя…

А мы ее почистим. Может, сейчас и начнем?

И б) что с меня уже хватит на сегодня Старперских Прельщений. Возвращайся в свою бутылку, девочка, я же поеду к «Боззелли», пообедаю с Манди, а после мы с ней займемся еженедельными покупками.

Не надо себя дурачить.

Вот и ты себя не дурачь, думает или пишет Джордж Ирвинг Ньюитт, обращаясь то ли к «ней», то ли к себе, то ли к ним обоим. Она пошла проверить почтовый ящик, через минуту вернется. У нее дела в городе, вернется после обеда. Она репетирует свое выступление на той конференции Побережных Писателей (в которой он, гордящийся творчеством Манди и стихами ее наслаждающийся, решил, хоть и с сожалениями, участия не принимать, поскольку место ее проведения пробуждает в нем слишком много горестно-сладостных воспоминаний о первом его браке), вернется вечером. Или ни того, ни другого, ни третьего?

Впервые он набирает на своем новом сотовом номер ее телефона — и получает голосовое извещение, и этот голос так же похож на голос «Джиннии», как ее — на голос его жены:

Оставьте, пожалуйста, сообщение после сигнала.

— Манди? Где ты? Голубка?

3. Алло?

«Инструмент Сатаны» — так назвал Марк Твен только-только изобретенный Сэмюэлем Ф. Б. Морзе телефон[101]. Джордж Ирвинг Ньюитт склонен согласиться с этим определением — с той, впрочем, оговоркой, что телефон, подобно другим блестящим выдумкам дьявола (телевидению, интернету, алкоголю, человеческому воображению), имеет и свои достоинства, делающие его почти незаменимым. Будучи по преимуществу телефонофобом, склонным скорее обмениваться со знакомыми и коллегами сообщениями по электронной почте, чем звонить им, человеком, напуганным толпищами людей, которые болтают по сотовым на улицах, в магазинах, в ресторанах и на стадионах (не говоря уж о тех, кто ведет при этом машину!), он тем не менее готов признать, что по части приватности телефонные звонки намного превосходят письменные сообщения. Все-таки они в большей мере похожи на разговоры, ведомые с глазу на глаз: звук голоса, спонтанный обмен мыслями. Он рад тому, что видеотелефоны так в двадцатом веке и не прижились, хоть многие и верили, что это случится, и хорошо понимает причины популярности у молодежи двадцать первого века «Фейсбука», «Ю-тьюба» и тому подобных аудиовизуальных средств общения, однако ему они не подходят — нет уж, спасибо. Подобно настольному компьютеру в «Производственной зоне» его кабинета, телефон в «Деловой зоне» оного — да и другие, расставленные по квартире Тодд/Ньюиттов, — суть инструменты вершения домашних и профессиональных дел: удовольствия ради ДжИН к ним обращаться не стал бы.

Даже если бы Джинния со Светло-Каштановыми Лобковыми Волосами вдруг выпрыгнула из них и позволила Папочке поиметь ее в попочку?

Особенно в этом невообразимо неправдоподобном случае.

Который, однако ж, ему удалось, помнится, вообразить в необъяснимом отсутствии его отсутствующей супруги.

За что ему стыд и позор, — впрочем, он должен напомнить всем, кого это касается, что Творческое Воображение, как и сновидения, никакой ответственности за что бы то ни было нести не может. Важно только одно: как ты им пользуешься.

Вот и давай посмотри — как! Твой ход, Папочка…

Он напоминает далее всем, кого это касается (себе главным образом), что ничего необъяснимого в «отсутствии» Манди нет — в рассуждении как местонахождения ее, так и его продолжительности: она отправилась на КАПВП, ежегодную Конференцию Ассоциации писателей Восточного побережья, проходящую в Маршихоупском Университете Штата, помнишь? Там, где полвека тому назад Джордж Ирвинг Ньюитт начал свою преподавательско-педагогическую карьеру чтением вводного курса Литературной Композиции.

Ты хочешь…

Чего Рассказчик хочет, так это либо того, чтобы жена его уже вернулась домой, к нему (что она должна бы уже была сделать и, несомненно, в скором времени сделает: уик-энд, на дорогах, скорее всего, заторы; ты, наверное, думаешь, что она могла бы и позвонить, но он же знает, что она знает, как он не любит телефонные разговоры), либо того, чтобы он был сейчас рядом с ней, — первое предпочтительнее. Он терпеть не может есть и спать в одиночестве; застилать по утрам их огромную постель; готовить еду и смотреть наедине с собой телевизор — здесь, где они делали вместе без малого все, за вычетом лишь посещения уборной и кабинетной работы! Он очень жалеет теперь, что не поехал с ней в Маршихоуп, но…

Но как ни чтишь ты твое первое, давным-давно сорвавшееся брачное приключение с мисс Маршей Грин, его mise en scène[102] тебе все еще неприятна и бу-бу-бу-бу-бу. Давай не будем вдаваться в это. Ладно?

