особо не мелочиться в выборе средств. Этот отбор невест для барона пройдет по моим правилам, и ни Эрика, ни Ханна, не решатся сойти с дистанции. Хотя намерение Мизгер стать моей подругой, конечно, импонирует, однако я не спешу покупаться на то, чтобы было сказано вслух.
В конце концов, Эрика боевой маг, сразу разложивший по полочкам, как я призвал армию демонов, следовательно, о моих Тенях она догадаться также способна. Будь иначе, я в ней сильно разочаруюсь, черт возьми.
— Итак, господа, — взял слово Гольц, поднимая свой бокал. — Предлагаю выпить за гостеприимство нашего дорогого друга, Киррэла Шварцмаркта!
Собравшиеся дружным хором поддержали старика. Я тоже не стал возражать.
Сегодня мне еще предстояла прогулка с Ханной, и мысленно я уже строил разговор с ней. Будем надеяться, у нее нет с собой волшебного корня.
* * *
— Киррэл, ты всегда такой сдержанный? — спросила Ханна, держась за мою руку.
При этом девушка старательно изображала подпитие, то и дело прижимаясь грудью к моему локтю. Разумеется, мы не были наедине — слуги гостей и мои собственные присутствовали на почтительном расстоянии, так что ничего предосудительного я сделать бы не смог при всем желании. Однако горячий шепот притворщицы они слышать не могли.
— Я не совсем понимаю, о чем вы, — улыбнулся я, не глядя на Ханну.
В наступающих сумерках сад приобрел мистические очертания. Распустившиеся цветочные бутоны источали сладковатый аромат. Под ногами скрипел песок, которым посыпали дорожки между кустами. Если бы я пил вино, обстановка показалась бы мне романтической.
— Я знаю, какое впечатление оказываю на мужчин, — заглядывая мне в глаза, прошептала она, останавливаясь передо мной.
Увы, из-за разницы в росте ей пришлось для такой позы почти склониться передо мной. В другой ситуации я бы этого не заметил, однако сейчас это выглядело больше смешно, чем соблазнительно.
— Вы эффектная девушка, Ханна, — с легкой улыбкой ответил я. — Однако, боюсь, я по-прежнему не понимаю, к чему вы клоните.
Ни тени сожаления не мелькнуло на ее лице, но я почти наяву услышал, как она стиснула зубы от злости. Ну да, выбор у нее не велик — либо раздвинуть передо мной ноги стать баронессой, либо отправиться в обитель, откуда вернуться в мир уже не выйдет. Рихард умеет правильно мотивировать людей. Интересно, за что ее решили сослать? Неужели, мне решили подкинуть порченный товар?
Есть ведь множество способов сохранить девственность, но при этом получать удовольствие. Уж мне ли, человеку продвинутого мира, не знать, насколько далеко может зайти фантазия в подобной плоскости.
— Но вас я совсем не привлекаю? — разочарованно отведя взгляд в сторону, спросила Ханна. — Вы не говорите мне комплиментов, напряжены… Вас не устраивает мое общество?
— Боюсь, я действительно не слишком хорошо подкован в вопросах романтики, — улыбнулся я, делая шаг вперед и увлекая девушку вслед за собой. — Так что прошу простить мою невоспитанность. Однако вы же и сами видите — Чернотопье находится в упадке, и у меня просто не остается времени, чтобы как следует поднатореть в любовных играх.
— Вы так много работаете, — подхватила тему Замберг. — И вы правы в том, что не спешите выказывать никому из нас своих предпочтений. В конце концов, такому серьезному молодому аристократу, как вы, нужно не менее серьезно подходить к выбору супруги. Но скажите, Киррэл, неужели вам не хочется иногда просто развеяться?
Какой незамысловатый подход к соблазнению. Да уж, это не современные мне женщины. Конечно, всегда есть среди землянок доля покорных и зацикленных на отношениях, но мне все больше приятно оказываться в кругу настоящих мастеров своего дела.
Я никогда не считал, что женщина должна подчиняться законам трех «К» — кирха, киндер, кюхе. Мужчина, который довольствуется малым, явно испытывает проблемы с самооценкой и тестостероном. Старательно забивать супругу под плинтус ради утверждения собственного статуса — это мерзкий путь неудачника, который не может и дня прожить, чтобы не видеть, что кому-то хуже, чем ему.
Куда интереснее брать вершины, покорять свободного человека, а не прислугу.
Ничего не хочу сказать про домохозяек, которые на самом деле на своем месте. У хорошей хозяйки все всегда под контролем, она прекрасно разбирается в своих вопросах, и у нее всегда найдется тема для разговора. Они тоже мастерицы своего дела, ничуть не меньшие, чем бизнес-леди, просто их сфера интересов проходит в другой плоскости.
Я люблю женщин, которых могу уважать.
Но разве можно считать всерьез Ханну равной себе? Подобные навязчивые девушки хороши, когда тебе самому лет двадцать, и все мозги заняты выработкой семени. Ее максимум — интриганка при дворе, ночная кукушка, не способная принять решение о подходящей песне самостоятельно. Без подсказки от родни она же понятия иметь не будет, что ей делать. Может быть, она крутой алхимик, но пока что все, что я вижу — отчаявшаяся продажная девка, изо всех сил старающийся не вылететь с аристократической вечеринки под свист и улюлюканье.
Но даже с Эрикой мне было, о чем поговорить, а здесь? Цветы обсуждать?
— Как вам эти цветы, Ханна? — спросил я, указывая свободной рукой на сияющие белые бутоны.
— Белые гортензии всегда хороший выбор, — отозвалась та, закусив губу. — Вы намекаете, что ничего кроме дружбы между нами быть не может, Киррэл?
Я усмехнулся. Вот уж точно, как традиции из одного мира и в другом пригодились. Не зная о значении подобных подарков в Эделлоне, я даже и не подумал бы никогда о языке цветов.
— Как я и сказал, Ханна, я очень плохо разбираюсь в ухаживании за девушками, — посмеялся в ответ. — На самом деле я просто пытался поддержать светский разговор.
Она чуть спокойнее выдохнула, тут же вновь прижимаясь грудью ко мне.
— Я не заметила, чтобы вы теряли красноречие, когда окружены другими аристократами, Киррэл. Могу ли я рассматривать этот факт, как доказательство, что я вам не безразлична?
Я кивнул.
— Разумеется, Ханна, — сказал я совершенно серьезным тоном, а потом решил немного сбить с нее спесь: — Как член клана, который является моим союзником по ассоциации, вы также находитесь в кругу моих интересов.
Глаза девушки сверкнули. Уверен, будь мы на самом деле одни, она бы уже попыталась меня избить. Но я уже совершенно точно знал, Ханна Замберг после этого визита, отправится в монастырь. Зачем мне такая супруга? Нет уж, пусть Рихард сдает ее в монахини,
