— Это Лев Филатов, племянник Владимира Ивановича, — пытаюсь как-то разрядить накаляющуюся обстановку.
— А что, у племянника Владимира Ивановича язык отсох? — ещё сильнее кажется заводится Андрей Михайлович, и наверное мне не стоило заступаться за него.
— Пожалуйста… — с мольбой в глазах, дотрагиваюсь до руки Котова и слегка сжимаю её, надеясь прекратить препирательства.
— Андрей Михайлович, я за Соню отвечаю головой, — продолжает Лёва. — Вячеслав Николаевич…
— С Князевым я сам разберусь, — коротко отрезает он. — А вот и он, лёгок на помине, — протягивает руку Вячеславу, который успел к нам подойти.
— Чё за шум, а драки нет? — принимает рукопожатие. — Вы почему до сих пор топчитесь на улице? — более суровее обращается к Льву, намеренно не замечая больше присутствия Котова, который в свою очередь лишь ухмыляется.
— Ну так это… Тут короче непонятки возникли Вячеслав Николаевич, — не теряясь выдает, переводя взгляд на Котова, чьему примеру следует и Князев.
— Софья Владимировна насколько мне известно — совершеннолетняя и может решать сама, куда и с кем ей ехать ужинать, — заявляет, прикуривая сигарету Котов, совершенно с непроницаемым лицом. — Назови хоть одну причину, по которой она не может сейчас уйти со мной, — с вызовом прожигая взглядом Князева.
— Не знал, что наша Соня, водит дружбу с тобой, — также переходит на «ты», не особо церемонясь.
— Ну вот теперь знаешь, — отвечает спокойно. — Или что, вместе с бизнесом Владимира Ивановича к тебе перешло право распоряжаться жизнью его бывшей подопечной?
— В том числе, — огорошивает Князев. — Пока шумиха не уляжется, она под моей защитой, а данные мной обещания я привык выполнять! — холодно отрезает он. — Соня, иди в машину…
— Соня, — предостерегает Котов.
— Господи! Да имейте же вы уважение к чужому горю! Прекратите оба! — не выдерживаю накала между ними. — Андрей Михайлович, подождите в машине, я сейчас подойду со Львом, дайте нам минутку с Вячеславом Николаевичем…
Помедлив ещё несколько секунд, Котов всё же разворачивается и неспешно шагает в сторону стоянки…
— Ты может быть охренела Алиса?! — взрывается Князев.
— Нет Слав, это ты кажется немного не понимаешь! Я дружу с его дочерью, он приехал принести соболезнования и всего лишь пригласил перекусить! Ради Бога не устраивай сцен, я не могу сейчас с ним препираться, под него на полную капают, если найдут передатчики мне пиздец! — зло цежу сквозь зубы. — Пожалуйста, просто доверься мне, — прошу уже мягче. — Льва возьму с собой, в качестве охраны, сразу после ужина поедем ко мне на квартиру, там и поговорим, я буду на связи…
После моей тирады, Князева немного попускает и окликнув Льва, всё же отпускает нас на ужин с Котовым…
Глава 21 Алиса
Три месяца спустя…
Жизнь в деревеньке Репосаари близ города Пори протекала неспешно, разбавляя свои спокойные будни туристами, которые стекались со всего мира в поисках утраченной другими городами — самобытности…
Мы с Вероничкой не уставали каждый раз восхищаться старинными деревянными домиками, которыми была усыпана деревня и старым портом, ну а любимое местечко сестрёнки в деревне по праву заняла смотровая башня, открывавшая вид на изумительные закаты и на Балтийское море…
Нам, простым девочкам из российской глубинки, переезд в Финляндию, пусть и на временное проживание, казался сказочным и захватывающим приключением, особенно для Веронички, не до конца веря, что нам судьбой выпал второй шанс — право начать всё с чистого листа и самое главное, что теперь мы могли быть вместе…
Мы сняли небольшую, но очень светлую и уютную квартиру на центральной улице, и не смотря на короткий срок, прошедший с момента нашего прибытия — полностью её обжили, привнеся частичку себя в наше новое жилище…
Со школой правда у нас возникли трудности, так как мы не знали иностранных языков, поэтому вынуждены были заниматься дома самостоятельно, но этот факт ни капельки не расстраивал сестрёнку, которая обожала каждый вечер прогуливаться до старой гавани…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Если быть до конца откровенной, такой шикарный подарок нам преподнесла конечно же никакая не судьба, а Вячеслав Князев…
