пристального внимания и массы вопросов, что он обрушил на нее, едва успев показать свое удостоверение.
– Я же уже сказала вам, товарищ капитан…
– Можно просто Дмитрий, – натянуто улыбался ей Андреев.
– Я же уже сказала вам, Дмитрий… – она закатила глаза и в десятый раз тяжело вздохнула. – У нас нет привычки отслеживать перемещение наших клиентов. Приехали. Оплатили. Заселились. Камер наблюдения тоже нет. Таковы правила у нашего хозяина. Мы их не нарушаем.
– Хорошо, хорошо, я это уже понял. А если вдруг кто-то решит эти правила нарушить? Какая-то хулиганская выходка или порча имущества?
– И что? У нас есть паспортные данные всех проживающих. Отыскать не составит никакого труда.
– Но доказать их причастность к хулиганству может быть трудно, – настырничал Андреев.
Он так устал добираться по пробкам в этот медвежий угол. Трасса была загружена. В машине что-то случилось с кондиционером, он сразу за Москвой начал дуть теплым воздухом. Пришлось кондиционер отключить и опустить стекла. Это горячий ветер уже с улицы, ну и еще пыль. Ему сейчас страшно хотелось окунуться в воду, а не выдавливать из себя улыбки и не беседовать с бестолковой девицей.
– А никто не станет ничего доказывать, – уголок ее рта насмешливо вздернулся. – Охрана просто беседует, достигается понимание, ущерб без проблем компенсируется. И я повторюсь: мне нечем вам помочь. Интересующая вас пара сняла дальний коттедж на двое суток. Они заселялись вместе. Парень у стойки с паспортами. Девушка с вещами в фойе. Выселялись тоже. Еду заказывали в номер. Ездил ли кто из них куда-то за это время, мне неизвестно. Кажется, мы уже это с вами обсуждали в прошлый ваш визит. Неужели вы не помните?
Аккуратные брови немедленно взмыли, намекая на его непрофессионализм.
Все он помнил. Но как убедить Хмельнову? Ей снова понадобилось подтверждение, что Грабов не покидал территории загородного отеля. В прошлый раз его слов было недостаточно. Сейчас на веру брались слова бывшей подозреваемой – Новиковой. Той что-то там такое показалось подозрительным. Так и рвалось с языка:
– Серьезно, товарищ подполковник? Мы будем теперь всегда с усердием проверять слова Новиковой, во второй раз оказавшейся рядом с человеком, умершим насильственной смертью? И опять как бы случайно!
Он вот лично взял бы Новикову под стражу. Непонятно, что Хмельнова с ней так возится. Верит ей!
Видимо, все это как-то отразилось на его лице, потому что девушка-администратор неожиданно поменяла тон на сочувственный и предложила поговорить со сторожем, он же дворник. И со слесарем.
– Они по территории постоянно слоняются. И по делу, и без. Может, и видели, как кто-то из этой парочки отъезжал куда-нибудь. Но их машина совершенно точно оставалась здесь – на стоянке. И никуда не выезжала. У нас шлагбаум, платная парковка, все фиксируется.
Дима пошел по территории – она была огромной. Двух– и трехэтажные корпуса в количестве пяти штук. Двадцать три бревенчатых коттеджа. Тот, где проживал Грабов со своей девушкой, был самым дальним. И рассмотреть коттедж и все, что происходило рядом с ним, из административного корпуса из-за густой зелени было невозможно. А еще в ограждении имелся отдельный выход на дорогу. И вывод напрашивался вполне очевидный: уехать и вернуться незамеченным можно было без проблем.
Он все бродил и бродил по аккуратно выметенным дорожкам, но нужных ему дворника со слесарем так и не нашел. Словно испарились.
– Спят небось где-нибудь, – пожала плечами пожилая повариха местного кафе, куда он зашел перекусить, потому что остался без обеда по милости Хмельновой. – А зачем они вам?
– Нужно кое-что уточнить о жильцах, которые снимали дальний коттедж несколько дней назад. Мужчину звали Иван, женщину не знаю.
– Иван да Марья? – подала голос посудомойка, выглянув из двери кухни. – Так я им заказы оба дня поставляла. Сюда ходить не изволили. А отдельно нанятого персонала под это не предусмотрено. Вот и приходилось мне туда мотаться с пакетами и контейнерами. И ладно, мы люди не гордые, чаевыми не обижали.
– А почему Иван да Марья? – поднял на нее взгляд от тарелки с окрошкой Андреев.
– Так их звали, разве нет?
Он неуверенно поводил подбородком, хотя точно помнил, что девушка зарегистрировалась под именем Нина. Нина Проскурина. Он в прошлый раз еще об этом знал. Но искать ее не стал, потому что – что? Правильно! У них в камере сидела Новикова, застигнутая на месте преступления с орудием убийства в руках. Да и телефон Нины Проскуриной не был указан в документах отеля.
– Он так ее называл при мне, – подергала девушка худенькими плечиками.
– Вы оба дня им еду приносили?
– Оба, – кивнула она, приводя в движение тощий хвостик на макушке.
– И оба дня Иван и Марья были там?
– Первый день – совершенно точно. У них там какая-то затяжная фотосессия была. Как ни приду, они фоткаются. А вот на второй день я его не видела. Она и у дома гуляла одна. И еду забирала из моих рук одна. А когда выезжали, это уже еще один день, на завтрак они сюда пришли. Оба.
Значит, Грабов вполне мог на следующий день после фотосессии отсюда съездить в Москву, убить Аллу или организовать ее убийство, вернуться, и вуаля – алиби стопроцентное.
– Это она?
Дима протянул девушке телефон, на нескольких фото была запечатлена молодая женщина, входившая в подъезд Грабова и выходившая из него спустя пятнадцать минут. Лица не было видно. Но фигура просматривалась замечательно. А вот на фото, которые Грабов переслал Хмельновой, как раз наоборот, было видно только лицо. И составить мнение о ее росте и телосложении не представлялось возможным.
– Лица не видно, но это точно она, – покивала девушка, подойдя к прилавку кафе настолько близко, чтобы видеть экран телефона. – Она прогуливалась тут в этой кепке и в этой футболке. Я запомнила, потому что принесла им еду, а она по телефону трещит с кем-то. И мне рукой запрещающий жест сделала. Типа, занята, подожди. Я, конечно, психанула. Но клиент всегда прав. Терпела молча. Но рассматривала ее в упор, не стесняясь. Это точно она. Ее фигура и ноги. Все как надо у нее. Как я ни пыталась изъян в ней найти, не вышло.
Она вздохнула, поймала кончик тощего хвостика и накрутила на пальчик. На Андреева глянула и с виноватым вздохом произнесла:
– У вас все? А то у меня посуды гора.
– Да, спасибо. Все пока. Вы мне очень помогли. – Андреев выдавил еще одну вежливую улыбку, убирая телефон в задний карман джинсов. – Если понадобится снять с вас показания, как вас найти?
– А чего меня
