неприятности.
– Так ты не остаёшься?
Его голубые глаза умоляли, и её сердце тянулось к нему. Она страстно желала снова оказаться в его объятиях, беззаботно вальсируя.
– Я не могу остаться, только не сейчас. Но знай, что я сделаю всё, чтобы, возможно, однажды мы могли встретиться снова, без яда и драк, и снова танцевать. – Она посмотрела на замок. – Я попрошу животных покинуть бальный зал, и тогда нам тоже придётся уйти.
– Но сейчас же ночь! В лесу может быть опасно...
Белоснежка грустно усмехнулась.
– О, там определённо опасно! Но королева знает, где мы находимся, и мы не можем рисковать, оставаясь здесь и принося ещё больше неприятностей вашему королевству. Я обещаю, что мы вернёмся после того, как добьёмся успеха.
– Я, конечно, не сомневаюсь в тебе, но что, если... что, если Злая Королева одолеет тебя?
Белоснежка упрямо закусила губу.
– Если мы не добьёмся успеха, нам не к чему будет возвращаться.
Девушка направилась к замку, принц поспешил догнать её, а Стражи плелись позади. Белоснежка окликнула животных за фуршетным столом, поблагодарила их за помощь и вежливо попросила вернуться в лес. С перемазанными едой мордами, сонно зевая, они засуетились и выскочили наружу. Медведь ковылял последним, слизывая с носа сливочный пудинг. Бедная черепаха только добралась до лестницы, а остальные звери уже спешили в обратном направлении вниз. Один из енотов даже использовал её панцирь в качестве ступеньки.
Стражи разделились, вернувшись в замок, чтобы переодеться в свои гораздо более удобные походные костюмы. Белоснежка часто мечтала надеть бальное платье, когда жила в родном замке, но вздохнула с облегчением, как только освободилась от ограничивающих движения юбок и неудобных атласных туфель и облачилась в наряд, который магия Микки создала специально для неё. Кирка, казалось, задрожала от радости от её прикосновения, рядом с лезвием пророс новый цветок.
– Больше никаких вечеринок без оружия, – сказала Рапунцель, прижимая к себе сковородку. Её ноги снова были босыми, но Белоснежка видела, где туфельки натёрли её бедные ступни, оставив волдыри.
– Тогда тебе понадобится сумка побольше, – сказала Тиана, похлопывая по своей сумочке. – Даже самые глубокие карманы не смогут вместить чугунную сковородку.
Переодевшись, девушки встретились с остальными. В бальном зале сотни слуг лихорадочно пытались убрать остатки еды, но Белоснежка нигде не видела принца. Конечно, они уже попрощались, но она хотела ещё раз взглянуть на него. Может быть, из-за тёмной магии она никогда больше его не увидит... Девушка еле передвигала ноги, когда они приближались к воротам замка, постоянно оглядываясь через плечо.
Наконец он появился, спеша к ним с корзинкой припасов в руке.
– Я надеялся, что ты ещё не ушла, – сказал он ей.
– Я надеялась, что ты надеялся на это, – сказала она с улыбкой.
– Тут немного, но мы собрали всё, что не уничтожили животные, и то, что повара хотели приготовить на завтрак. – Принц протянул ей корзину, которая оказалась тяжелее, чем выглядела на первый взгляд, и пахла тёплым хлебом. – Надеюсь, это поможет в вашем путешествии. Я буду ждать твоего возвращения.
Принц поклонился, Белоснежка присела в реверансе, а Аид крикнул:
– Поцелуйтесь уже!
При этих словах они оба выпрямились и покраснели. А затем чинно помахали друг другу на прощание.
Когда Белоснежка и Стражи прибыли в замок, он казался сном наяву, как будто был соткан из клубящихся облаков сладкого совершенства. Когда они уходили, Белоснежка с грустью заметила фиолетовые трещины, медленно поднимающиеся по фундаменту, и фиолетовые полосы, взбирающиеся по стенам. Неужели они принесли с собой тёмную магию, обрекая это место на скорое погружение в хаос? Чувство вины заставило её ссутулиться, когда Белоснежка поняла, что, куда бы она ни пошла, она приносит с собой тьму. Конечно, это не её вина; королева несёт полную ответственность за использование Расколотого зеркала. Но магия шла по стопам Белоснежки, крадясь за ней, как охотник, оставляя за собой след из фиолетовых трещин и крови.
После этого девушка зашагала быстрее, ведя остальных вниз со скалы, где стоял замок, в туманную, пустынную долину, в которой, как она была совершенно уверена, Белоснежка раньше не бывала.
– Милое местечко, – сказал Аид, – на-поминает мне прекрасный склеп, где я раньше отдыхал и расслаблялся. Мрачно и холодно, просто прелесть.
Тропинка петляла, и вскоре по бокам от неё выросли крутые утёсы. Там не было никакой зелени или животных, только зазубренные камни и уродливые, искривлённые мёртвые деревья. Случайный глухой удар сверху заставил их всех отшатнуться, когда со склонов посыпались камни.
– Нужно разбить лагерь на ночь, – сказала Рапунцель, широко зевая. – И дело не только в моих мозолях после бала.
– Это место... Мне тут не по себе. – Белоснежка огляделась по сторонам. – Такое чувство, что мы в ловушке. Я думаю, нужно продолжать идти, пока не выберемся отсюда.
– Но если мы не выспимся, то не сможем сражаться, когда на нас нападут, – отметил Салли.
– Но если нас раздавит камнепадом, пока мы спим, нам и сражаться не понадобится, – твёрдо сказала Тиана. – Здесь негде укрыться. Мы должны продолжать путь, осталось ещё немного.
Они бесконечно тащились сквозь темноту, уворачиваясь от падающих камней и огибая мёртвые деревья, которые маячили сквозь туман, как злые ведьмы. Белоснежка зевнула и споткнулась о камень. От падения её остановили только гигантские лапы Салли, поймавшего девушку за плечи. Казалось, что они идут в никуда, и каждый шаг наполнял воздух каменной пылью и безнадёжностью.
– Пить, – сказал Стич, высунув язык и выглядя гораздо менее слюнявым, чем обычно.
Белоснежка порылась в корзинке для припасов и раздала ярко-красные яблоки, надеясь, что сочная сладость поможет им продержаться до утра. Когда этого оказалось недостаточно, она раздала виноград, клубнику и пирожные. Стражи съедали всё, что появлялось из корзины. Белоснежка припомнила, как однажды слышала, что армия не может маршировать на пустой желудок. Если они не могли спать, то, по крайней мере, могли есть. Банкет и его великолепное изобилие, казалось, случился с кем-то другим, в другом месте, много лет назад, во сне. Временами Белоснежка слишком усердно думала о восхитительном шипучем пунше, и у неё начинали течь слюнки.
– Мы что, блуждаем по кругу? – наконец спросил Салли. – Я почти уверен, что видел этот камень раньше. Он похож на моего знакомого монстра по имени Рэндалл. Такого ни с кем не спутаешь.
– Возможно, каньон и