После смерти Владимира Ивановича у Князева развязалось открытое противостояние с Шальновым, который не смотря на отсутствие должной поддержки соратников, все же рискнул выступить против Вячеслава…
Таким образом, чтобы избежать замеса с нашим участием, он заранее позаботился о новых документах не только для меня, но и для Веронички — что тронуло меня до глубины души, и вывез нас в другую страну, учитывая, что параллельно шла интенсивная хакерская атака на Котова и вопрос вскрытия моего участия в этом деле был всего лишь временным…
Котов Андрей Михайлович…
Я часто вспоминала наш последний ужин после похорон Владимира Ивановича, на котором он открыто предложил мне своё покровительство и совместное проживание, а на прощание, словно предчувствуя разлуку — очень нежно обнял и поцеловал, полностью обезоруживая своим трепетным отношением и тёплым любящим взглядом…
Господи… Надо же было так запасть ему в душу…
Знал ли он, догадывался ли, в тот момент, что пригрел «змею» на своей шее?
Порой я себя ненавидела за такое «предательство»…
Но все чаще, одёргивала себя и стращала мыслями о том, что он мог бы сделать со мной в качестве наказания, учитывая, что лёгкой смерти я не была бы удостоена…
Без вины — виноватая…
Именно по этой причине, мне категорически было запрещено пользоваться теми денежными средствами, которые завещал мне Владимир Иванович, так как по банковским переводам, меня с лёгкостью можно было бы обнаружить в любой точке мира…
Жили мы с сестрой исключительно на те денежные средства, которые пересылались нам от Князева, через третьих лиц…
* * *
В середине мая у Вячеслава было день рождения — юбилей тридцать пять лет, на котором мне безумно хотелось присутствовать, так как мы не виделись с момента нашего отъезда из страны…
Отсутствие личных встреч компенсировалось каждодневными звонками и перепиской, но этого мне стало категорически мало, так как за время разлуки мы с ним очень сблизились…
Переговорив заранее с Ветровым и получив с барского плеча «благословение» этого голубоглазого гада, я засобиралась в дорогу…
Нашла попутно для Веронички детский оздоровительный лагерь в Пори, благо погодные условия располагали и отправив сестру на короткий и незапланированный отдых, которому она была безмерно рада — вылетела в Москву и сама…
Ах Москва…
Москва встречала солнечной и яркой весной, ощутив которую в полной мере — я пришла к выводу, что очень скучала по «родным» краям, если можно было так выразиться…
В приподнятом настроении — не теряя времени, сразу же отправилась приводить себя в порядок и подбирать наряд на вечер…
Торжество намечалось в баре, владельцем которого как оказалось являлся брат Вячеслава — Степан…
За всей беготнёй и суматохой дня, я не заметила, как время приблизилось к вечеру…
Выбрала в итоге чуть расклёшенное золотое платье в пайетках на тонких бретельках длиной до середины бедра, босоножки с бантом от любимого Jimmy Choo и оставила волосы распущенными, уложив их небольшими и чуть небрежными волнами…
Ещё раз бросив на своё отражение придирчивый взгляд и оставшись довольной результатом, направилась в бар…
Подъехав к месту назначения, отзвонилась блондинчику, который вышел меня встретить, так как на торжестве предполагалось присутствие лишь близкого окружения…
Заприметив его у входа, я вышла из такси, привлекая тем самым к себе внимание практически всех мужчин, куривших у входа в здание…
Заметил меня и Ветров, который бросив на меня оценивающий взгляд с головы до пят — медленно прикурил и двинулся лениво навстречу…
— Золушка приехала на бал? — смешливо спрашивает приблизившись, всё также бесцеремонно проходясь по мне взглядом.
Сегодня я впервые видела его таким солидным, в строгом чёрном костюме и рубашке такого же цвета — кто ещё из нас «золушка»… Гад…
