Читаем без скачивания Пилигрим (СИ) - Калбазов Константин Георгиевич

Воин крутанул клинком, тут же смазавшимся в размытую сверкающую полосу. Н-да. Так просто с ним не сладить. Если вообще получится. На секундочку, у Михаила опыта никакого. Одни лишь тренировочные схватки, на которых он все так же продолжает огребать. Жаль не прихватил с собой топорик. Шанс, что при броске пробил бы доспех невелик. Зато гарантированно отвлек бы, выиграв какое-то мгновение.

Продолжая выписывать клинком замысловатые фигуры, без заминок турок ринулся в атаку. В какой-то момент очередной финт перешел в атаку. Как именно Михаил почувствовал, что ему нужно делать, он не понял. Но вдруг выбросил свой меч на встречу вражескому, приняв его вскользь и отведя в сторону.

В какой именно момент нож из ножен перекочевал в левую руку, он не заметил. Однако когда сошелся с турком грудь в грудь, сталь ударила в живот под углом, снизу вверх, скользнув между стальными пластинами закрепленными внахлест. Все как учил Сьерен. А скорее все же безжалостно вбивал Михаилу в мозг. Острие добралось до кожаной основы, пропороло ее, рассекло поддоспешник и впилось в тело. Клинок ушел по самую гарду, и если бы не она, то чешуйки наверняка поранили бы руку.

Турок хекнул, выпучив глаза. Однако Михаил и не думал останавливаться на достигнутом, провернув нож и взрезая внутренности. От невероятной боли газа воина выпучились и он сдавленно всхлипнул. Романов оттолкнул его от себя, и взмахнул мечом вскрывая горло. Так, на всякий случай. А то мало ли, еще оживет, как в том боевике. Воин сначала рухнул на колени, а потом хрипя завалился лицом в чахлую траву.

Романов обернулся вокруг, держась наготове и не обнаруживая новых врагов. Бог весть, с какого перепуга эта троица погналась за ним. Остальным до одиночки точно не было никакого дела. Куда больше их занимали мост и ворота. Из зарослей, где еще вчера располагался лагерь ромеев, выдвигалась пехота. Число конных лучников серьезно так перевалило за две сотни. Причем они разделились на две части.

Пока одна закрутила карусель, осыпая стены стрелами, вторая прилагала все силы к тому, чтобы не дать поднять мост. Обороняющимся удалось задрать его лишь наполовину. Наверняка сыграли свою роль подстреленные на нем воины. Подскакавшие всадники забросили кошки и теперь тянули за несколько веревок, не давая мосту подняться. Причем, количество кошек все время растет, как увеличиваются и усилия.

Наблюдать за происходящим и дальше нет времени. Убедился, что ему ничего не угрожает. Вот и ладно. Обтер нож о штаны убитого, и убрал в ножны. После чего подошел к раненому в спину. Именно, что раненому. Дыша через силу, он уже повернулся на бок и в бессильной злобе смотрел на Михаила. Ну, так, значит так. Короткий взмах снизу вверх по горлу. Булькающий хрип. Турок несколько раз дернулся, и наконец затих.

Со стены его окликнул Йенс и ругая последними словами, забросил на противоположную сторону рва кошку, на длинной веревке. Уж чем, чем, а этим девайсом они пользоваться умели. Кстати, рассматривали и как средство для штурма стен. Но метод предложенный Михаилом сочли более эффективным.

Коль скоро непосредственной опасности не было, Михаил решил не торопиться. Седло и сбруя вместе с конем ускакали бог весть куда. Поэтому ограничился тем, что забрал свой нож, снял с трупа пояс с мечом. За отлетевшим в сторону луком бежать не стал. Слишком уж наглеть все же не стоит. А вот халат сорвал, забросив в него как снятое, так и шлем.

Подбежал к первому. Без затей провел контроль. Судя по отсутствии реакции, совершенно лишний. Так же обобрал тело, и поспешил к тому, что в доспехе. Этого он обирать не стал. Потому как с него он собирался снять и доспехи. Но это время. Мало ли, вдруг кто заинтересуется этой суетой. К тому же Йенс распаляется не на шутку. А тут еще к нему и Сьорен присоединился. Откуда только взялся.

