добрый, красивый, славный Глен! Что же ты со мной делаешь?
– Некоторым это может не понравиться. В целях своей безопасности, я подожду, когда ты вернешься в школу. А тебе следует провести время с Пэт. – имя своей бывшей подруги она специально произнесла, как плевок. – Если она узнает, что ты… Да что ж мы об этом? Как твои дела? Научился крутить фуэте?
– Трудно сказать. Мой репетитор смотрит на меня, как на зараженную жабу. Разумеется, он смотрит так на всех учеников, но…
– Не скромничай. Я знаю, что ты стараешься…
«Почему я нахваливаю его?!» – вдруг пронеслось в голову Зум-Зум.
«Ты тонешь в болоте по имени Глен» – повторила Сид.
– Я живу в общежитии с другими парнями. Такие отвязные черти! Творят, что вздумается! Они дождались, когда я усну и изрисовали мне лицо! Представляешь? Чем уж они там красили – не понятно, но отмыть я это не смог, так и явился на репетицию! – Глен смеялся.
– У тебя там весело. Это здорово. Ты наверняка захочешь остаться. – протянула Полин, растягиваясь на полу у элипсоидов.
– Ох, нет. Это еще не решено… – голос Глена стих. Почти не слышно он добавил: – Все балеты мира я бы не глядя отдал за нашу набережную. Я скучаю по тебе.
Голова Зум-Зум так запульсировала, что она не сразу сообразила, о чем он только что сказал. В области сердца взорвалась бомба, из ее глаз потекли слезы:
– Я тоже скучаю по тебе, Глен. Очень.
– А как там Люк? Его еще не посадили? – вдруг перескочил с темы голос в телефоне.
– Знаешь, я так увлечена тренировками, что не особо интересуюсь… ими.
– Кстати, я видел твои видео. Контент зачетный. Звучишь неплохо, но ты не смотришь в камеру и часто прикрываешь нос руками, складывается впечатление, что ты привираешь. Для лучшего ракурса поставь камеру повыше и успокой свои хваталки. – В телефоне фоном зазвучали голоса. – Парни из магазина вернулись, сейчас будет шумно. Потом еще позвоню. Пока!
– Пока! – робко произнесла Зум-Зум, а Глен ее уже не слышал.
– Я тону в болоте по имени Глен. – вслух произнесла Полин.
– Тебе плохо? Позвать медсестру? – закричал кто-то рядом.
К ней подскочил инструктор Марат, на которого пускали слюни все посетительницы спортзала, даже ходившие парой старушки принимались с воодушевлением обсуждать его, рисуя в воздухе характерными жестами его лучшую филейную часть. На этой неделе он предстал с новой стильной бородкой.
– Здравствуйте, Марат. Как только я оклемаюсь, я смогу достойно вас поприветствовать.
– Нельзя лежать после бега! Кровь хлынет в сердце, оно будет болеть! А кому это надо? – заботливо бормотал Марат и аккуратно потянул ее за руку.
– А кому надо мое больное сердце? – протянула Зум-Зум. – Какой актуальный вопрос!
Марат прислонил шатающуюся Полин к стене и даже не обратил внимание на ее слова, однако сама Зум-Зум словно проснулась ото сна. Все верно! Ее страдающее сердце не нужно никому. Теряют всякий смысл те взгляды, которые она кидала на телефон, ожидая звонка Патриции. Шеллу не нужны надушенные валентинки, которые она бережно складывала для него по ночам, и уж тем более она не нужна Глену, каким бы приветливым не казался его голос в телефоне.
– Я… стремилась к 85… – хрипела Зум-Зум, Марат понимающе кивал ей в ответ, – Я добилась. Хотела 80. И этого я тоже добилась. Пусть… Пусть мое больное сердце уже отдавать некому… И пусть помрут все модельеры мира, но залезу в это платье!
– Ха-ха-ха! Вот это настрой! Восхищен! – Смеялся Марат так театрально, что на них все оглянулись. – Только не перебарщивай, ладно… Напомни, как тебя зовут.
– Полин.
– Ты загадочная особа, Полин. – он подмигнул и ушел, повиливая своей лучшей частью.
Час спустя, Зум-Зум сидела перед замершим монитором в раздумьях. Видео, которое она хотела было записать, должно было содержать воодушевляющий посыл ее зрителям, но сама она была душевно потрепана, и слова не складывались. Думала она над своей речью и в душе, и за вечерним кефиром – никак. Сейчас она крутилась в кресле, раскинув руки и ноги звездой, смотрела в потолок с таким хмурым видом, будто он на нее вот-вот должен обвалиться.
– Камеру повыше, значит? Так. Успокоим руки. Готово. Собственно, что мне терять? Не впервой, Полина, соберись.
Заполучив не так давно счастливый абонемент в новый спортивный комплекс Зум-Зум не могла не похвастаться им перед родителями, которые в свою очередь энтузиазм дочери не разделили. Разумеется. Отец, узнав, что новое занятие Полин не стукнет по его карману, остался доволен новостями, мать долго причитала, но спорить не стала – ей тоже надоели эти повторяющиеся ссоры. Не откладывая в долгий ящик поход за спортивной амуницией, Зум –Зум отоварила свой подарочный сертификат в спортивном магазине, выбор ее пал на черные леггинсы с зеленой вставкой на коленях, длинную майку без рисунка и обалденные, хоть и далеко не самые дорогие, кроссовки с амортизирующей подошвой.
Она знала, что родители не будут спонсировать ее фитнесс после того, как истечет ее бесплатный подарочный абонемент, поэтому решила для себя, что заниматься каждый день – отличная идея. Недельного марафона не выдержали ни майки, ни леггинсы, их швы растянулись и потеряли всякий вид, и сама Зум-Зум ощущала себя прокрученной в стиральной машине копией человека – ее измочаленное тело не могло даже выпрямиться от ноющей боли. Как нести в массы прелести фитнеса, когда собственные ощущения говорят тебе, что конец уже близок?
– А ты у нас все замечаешь, да? – Полин вспомнила слова Глена о вранье на камеру. – Что ж, тогда скажем правду!
Она нажала кнопку.
– Добрый вечер, любители фитнесса! Сегодня я подведу итоги моей первой недели. Итак… Я отходила с понедельника до понедельника, добросовестно выполняла все рекомендованные комплексы упражнений. Что я вам скажу? Я чуть не сдохла на этих адских машинах! Вы видели эти картинки в интернете, или видео, где люди с улыбкой тягают вес? Я была там, я все про них теперь знаю! И не верю ни одному их слову! Когда я делала подходы на внутреннюю поверхность бедра, я была уверенна, что связки промежности разорвет к чертям, а на качании бицухи меня трясло так, будто я рожала стиральную машину в режиме «отжим». Вы занимались греблей? Вам хотелось улыбаться после десятиминутного загрёба? И мне нет… О, Я ни о чем не жалею! Я худею и буду продолжать свои занятия, просто давайте честно – не всем это дается легко. Создавать себя – это труд, терпение и дисциплина. Когда вы, наконец, соберетесь собой заняться, надо делать это
