— Слушаюсь, лер.
— Что ж, поздравляю как первого сдавшего, адепт ан'Драффл! Не подскажите, каким источником пользовались? Мне не попадалась данная информация — только исследования архимага Орхо.
— Дневник некого профессора Лиссара де Лахарро.
— ЧЕГО-О-О? — Артефакт в виде длинной костяной трубки, призванный защищать от проклятий ментальной направленности, жалобно хрустнул в руках магистра и рассыпался белесым крошевом. — Он же считался утерянным более трех тысяч лет назад во время войны! Так вот, значит, в чьей коллекции он осел!
— Профессор, если вас это так интересует, я могу принести копию — у меня в общежитии есть экземпляр, который я переписывал еще дома. Родители, к сожалению, не разрешают выносить оригиналы из библиотеки.
— Еще б они разрешили! Да я бы за такое варварство…! — Никак не мог успокоиться профессор.
Вскоре он пришел в себя, на лицо вернулась маска спокойствия. Он смахнул костяное крошево со стола и достал из кармана запасной амулет:
— Не беспокойтесь, адепт, после экзамена я сам к вам зайду ознакомиться с дневником. Можете идти и готовиться к следующим экзаменам!
«Надо будет убрать из шкафа некоторые из книг. Как-то я не подумал о том, что некоторым смертным не стоит видеть книги, привезенные со мной. Благо, места, куда можно спрятать, навалом».
Еще три экзамена и десять зачетов. Кстати, зачеты тут принимались в любое время, в отличие от экзаменов — те носили четкие временные рамки. Но на все про все отводилось две недели. Не успеете сдать вовремя — ваши проблемы — будете досдавать после практики, в каникулярное время…
Кафедра боевиков…
Великая Тьма, аспирантка решила меня добить! Мне запретили пользоваться шестом, предоставив на зачете только колюще-режущие оружие! Изверги, как их любит называть Олес.
Гоняла она меня по всему залу, методично ставя синяки на всем, до чего могла дотянуться. С каждым ударом я все сильнее жалел о том, что занятия проводятся без мантии, иначе б пятая точка так не болела бы. Девушка словно отыгрывалась за весь семестр, гоняя меня, как щенка. Единственное, в чем мне повезло — ОНА, НАКОНЕЦ, ВЫДОХЛАСЬ! После чего я начал мстить!
Мастер Тор-ран сопровождал ехидным комментарием каждый удачный удар по ее… «тылу». Присутствующие узнали, что с противником нельзя играть, ведь ситуация может кардинально измениться для загонщика.
Дальний и самый экранированный и защищенный из магических полигонов. Преподаватель и аспирант прятались за десятком защитных щитов и двойным каменным укрытием со стальными плитами-заслонками. Мастер-боевик дернул какой-то рычаг, после чего и без того нерушимое убежище отсекла прозрачная стена высшей защиты.
— Приступай!
В дальнем конце полигона ожили каменные големы. На каждого голема отводилось по одному виду магического действия.
Мой арсенал был не очень богат — все сводилось только к магии Смерти, которая шла во всех моих заклинаниях.
Дуговая молния, черно-багровый шар файербола, черная шаровая молния, темные ледяные стрелы, лезвия ветра и векторные шипы — вот и все, что я освоил за семестр. Цепную молнию мне запретили под страхом смерти… как бы ни смешно это звучало в МОЕМ отношении.
Големы рассыпались на мелкий щебень примерно с шестого-восьмого заклинания.
Когда я исчерпал перечень заклинаний, мастер-боевик дернул рычаг, и стена отъехала в сторону. Десяток металлических големов в закопченных доспехах.
— Курт, сегодня дали «добро»! Используй «цепную»!
«Цепную, так цепную…»
Черный дуговой разряд, ударивший в переднего голема. От него остальным передался частично ослабленный разряд, но все же…
Общий итог: один голем с круглой дырой и сильно оплавлен, остальные слегка обуглились-оплавились, плюс — у всех сочленения стеклись, сплавив всех големов в единую скульптурную композицию.
— Все, отключай! Курт — зачет, как я и говорил! А магистры пусть сами оплачивают разнесенный инвентарь, раз отказались ставить «автоматом»!
На зачете у лекарцев я едва не засыпался. Преподаватель буквально сыпал терминами, переплетенными с названиями на других языках. Дополнительных вопросов было столько, что у меня появилось стойкое желание подсыпать ему сильное слабительное в еду, но — удержался, ибо знал, что вывести ему данный препарат из организма, особенно своего, минутное дело. Как сдал, вопрос отдельный, неприятный, и не просите — рассказывать не буду.
Построение заклинаний после уничтожения големов на полигоне мне поставили так, так как желающих восстанавливать что-то еще — не было.
Исторический факультет… зашел с утра, а вышел в одиннадцатом часу вечера. Преподаватель оказался извергом! Согнал трех аспиранток и одного аспиранта, после чего устроил мне опрос… допрос с пристрастием. Из меня выжали все, что я помнил и что не помнил, все мысли по поводу тех или иных событий, после чего поставили зачет… Тиалль и Олес, когда я им рассказал, долго смеялись, но ужином накормили.
Экзамен бытовой кафедры… был выгнан с экзамена, после того, как вещь рассыпалась в пыль, а заклинание, которое должно было быть встроено в столешницу стола и работать будильником, сдетонировало сразу после прохождения сигнала.
Я узнал много лестных о себе слов, получил шесть баллов за экзамен, а также предупреждение: на расстояние полета стрелы не приближаться к факультету бытовиков, если я все же решусь подать документы на специализацию по их дисциплинам! Так сказать баллы получил только чтобы пройти экзамен. Удивительно, что дали сдать экзамен, могли и завалить.
Последним я сдавал второй экзамен темного факультета по призыву темных духов. В билете выпал мелкий демон. Пентаграмму я начертил, как учили: свечи, круг соли во вторую линию защиты. После чего, прочтя заклинание, влил силу в символ призыва.
Взвыла сирена тревоги.
В кругу, переминаясь с ноги на ногу, стоял демон, правда, не низший, а Высший. Как такое могло произойти, не представляю… как и преподаватели. С минуту мы с демоном играли в гляделки, после чего он со вздохом поскреб черным когтем столб защиты-ловушки:
— Нет, я конечно понимаю, что придурки-смертные призывают на свою задницу кого ни попадя, но ТЫ то…?
В глазах Высшего было столько укоризны и мировой скорби, что я только руками развел.
В коридоре уже слышался топот множества ног. Преподаватели и адепты, пришедшие на экзамен, прятались за кафедрой, вокруг которой мерцал небольшой купол максимальной защиты.
«Как сельди в банке», — подумалось мне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