Подтянув тело к кошке, захлестнул веревку через подмышки, зацепив за один из крюков. К другому прицепил узел с добычей. Подобрал клинок убитого, но вместо того, чтобы прибрать его, подошел к все еще бьющейся лошади. Одним ударом развалил ей горло. Обождал малость, пока она не успокоится. Случилось это быстро, так как крови она уже потеряла изрядно. Снял седло и сбрую, присовокупив их к остальной добыче.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Покончив с этим, схватил веревку и бросился в ров. Оно может и не потонет, но так оно всяко надежней. Быстро перебирая руками поплыл к стене. Но вскоре почувствовал, что его тянут чьи-то сильные руки, и предпочел просто вцепиться в нее. Йенс со Сьореном. Ну, может им еще кто-то помогает. Уж больно резво получается.

- А без трофеев нельзя было? – недовольно буркнул, встретивший его на стене Йенс.

Михаил ничего не ответил, принявшись помогать воинам поднять наверх свою добычу. Едва тело оказалось на стене, как Сьорен тут же начал стаскивать с него панцирь. Осмотрел с внутренней стороны. Прикинул как оно с лицевой, и удовлетворенно кивнул. Не забыл науку его ученик. А это плюс учителю.

Тем временем, варяги метнули в дощатый настил моста несколько копий, наконечники которых глубоко увязли в дерево. Нашелся смельчак, который взобрался по ним к верхнему срезу, и вооружившись большим топором, на длинной ручке, начал обрубать туго натянутые веревки кошек. Вскоре, ему удалось настолько ослабить хватку всадников, что мост медленно, но верно двинулся вверх. Сам же смельчак поспешил спрыгнуть.

Н-да. Похоже они теперь в осаде. И что самое поганое, больших потерь от обстрела лучников не избежать. Укрыться-то, практически негде. Михаил сбросил обобранный труп в ров, и прихватив добычу поспешил к своей повозке. Нужно срочно что-то придумать, чтобы обезопасить быков и трофейных лошадей.

Глава 16

Войти в историю

Взаимный обмен стрелами закончился довольно быстро. Да оно и правильно. Смысла в этом никакого. Если прикрывать штурм, то это конечно да. А ради нанесения потерь, бесполезное занятие.

Места в крепости для такой прорвы народа конечно мало. Но если потесниться, то вполне возможно устроить в укрытии всех тех, кто не принимал участия в перестрелке. Лучников прикрывали пехотинцы, своими щитами, а лошадей и быков отогнали в мертвое пространство у стены со стороны обстреливающих.

С другой стороны, не исключено, что причина прекращения обстрела была в Михаиле, решившим внести свою лепту. Ну, или ему хотелось так думать. Поначалу-то он воспользовался арбалетом. Но очень скоро понял, что толку от этого никакого. И тогда он вспомнил о стреломете, эффективность которого прочувствовал на собственной шкуре.

Машина напоминала римский скорпион. Во всяком случае, похоже на то, что он видел в фильмах и на рисунках в учебнике истории. Не суть важно. Главное, что она внушала уважение и выглядела довольно грозно. Однако, толку от штатных не то стрел, не то дротиков, оказалось чуть да маленько.

Он приноровился к новому оружию уже с третьего выстрела. Не сказать, что каждая стрела поражала лучника или прикрывающего его пехотинца. Слишком уж большой разброс. Тут и несовершенство самого стреломета, и боеприпасы из арсенала, разнящиеся по выделке, массе и оперению. Так-то вроде все стрелы на одно лицо, но на деле это не так. Он и из своего арбалета выдавал хорошие результаты, потому что сам точил болты.

Но тем не менее, результат был. Михаилу удалось подстрелить как минимум пятерых, когда лучники предпочли отойти на безопасное расстояние. Словом, совпало так, что Романов вполне мог записать победу на свой счет. Чем он хуже рыбаков или охотников.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Антип оценил работу парня и приставил его к стреломету. Когда Ларс попытался было возразить, указав на то, что тот вообще-то не состоит на службе, грек с легкостью отмахнулся от этого. Кол скоро крепость в осаде, то он как командующий будет распоряжаться всеми ресурсами и каждым человеком в ее пределах на благо обороны. Вопрос закрыт.

Романов ничуть не возражал. Смешно сказать, но ему понравилось работать с бандурой, от которой так и веяло мощью. Воодушевленный он решил попробовать использовать из этого оружия свои болты. Результатом он остался довольным. Скорость болта возросла. Насколько, точно определить не получалось. Но опираясь на свою исключительную память, он мог сопоставить две картинки полета болта и увидеть разницу.