В глазах Высшего было столько укоризны и мировой скорби, что я только руками развел.
В коридоре уже слышался топот множества ног. Преподаватели и адепты, пришедшие на экзамен, прятались за кафедрой, вокруг которой мерцал небольшой купол максимальной защиты.
«Как сельди в банке», — подумалось мне.
Демон тем временем задумчиво покрутил головой, после чего щелчком пальцев поменял пару рун в пентаграмме, осторожно переступил через круг соли, еще раз обошел пентаграмму, что-то аккуратно дочертил, после чего удовлетворенно кивнул сам себе:
— Вот теперь все правильно! — И исчез, оставив стойкий запах серы.
В этот момент дверь слетела с петель, и в помещение ввалился вооруженный до зубов магический отряд, состоящий из верхушки магов-преподавателей. Последним вбежал слегка запыхавшийся директор Академии.
— Где ОН?
— Кто?
— Демон! Сработала же сигнализация! — В мою сторону осторожно вышел мастер-боевик.
— А разве сейчас не экзамен по призыву инфернальных и иных существ?
Я так и не понял причину того, что преподаватели подняли такую панику. Демон же сам ушел!
Преподаватели прочесали все помещение, проверили адептов, после чего покинули экзамен. На второй мой призыв явился невысокий мальчонка с козлиным туловищем ниже пояса и короткими прямыми рожками. Если б не длинный красный хвост, его можно было бы перепутать с сатиром.
«Хм… и в чем же я в первый раз ошибся?»
Вечером в столовой был праздничный ужин. Правда, не для всех праздничный — экзамены сдали далеко не все. Не набравшие нужного количества баллов даже не были допущены до экзаменов. В моем потоке — как минимум три таких стипендиата провалились.
Их высочества, младшие принц и принцесса, явились ярким подтверждением «синдрома двойников»: хоть и учились на разных потоках, но умудрились завалить экзамены темного факультета и нахамить преподавателям лекарского. При этом — на «отлично» сдать все по бытовикам. Правда, Теллана долго гоняли по кафедре боевиков…
Ужин был хорош, мне даже нелюбимый кислый морс понравился!
В кабинет директора, словно вихрь, влетел старший преподаватель факультета алхимии:
— Лер Директор! Лер Директор! У нас проблема! — Выпалил влетевший, тяжело дыша.
— Магистр Гор-рум. Успокойтесь, сядьте, отдышитесь! — Дождавшись, когда Гор-рум сядет в кресло, директор спросил. — В чем проблема?
— У меня ночью был вскрыт кабинет! В шкафу, в котором я храню особо опасные зелья, был флакон с экстрактом «Виолы»!
— Ха! Проснулись! Ваш экстракт, голубчик, уже у доброй половины Академии, которая ужинала в столовой! Я бы сказал даже — практически у всей!
Директор хмыкнул. О том, что один четверокурсник решил посмеяться и вылил флакон в чан с напитком из зимней ягоды, уже успели доложить случайные свидетели. Да и они бы не понадобились, если вспомнить что творилось в столовой.
Дело в том, что сам экстракт вполне безобиден — улучшает кровообращение, лечит язву желудка… Правда, имеет один маленький побочный эффект: на двадцать четыре часа лишает пациента возможности использовать магию. И сейчас по академии сновала молодежь и некоторые преподаватели, не имеющие возможности применить даже самого простого заклинания, кроме как использования амулетов. Данный экстракт ежедневно по несколько капель давали пленным магам.
«Маги без магии!» — Усмехнулся про себя директор. — «Вот бы посмотреть на дочь — как она будет решать проблему со своим макияжем, который держится у нее исключительно на заклинаниях?»
— Но…
— Все! Идите, магистр Гор-рум! Идите! И не поднимайте панику — завтра к вечеру все уже смогут пользоваться магией.
Магистр вышел, а директор тем временем вновь открыл толстый том, куда он записывал все свои мысли. Вести мемуары его заставила «любящая» (правда, больше это относилось к деньгам директора) супруга. И, закусив стальное перо, принялся вспоминать мысль, которую так некстати вспугнул магистр факультета алхимии.
Тиалль пребывала в тихой панике.
Кто-то из ее потока сказал, что, дескать, чей-то там старший брат подмешал экстракт «Виолы» в чан с компотом — дескать, посмеяться над первыми курсами. Идиоты! Тиаль была готова в ужасе схватиться за голову… если б это помогло.
Пункт двадцать третий из красного списка в толстой книжке, «по которой жил» Курт, недвусмысленно предупреждал:
Экстракт «Виолы» категорически запрещается к употреблению в количествах более, чем тысячная доля от литра! Передозировка вызывает нестабильность рассудка, является причиной спонтанных выбросов магии и потере самоконтроля, в зависимости от объема употребленного экстракта…Действие является чуть отложенным, но может иметь место в самый неподходящий момент.
Испугавшись возможных последствий, она, плюнула на общий сбор потока в аудитории на тему «где провести вечер и отпраздновать успешную, и не очень, сдачу сессии». Ее попытались остановить и расспросить, что случилось, но — куда там — бедолаг раскидало с дороги целеустремленным огненно-красным вихрем, в который превратилась серая эльфийка.
То, что со мной «что-то не то», я понял, когда мои движения словно поплыли, оставляя за собой легкий шлейф. Мир слегка покачивался, словно я был не на твердом полу, а, как минимум, на палубе корабля в открытом море… правда, я там еще никогда не был, но, думаю, именно так будет покачиваться мир перед глазами морского путешественника…
Олес, окрыленный окончанием сессии, умчался в женское общежитие, где стал уже чуть ли не постоянным жильцом, постоянно гонимым консьержкой.
Мир снова поплыл…
Первый шквал сырой магии смерти Тиаль застала на пороге мужского общежития. Здание затряслось, посыпалась штукатурка… наверно, она не знала, что стены укреплены магией. Послышались испуганные крики. В коридор высыпали адепты разных курсов…
Росшие в горшках растения мгновенно высохли и опали тонкой зеленой пылью. Заклинания, развешанные в большом количестве в общежитии, стали перегорать и распадаться с различными аудио-визуальными эффектами.
Девушка успела аккурат ко второму спонтанному выбросу энергии Смерти. Если бы в тот момент в комнате был кто-нибудь видящий потоки энергии, он был бы весьма удивлен открывшейся картине. Девушку буквально окутало потоками энергии, словно большим и плотным коконом. Украшения, что были на ней, враз потемнели от времени, хотя изделиям было от силы полгода. Кристаллы-накопители поменяли свой прозрачно-розовый окрас на черный густой от хлынувшей в них энергии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
