Диму так, что будь это пули, то он превратился бы в решето.
Дима изучает документы на своем экране, пока я разбираюсь в файлах, полученных от Вадима. Так, ну это легко. Проанализировать рентабельность рекламной кампании и собрать список клиентов, которым стоит показать ее повторно. Запускаю программу.
– Марина, скидываю тебе статистику. Тоже глянь.
– Ага, – машинально киваю.
На почту прилетают еще несколько файлов.
Открываю их. Здесь указаны клиенты, менеджеры, которые ими занимались, количество полученных, отклоненных, проигнорированных звонков и так далее. В общем, столько всего, что голова кружится.
– Я сейчас подготовлю тренинг, – продолжает Дима. – Марина, сможешь составить таблицы от самых малых показателей до больших?
– Да, – снова киваю.
Как будто у меня есть выбор.
– Светлана, соберите статистику по каждому из клиентов. Кто, откуда, по какому каналу пришел и так далее.
Мы принимаемся за работу. Потускнев лицом, даже Светлана начинает что-то делать. Ее телефон то и дело звонит. Она каждый раз бросает взгляды на Жарова.
Вскоре тот начинает ругаться.
– Что-то случилось? – тут же вскакивает Светлана.
– Небольшие проблемы с презентацией, – говорит он и рассерженно откидывается на спинку кресла.
Светлана подлетает к нему. Склоняет так, что ее волосы задевают его щеку.
– Ой, кажется, надо сюда ткнуть, – показывает наманикюренным пальчиком на экран.
– Идите работать, – отгоняет ее Дима. – Сам сделаю.
– Ладненько, – она возвращается на место, не забывая повиливать попой.
Я закатываю глаза, но тут же встречаюсь взглядом с Жаровым.
– Марина, найди мне того, кто сможет поправить в “павер поинте” презентацию.
– О, так я могу. Сразу бы сказали, – сдержанно улыбаюсь. – Это не сложно.
Приподняв бровь, Жаров выразительно смотрит на меня. Я же обхожу стол, чтобы подойти к нему. Заглядываю в экран. Думала, и правда проблема, а там всего лишь немного съехали картинки. Странно, что Дима сам не мог это поправить. В пару кликов привожу все в порядок.
Уже хочу разогнуться и пройти на свое место, как чувствую руку Жарова на бедре.
Упс… он решил позаигрывать со мной на глазах у Светланы?
Бросаю на нее быстрый взгляд. Но, кажется, она не заметила этого маневра. Слишком уж пристально смотрит в экран и морщит лоб.
Я же не знаю, как реагировать. Может, лучше сделать вид, что ничего не случилось?
Но горячая мужская ладонь медленно ползет вверх, к краю юбки.
У меня перехватывает дыхание, а в горле застревает комок.
Резкий звук заставляет меня отшатнуться от Димы.
Это всего лишь трезвонит его телефон на столе. На экране высвечивается женское имя. Не успеваю прочитать. Слишком быстро Дима хватает его.
– Да, слушаю. Одну секунду.
Кивает мне:
– Я выйду. Продолжайте работать. Через час все должно быть у меня на столе.
Он уходит. Но едва за ним закрывается дверь – и Светлана поднимает голову. Ее холодный изучающий взгляд проходит по мне как сканер.
– Спишь с ним? – произносит она едким тоном.
И улыбается так, что я понимаю: с этой хищницей не стоит шутить.
С нее сразу спадает безмятежность и игривость. Просто другой человек появляется передо мной.
– Простите? – недоуменно хмурюсь.
Такая резкая перемена настораживает.
– С Дмитрием Назаровичем спишь? – повторяет, сверля меня пристальным взглядом.
Мне хватает смелости выдержать этот взгляд и даже сухо ответить:
– Это вас не касается.
Мысленно хвалю себя: какая я молодец! И тут же приходит новая мысль: наверняка она видела, как Жаров пытался полапать меня! Вот гад, теперь по офису слухи пойдут...
– Ну-ну, – продолжает она, усмехаясь, – смотри, он таких, как ты, меняет как перчатки. Не боишься, что завтра отставку получишь?
Мне неприятны ее слова, неприятен этот презрительно снисходительный тон. Хочется осадить ее, поставить на место, чтобы не лезла в чужие дела. Но сделать это предельно вежливо. Все-таки я не торговка на базаре, чтобы разборки устраивать.
Поэтому позволяю себе тонко улыбнуться:
– Если мне понадобятся советы, то вы будете последней, к кому я обращусь.
– А тебе наглости не занимать! – цедит она, прожигая меня ненавидящим взглядом. Ее руки с хрустом ломают карандаш. – Думаешь, если спишь с начальством, то все позволено?!
За моей спиной открывается дверь. Лицо Светланы резко меняется. Только что она пыталась убить меня взглядом, а сейчас смотрит мне за спину и приторно улыбается.
– Дмитрий Назарович, – лебезит, поправляя декольте, – а я тут Мариночке рассказываю о наших достопримечательностях. Вы же не на один день приехали? Обязательно посмотрите наши музеи! Можем даже вместе сходить, я с удовольствием проведу вам экскурсию!
Ага. В свою постель. Даже не сомневаюсь.
Но Дима игнорирует ее слова и смотрит на мое пунцовое лицо:
– Все в порядке?
А у меня просто нет слов. Вообще. Я еще не видела, чтобы люди так резко переобувались в полете. Этой Светлане надо “Оскара” дать за актерский талант!
– Да, – заставляю себя кивнуть.
Разворачиваюсь и выхожу из кабинета.
Под удивленными и любопытными взглядами менеджеров, пролетаю через опен-офис и быстрым шагом иду в туалет. Щеки горят, а в глазах собираются слезы. Ну вот чего у меня истерика ни с того ни с сего начинается? Как этой стерве крашеной удалось меня так задеть? И, главное, чем?
Будто я без нее не знала, что Жаров – бабник. Вон как с нашей Таней флиртует. И ко мне прицепился, наверное, потому, что я ему отказала. Теперь в нем включился “инстинкт охотника”, будет загонять меня в койку чисто для спортивного интереса. Но я ведь все это знала заранее! Так чего теперь плачу?
Опершись ладонями на раковину, разглядываю в зеркале свое отражение. Щеки бледные, с яркими пятнами, под глазами синяки от недосыпа. Красавица, ничего не скажешь. С таким лицом внимание Жарова выглядит как насмешка.
Умываюсь холодной водой. Вроде становится легче. Что-то я стала очень чувствительной в последнее время.
Успокоившись, возвращаюсь в кабинет. Там вовсю кипит рабочий процесс.
Светлана что-то печатает с недовольным лицом. Даже не поднимает взгляд при моем появлении. Неужели выговор получила? У нее то и дело сигналит интерком, и она резким тоном отвечает на запросы работников.
Димы за столом нет. Он стоит у окна, спиной к дверям, заложив одну руку за ремень брюк, переговаривается с кем-то по телефону. Услышав, что я вошла, оборачивается и кивает:
– Бери ручку, будешь записывать.
Показываю на свой телефон:
–