Да я и не собирался — и, в общем, я все уже понял. Манди с минуты на минуту вернется, и потому забудь об этом. Она просто немного запаздывает, вот и все.

Как скажешь. Но, помнится, ты что-то такое говорил насчет, открываю кавычки, «топить в унитазе», кавычки закрываю, нет?

А ты — о светло-каштановых волосах. По-моему, раньше упоминались темные.

Так взял бы и проверил, мм? Даже по твоему самообманному графику у нас еще остается куча времени для забав.

Возвращайся в бутылку, девочка: Если бы ты изловила меня лет сорок назад, между брачными главами моей жизни, мы с тобой наверняка проверили бы все что угодно. Но, увы, в то время не было ни компьютеров, ни сотовых, чтобы скрещивать их и скрещиваться с ними, а теперь Твой Покорный — вовсе не твой, разве что как собеседник в этом утомительном/тревожном/нервозном/развязном/коротающем-время/понарошечном разговоре: он — давно-счастливо-безгрешно женатый Старикан, которому очень, очень не хватает его Миссис.

И который ничего пока не вкусил — ни Джиннии в ее Светло-Смуглой Плоти, ни утраты миссис Манди, коей ему правда-правда не хватает.

«Правда-правда»? Какого Х-пробел-пробел значит это твое «правда-правда»? И твое «утраты»?

…

Ну?

…

Алло?

…

Слушай, чтоб тебя: Я с тобой разговариваю! Алло? Алло?

…

4. Джинн и Тоник

Когда женщина, бывшая почти полвека спутницей твоей жизни, возвращаясь домой с конференции второстепенных писак, которую она, иронизируя над собой, так и называла: Конференция Второстепенных Писак, внезапно и совершенно неожиданно гибнет — скажем, при лобовом столкновении песто-зеленой «хонды-сивик» с произведенным компанией «Дженерал моторс» на миг утратившим управление серебристо-бронзовым грузовым пикапом «сьерра 4х4», престарелого водителя коего, ведшего свой драндулет по 444-му шоссе округа Эйвон на скорости 55 миль в час, внезапно постиг — перед самой городской чертой Стратфорда — сердечный приступ, от которого и сам он скончался либо при, либо сразу после столкновения (Какая разница когда? И как твоя ныне покойная поэт/профессор/спутница жизни Аманда[103] Тодд морщилась, в очередной раз натыкаясь на свидетельство пристрастия ее спутника жизни к притяжательному местоимению «твой»; и как твое сердце, душа, внутренности сжимаются при воспоминании — среди тысячи других воспоминаний — об остроте ее редакторского ума!), — тебе можно, наверное, простить то, что ты начинаешь прикладываться к бутылке чаще обычного, немного выходя из пределов трех вышеуказанных ежедневных порций спиртного (см. supra «Лето», с. 139).

Или за то, что ты позволяешь себе выходить из них много. До глубины души потрясенный телефонным, столь-часто-мрачно-воображавшимся-и-нагонявшим-такой-страх звонком (Полиция Округа с сожалением сообщает, что врачи Эйвонского медицинского центра, в который машина «скорой помощи» доставила жертву дорожного происшествия, подтвердили факт ее смерти, — и как же морщилась Манди, завидев очередную сооруженную ее мужем адъективную цепочку соединенных дефисами слов!), Дж. И. изумляется своей способности управляться в ходе следующего времени года с почти бесконечным списком посмертных Дел — или изумлялся бы, если бы сохранил в новых его обстоятельствах способность испытывать изумление либо любые иные чувства, а не одно лишь ошеломленное сокрушение. Среди коих числятся, к примеру:

* Возня с Бумагами, к которой Ньюитт/Тодды попривыкли еще в те годы, когда принялись один за другим умирать их родители, — как правило, ею занималась по преимуществу Манди. Заполнение и многократное копирование свидетельства о смерти; оповещение компаний, обеспечивающих медицинскую страховку и страхование жизни, компаний, предоставляющих кредитные карты, Управления социального страхования и иных организаций, выплачивающих просто пенсии и пенсии страховые; исполнение Последней Воли и Распоряжений На Случай Смерти и т. д. и т. п. Далее: